Пещеры голубой жемчужины.

Приключения росийских школьников в волшебном подземном мире среди забавных рябушей. Но остальные его обитатели не столь дружелюбны.
Повесть получила приз в номинации "будущий бестселлер" на конкурсе "Новая детская книга - III" от "Росмэн"а

 


Пещеры синей жемчужины

Повесть - сказка

Глава первая. Находка за находкой


Тимофей Рябинин выглянул из-за куста смородины. Рядом никого не было, и он забрался в укромный закуток между ветками и дощатым забором. Здесь у Тима был тайник - вкопанный в землю ящичек с плотной крышкой. В нем хранились самые ценные вещи: рогатка, мотки проволоки, увеличительные стекла и стреляные гильзы от дедушкиного ружья.

Тим сдвинул каменную плитку и осмотрел свои сокровища. Потом тяжело вздохнул. Прошла уже неделя каникул, а он так и не решил, с чего начать - с постройки самолета или самодельной ракеты. Правда, для самолета у него был только пластмассовый винт. А для ракеты пять коробков спичек и пузырек с аптечной серой. Достать остальное пока не удалось.

Может, лучше склеить воздушный шар из папиросной бумаги?

Мальчик снова вздохнул. Дел так много, а каникулы всего три месяца. Да еще задания на лето. В четвертом классе их было меньше.

Тимчик, ты где? - Из-за кустов послышался голос Аньки, его вредной семилетней сестры. “Ну вот, только ее не хватало!”. Тим схватил рогатку, сунул в задний карман, потом закрыл ящик, замаскировал травой. И, как индейский разведчик, на четвереньках пополз вдоль забора, стараясь не задевать за листья густой крапивы.

Тимчик, идем, тебя папа зовет, - не унималась Анька, - я же знаю, ты здесь. “Вот ведь липучка. Ну, погоди у меня!”

Ожалив руку, Тим сорвал длинную крапивину, высунул из-за куста и ткнул в голую ногу сестры.

Девочка взвизгнула, подпрыгнув чуть ли не выше смородины, и с ревом бросилась бежать по тропинке. Когда довольный Тим вылез из зарослей, отряхивая со старых джинсов прилипший мусор, девочка обернулась.

Я все маме расскажу, И что ты в смородине прятался… –

Беги, беги. Ябеда корябеда. –

И что крапивой жалишься. А папа сказал, через минуту не придешь, тебе влетит… - все еще всхлипывая, Аня показала брату язык и убежала. Тим вздохнул. “Придется идти домой. Сейчас начнется, как всегда: сделай то, сделай се. Не дадут человеку отдохнуть спокойно”.

Но оказалось - родители собираются в город на целый день.

Так, Тимофей, - Папа похлопал сына по плечу, - остаешься старшим. Телевизор и компьютер не включать. Все равно не получится. За сестрой присматривай, и смотри, не обижай. Ты понял? –

Да. –

Чего поесть, сами найдете. Мы с мамой вернемся поздно. Так что я на тебя надеюсь. И не ставить никаких экспериментов без меня. Все ясно? –

Ясно. - Уставившись в пол, проворчал Тим. –

Ну, если ясно, мы поехали. Проводив взглядом машину, Тим закрыл калитку на засов и пошел искать Аньку, чтобы как следует присмотреть за врединой. Только она, зная повадки брата, уже успела спрятаться.

Тим представил себя индейским следопытом. Вот отважный воин идет по следам бледнолицей. Вот он заглядывает за штабель досок. Но там никого. Нужно еще посмотреть за сараем. О, а что это там в траве? Крысюк!

Надежда семьи Рябининых замер на месте, одной рукой доставая из-за пазухи рогатку, а другой камешек из кармана. За этой наглой крысой Тим охотился давно. Другие грызуны хоть делали вид, что боятся старого и ленивого кота Ваську и на глаза не показывались. А эта жирная, с белым пятном на спине, вела себя совершенно по-хозяйски. Разгуливала средь бела дня, залезала в кладовку. Один раз даже пробежалась по маминым ногам. Было много визга и суровая выволочка и Ваське, и отцу. После этого в доме понаставили крысоловок. Только они так и остались пустыми.

Тим, как ни старался, не мог подловить вредителя, то рогатки не было под рукой, то крыс замечал его и прятался. И вот теперь такая встреча! Крыс волок что-то в зубах и потерял бдительность.

“Вот ты и попался!” Тим вложил камешек в кожанку, тщательно прицелился. Резинка щелкнула, и грызун полетел вверх тормашками, выронив добычу. Но тут же вскочил и с хриплым писком нырнул под доски у сарая. “Ладно, беги. Попадешься еще” Тим подбежал к доскам посмотреть, что тащил крыс. Он раздвинул густой пырей и…

“Вот это да!” Мальчик бухнулся на колени, склонился над находкой. На земле лежал странный человечек ростом с ладонь. На нем были курточка и бриджи из зеленой чешуйчатой кожи, как у гномиков в старой книжке про Белоснежку. Только вместо носа у него был клювик канарейки, и пестрые перышки на месте волос. Ручки были похожи на птичьи лапки, с четырьмя пальчиками и острыми коготками. На макушке топорщился смешной хохолок. Человечек шевельнулся и жалобно пискнул.

Он жив! Мальчик осторожно поднял легкого, как цыпленок, найденыша, чувствуя, как под пальцами бешено колотится крохотное сердечко. Оставлять малыша здесь, рядом с норой крысы, нельзя!

Тим прижал человечка к груди и отправился в дом. В кухне положил его на стол, снял со шкафа коробку. Друг Костик держал в такой коробке морскую свинку. Тим тоже очень хотел завести какого-нибудь зверька, и даже жилье приготовил. Только мама не разрешила. Вот теперь оно пригодилось.

Мальчик расстелил на дне мягкую тряпочку, уложил на нее нового жильца. Теперь можно рассмотреть находку внимательнее. Тим осторожно перевернул человечка на один бок, потом на другой. Зеленый жилет сильно порван крысиными зубами. Но ран и крови не видно.

Ой, какой хорошенький, настоящий рябуш. А почему он лежит? Тим так увлекся, что не заметил, как на кухню пробралась его сестра, вскарабкалась рядом с ним на табурет и заглянула в коробку.

Рябушами мама называла помесь человечков и птичек, которых Аня рисовала флолаллеерами в альбоме. Только сейчас Тим понял, что найденыш был на них очень похож.

Тима, а ты его себе оставишь? - подлизучим голосом спросила Анька. –

Тебе не отдам, - сурово отрезал Брат, - не жди. Ябеда. –

Тимочка, я на тебя не ябедничала сегодня. - Аня потянулась рукой к коробке, - Ну давай, оставим его. Я никогда, никогда ябедничать не буду. –

Не трогай. - Оттолкнул ее Тим. - Не видишь, его крыса покусала. Может, он сдохнет… –

Бедненький,… а можно я его буду лечить?… –

А ты что, знаешь, как? –

Ну, - Аня затеребила кончик своей косички, - лекарства всякие… у мамы в аптечке. –

Лекарства, - хмыкнул брат, - а какие? И аптечку детям трогать нельзя! Особенно тебе! Ребята молча рассматривали найденыша, не зная, чем ему помочь. Но на счастье, тот очнулся сам, открыл круглые с желтым ободком птичьи глазки и сел.

Ой, живой, живой, - захлопала в ладоши Аня. Рябуш увидел ее, испуганно чирикнул и забился в угол коробки.

Вы кто? - послышался тонкий переливчатый голосок. Тим с Аней посмотрели друг на друга.

Это ты спросила? –

Не-ет, - испугано прошептала сестра. –

А кто? - Тим глянул на дверь, на окно, но вокруг больше никого не было. Человечек снова пискнул, а ребята услышали:

Где я? –

Тим, - Аня округлившимися глазами смотрела на рябуша, - Это, кажется, он! И повернулась к найденышу:

А ты разговаривать умеешь? –

Конечно, умею, - чирикнул тот же голосок, - А вы меня есть не будете? Дети переглянулись и засмеялись.

Нет, конечно, мы птиц не едим, - фыркнул Тим –

Мы не кошки, - поддакнула сестра. –

Да, честно? - Рябуш повеселел, поднялся на ноги и взялся ручками за край коробки. - А вы кто? Не пурхи? –

Нет, мы человеки, ой, то есть люди. Я Тим, это Аня, моя сестра. –

А я Чир. - пропищал голосок, но на этот раз рябуш даже не приоткрыл клюва. –

Так ты что, у нас в голове говоришь? Это как ее… телепатия, что ли? - догадался Тим. –

Не знаю, - Чир, совсем как человек, пожал плечами, - у нас все так говорят… –

А ты гномик или покемон? - Аня потрогала пальчиком перышки на голове человечка. –

Мы чикх. - гордо ответил Чир, поправив хохолок, - Наше племя чикх. Дети Голубой жемчужины… - тут рябуш вдруг сник и, повесив головку, едва слышно пропищал: - были дети жемчужины. Пока она… пока я,… в общем, потерял! –

Кого потерял? –

Синий свет, жемчужину! –

Жемчужину? Синюю? Где? –

Здесь, у вас наверху. Только где, не знаю. Меня большой хурх тащил… –

Хурх, это крыса, что ли? –

Большая, с зубами! с длинным хвостом! –

Ну, я и говорю, крыса… - хмыкнул Тим, - он уже от меня получил. –

Что получил? –

По заслугам. Я ему так заехал из рогатки, долго еще из своей норы не вылезет… –

Ты побил большого хурха?! - обрадовался Чир. –

Ну, побил, - пожал плечами Тим, - делов то… –

Теперь можно искать жемчужину! А без нее мне домой нельзя. –

Куда домой? Где ты живешь? –

В большой пещере. В поселке чикх. Чир-чирик! они ведь думают, меня хурх съел. А я такое… я ход наверх нашел! А жемчужину потерял… –

Как интересно, - захлопала в ладоши Аня, - а попасть в вашу страну можно? –

Нет, - рябуш прищурил один глаз, глядя вторым на ребят, как волнистый попугайчик из живого уголка. - Вы большие слишком, вы в ход не пролезете. –

А где этот ход? - заинтересовался Тим, - показать можешь? –

Не знаю, - рябуш задумался. - Там большой камень и рядом зеленые зонтики. И за ними стена… я из тоннеля вышел, а Хурх меня за камнем караулил. Схватил и поволок… –

Камень! - понял Тим, - это камень у забора! Пойдем, покажу. –

Нет, нет, - испуганно пискнул Чир, - без жемчужины назад нельзя! –

Да найдем мы твою жемчужину. –

Найдем, найдем, - поддакнула Аня. Тим взял коробку и следом за сестрой отправился во двор. Когда они вышли на солнце, Чир испуганно запищал, прикрыл голову ручками и забился в угол.

Слишком ярко, - пожаловался он. Мальчик накрыл рябуша ладонью и побежал на дальний край огорода.

Серый морщинистый булыжник в метр высоты уходил основанием глубоко в землю. Весной папа пытался расколоть его и убрать с участка, сломал кувалду, согнул лом, но не смог даже покачнуть. Камень оброс лопухами и теперь совсем в них скрылся.

Вот он. - Тим подставил коробку в тень огромных листьев. Чир перебрался через край и спустился на землю. Быстро отыскал неприметную трещину у самой земли.

Вот выход. Только нельзя мне… –

Жди нас здесь, - велел мальчик, - мы сейчас найдем твою пропажу, а то тебя опять крыса утащит, или наш Васька заест… –

А этот Васька хуже хурха? –

Много хуже, - кивнул Тим, - другие хурхи его боятся. –

Тогда я и, правда, лучше здесь подожду, - согласился Чир. –

А чего нам искать то? –

Большую жемчужину! Она такая, - человечек задумался, царапая коготком клюв, - ну вот как тот свет на потолке, только синяя. –

Как солнце, что ли? - переспросил Тим. –

Солнце, - согласно чирикнул рябуш, - только меньше и не такое жгучее. Его в руки можно взять. –

Ладно, ты нас жди. Идем, Ань. Место, где был подбит крыс, Тим помнил хорошо. Вот они, следы в траве перед штабелем досок у сарая. Значит, где-то здесь и пропажа.

Вот тут ищи, - показал он сестре, - только внимательно! Опустившись на колени, дети принялись ползать по траве, раздвигая ее руками. Ничего! Они умяли весь пырей вокруг сарая, но ничего не нашли. Тим вздохнул и собрался позвать сестру.

“Здесь, здесь…” раздался тихий звон - дрожащий голос струны.

Тим поднялся и завертел головой, стараясь понять, откуда доносится звук.

“Здесь” - повторили струны.

Тим направился к старой яблоне.

“Здесь” радостно тренькнула струна и смолкла. В траве у корней сиял голубой шар с вишню величиной.

Ань, иди сюда скорее, - позвал Тим, опустившись на корточки. Аня подбежала, увидела находку.

Как красиво! Можно я … - и потянулась к жемчужине. –

Нет! –

Я только посмотрю… –

Нельзя, не трогай, - крикнул Тим. Он не сумел опередить сестру. Их пальцы сжали шарик одновременно. Все вокруг закружилось в вихре синего света. Детям показалось, что они летят, подхваченные блистающим смерчем, а потом падают, падают в темный бездонный колодец…

Глава вторая. Вниз под камень

Тим открыл глаза. Вокруг шумел незнакомый странный лес. Тонкие коленчатые стволы деревьев, похожие на бамбук. Вместо веток пучки длинных зеленых лент. По земле стелятся лианы с круглыми сочными, как у фикуса, листьями. Настоящие джунгли! Может, лучше снова зажмуриться? Тогда все это само пропадет.

Тим полежал с закрытыми глазами, вслушиваясь в шум листьев. Потом снова приоткрыл один глаз. Лес никуда не делся. Гладкие стволы покачиваются под ветром. Вокруг валяются какие то палки и похожие на толстый картон листы. На макушку дерева села удивительная птица со стеклянными крыльями и выпуклыми сетчатыми глазами. Уставилась на мальчика.

Над зарослями поднималась к небу высоченная темная стена с множеством трещин. Ее венчала крыша с волнистым краем. Было в них что-то очень знакомое. Да это же сарай! но только огромный, как гора. Странный лес - трава ростом с деревья! А птица, это обычная муха!

Тим рассмеялся и сел. Муха испуганно сорвалась с травинки, загудела крыльями, зависнув, как вертолет, прыгнула в сторону и пропала. Какое все стало большое! А может, это он стал маленьким? Только почему? Как? Нужно вспомнить все по порядку. Последнее, что он помнил, это синий вихрь после того, как они с Аней схватили жемчужину.

Аня! Тим вскочил на ноги. Где она, что с ней?

Сестра лежала неподалеку, лицом вниз. Рядом светился голубой шар величиной с футбольный мяч. Тим бросился к Ане, помог сесть. Девочка вцепилась в локоть брата, озираясь круглыми глазами. Даже ее косички испуганно топорщились.

Ой, Тимочка, где мы? в лесу? –

Это не лес, а трава, - авторитетно заявил брат. - Просто она выросла, то есть мы стали маленькими. –

Что теперь с нами будет, Ти-и-им… я к маме хочу-у-у… –

Да не реви ты, погоди! Подумать надо. Наверно, это жемчужина виновата. Не надо было ее хватать раньше меня. –

Может, она нас снова большими сделает, а? если ее попросить. –

Откуда я знаю, - раздраженно ответил мальчик, - надо попробовать. Только теперь, чур, меня слушать… –

Ладно, Тимчик. Я всегда, всегда тебя слушать буду, только домой отведи… –

Чтобы нас Васька съел? Мы же для него теперь как мыши. Нет уж! Сначала надо обратно вырасти. Тим склонился над жемчужиной. Прислушался, но давешнего звона не услышал. Синий шар светил ровно, как обычная лампочка.

Так, - повернулся Тим к сестре, - сейчас я ее потру. Если стану еще меньше, иди, ищи рябуша. Он, наверное, знает, как с ней обращаться. –

Тимчик, может, не надо? давай отнесем ее к Чиру. –

Сначала я попробую, - заупрямился Тим, - Если ничего не получится, то отнесем. Ну… - он набрал в грудь воздуха и потер гладкий синий бок. Кажется, так обращаются с волшебными лампами. Ничего не случилось. Мальчик потер жемчужину сильнее. Поднял с земли. Шар оказался легким, словно был сделан из дерева, но прохладным на ощупь. Тим подбросил его как мяч и снова поймал.

Ну, вот видишь… - он повернулся к сестре и остолбенел. Из зарослей за Аниной спиной смотрело чудище. Серая узкая морда, черный нос, торчащие в стороны усы и длинные желтые зубы. Злые черные глазки следили за жемчужиной в руках мальчика. Крысюк! Но какой огромный!

Девочка не видела грызуна, глядя на сияющий шар. Тим поднял его повыше и прошептал:

Уходи. –

Куда? - Не поняла сестра. –

Ко мне за спину! Быстрее! Аня вскочила, обернувшись назад, и увидела крысу.

Такого визга Тим еще не слышал. Да и грызун, наверное, тоже. Он шарахнулся назад, в чащу. Увидев, как его длинный голый хвост исчез в траве, мальчик схватил сестру за руку и кинулся в другую сторону. Дети продирались сквозь заросли, пока не выбрались на поле, мощенное огромными шершавыми плитами. Здесь они остановились отдышаться.

Так, - начал размышлять Тим, - похоже, это наша дорожка из кирпичей. Вон, смотри, шланг валяется. - Он показал на черную мокрую трубу. –

Тим, а кто это был, такой страшный? –

Крыса это была. Крысюк. –

А он за нами не погонится? - девочка оглянулась на заросли и отошла от них подальше. –

Может, и погонится. В общем, назад нам нельзя. Пойдем искать рябуша. –

А это далеко? –

Не очень, если плестись не будешь. –

Ой, Тимочка, у меня ноги от страха чуть не отнялись. - Аня уселась на край кирпичного бордюра на другой стороне дорожки, - Давай отдохнем. –

Некогда. –

Ну, хоть немножечко… –

Нет. Слышишь, там, в траве, кто-то шуршит, - пошел на хитрость Тим. –

Ой, идем быстрее, - вскочила Аня, и, схватив брата за руку, поволокла вперед. –

Вот, смотри, - Тим показал на огромный синий бак с ржавыми пятнами на боку, - это наша лейка. Вон та колонна это столбик для веревки. За ней свернем в лопухи. А там и камень недалеко. –

Какое все большое. - Аня вертела головой, - Тима, а как я теперь грядки то поливать буду? Я же эту лейку не подниму? –

А если поднимешь, она тебя придавит, - ухмыльнулся брат. - Лучше под ноги гляди. Чем быстрей найдем Чира, тем быстрей нормальными станем. Но все оказалось не так просто. Свернув с тропинки, дети оказались в джунглях из лопухов и крапивы. Под огромными зонтами было темно, словно ночью. Пробираясь сквозь непролазный бурелом прошлогодней травы, беглецы быстро выбились из сил.

Тим присел на бревно - сухой стебель репейника.

Да, - почесал он макушку, - похоже, заблудились. –

Мама тебя посылала траву стяпать, а ты… - Аня готова была разреветься в голос, - а ты на речку убежал. Мы бы теперь не потерялись… –

Некогда было, - виновато, пробурчал Тим, - не хнычь, выберемся. –

Как? - Спросила Аня сквозь слезы, - я устала… –

Сейчас залезу на стебель и посмотрю, где забор. Вот отдохну немножко. Тим протянул сестре сияющий шар.

Смотри, береги. Потеряешь, так мелкими и останемся. Я вот на тот лопух. Ты смотри, никуда не уходи. –

Тим, я не хочу здесь одна… –

Не бойся. Я тут, рядом. Если что, кричи, слезу. –

Ладно, только скорее… Макушка репейника уходила в высоту, словно останкинская телебашня. Тим обхватил граненый стебель и подтянулся. Не тут то было. Ноги скользили по белому пуху. Мальчик подпрыгнул и попытался ухватиться за черешок листа. Не достал. Нужно что-то придумать.

Тим вспомнил, как с веревочной петлей лазят на пальму за кокосами. Обернул ремень от джинсов вокруг ствола, намотал концы на кроссовки и уперся в лопух подошвами. Обнял стебель и передвинул ремень вверх. Получилось!

Вскоре мальчик стоял в развилке под сиреневыми шарами цветов. Отсюда, с высоты, огород казался прежним, обжитым и безопасным. За деревьями был виден бревенчатый дом. Такой привычный и такой далекий сейчас.

Забор и камень, оказывается, были рядом. Тим запомнил направление и собрался слезать.

А-а-а-а. мамочки, Тим, Тима, скорей. - Снизу донеслись испуганные вопли сестры. Мальчик кубарем скатился вниз, схватил подвернувшуюся под руку палку и, увидев причину визга, расхохотался.

Ну, ты и трусиха, Анька. Это же просто гусеница, она только траву ест. К сжавшейся у стебля лопуха девочке подползал большой желто-черно-полосатый червяк. Длинные волоски торчали, как иглы у дикобраза. Тим ткнул его палкой. Червяк испуганно замер, потом свернулся в калачик и стал похож на пестрый ершик для бутылок.

Идем, - Тим бросил палку и забрал у Ани жемчужину, - нам в ту сторону. Черный булыжник посреди зарослей репейника казался мрачной скалой. В таком обязательно должна быть пещера с сокровищами или драконом.

Чир, где ты, - позвала Аня, - Чир, это мы, жемчужина у нас. Рябуш не откликался.

Трещина - лаз в подземелье нашлась быстро. Но около нее никого не было.

Наверно, за нами пошел. - Расстроилась девочка. - Не дождался. Что же теперь будет… Тим внимательно осмотрел землю у входа.

Смотри, - показал он на зеленые кожаные обрывки курточки Чира. Рядом виднелось отпечатки птичьих лапок Чира и множество ребристых дорожек. Такие оставляют на песке мотоциклы. Следы появлялись из-под камня, кружили у входа и уходили обратно, а следы рябуша исчезли.

С Чиром что-то случилось, - решил Тим. –

Что? - встревожилась Аня. –

Утащил его кто-то. Только кто, непонятно. Следы странные. –

Бедный, надо его скорей спасать. –

Надо, - задумчиво кивнул Тим. –

Тима, мы туда пойдем? - Аня заглянула в трещину и передернула плечами. - Там темно. –

Пойдем, что же делать. Надо же нам вырасти. Эх, жалко, фонарика нет. Хотя вот эта штука лучше любой лампы светит. - Мальчик подбросил в ладонях жемчужину. –

Ой, правда. –

Ну, идем. - Тим, вытянул перед собой руку с сияющим шаром. И, сжав ладонь сестры, смело шагнул под каменный свод. Глава третья. Королева земляных червей


Ход плавно уходил вниз, куда-то в неведомые земные недра. После жаркого летнего дня в каменной норе было прохладно и Аня начала зябко ежится. Она оглянулась назад, но свет солнца сюда уже не доставал. Сияние жемчужины разгоняло темноту едва ли на несколько метров вокруг. А дальше царил непроглядный мрак.

Стенки казались свежими и блестящими. Наверное, трещина появилась недавно, когда папа выкорчевывал валун. Камешки хрустели под ногами, мешая идти. Дети то и дело спотыкались, наступив на острый осколок.

Тоннель становился то уже, то шире, изгибался и заворачивал. И вдруг раздвоился. Один отнорок, совсем узкий, уходил круто вниз, второй сворачивал вправо. Тим остановился в нерешительности, подбросил на ладони жемчужину и повернулся к сестре.

Ну, куда теперь? –

Ой, Тимчик, я не знаю, - Аня обхватила плечи руками. - Может, назад пойдем, тут холодно… –

Не хнычь, - одернул ее брат, - хочешь такой мелкой остаться?! Вперед пойдем, вот только куда? –

Может, по этому? - Аня кивнула на правый ход, - из него пахнет вкусно. Грибами сушеными. –

И, правда, - согласился Тим, принюхавшись. - А из второго тиной и болотом, еще в воду свалимся. Пойдем направо, уж грибы то нас не съедят. Но после развилки идти стало еще труднее. То и дело приходилось перебираться через завалы. Аня все чаще всхлипывала, стукнувшись об очередной острый выступ. Тим как мог, помогал ей. Но вскоре устал сам и скомандовал привал.

Дети сели прямо на камни. Замерзшая Аня прижалась к брату. Тим же принялся рассматривать сияющий шар. Можно было принять его и за жемчужину, и за стеклянный шарик, и за матовую лампочку. Но свет внутри него был живой. Он переливался струйками, закручивался в спиральки, то притухая, то разгораясь. Можно было смотреть на него, не отрываясь. Как на огонь в печке. Вот только настоящий огонь дышал жаром, а этот был холоден. Даже рук не согревал.

Вдруг Тиму послышался голос Чира. Он опустил жемчужину, и его окутала ватная тишина. Только Аня тихо всхлипывала рядом. Снова поднес шар к глазам. Где-то рядом говорил рябущ. Второй голос, шуршащий и злой, грозил ему, что-то требовал, но что, было непонятно.

Тима, - Аня теребила брата за локоть, - ну пойдем назад… –

Тихо, - шикнул мальчик на сестру. - Там впереди Чир и те, которые его утащили. –

Ой, - Аня послушно перешла на шепот, - а они нас не поймают? –

Не шуми, и не поймают. И не висни на мне! Давай руку. Идем Чира выручать, только молчи! Мальчик встал, засунул жемчужину под футболку. Теперь ее свет лишь чуть пробивался сквозь ткань. Сжав ладонь сестры, осторожно двинулся вперед, прижимаясь спиной к стене. Вскоре впереди показался слабый розовый свет. Тим остановился. Теперь он хорошо слышал беззвучный разговор.

Отдай мне жемчужину или я сброшу тебя в ледяной ручей. Подумай сам, подумай, что с тобой будет, - шипел злой голос. –

Да нет ее у меня, тупой червяк, - возмущенно чирикнул Чир. –

Шшааа. Ты опять врешь мне, маленький чикх, опять врешь. Не зли меня, не зли королеву червей. Лучше скажи правду. –

Я бы все равно не отдал ее тебе, Шарша. Без нее сады чикх пропадут. И мы сами тоже. –

Что мне до вас, хитрых чикх. –

Подумай, как твои тупохвостые, безрукие слуги будут растить грибы? Вы тоже перемрете с голоду! –

Это сейчас они безруки, только сейчас. Когда я получу жемчужину, когда получу… говори, где она, упрямый чикх. –

Я же говорю, тупой червяк, она осталась наверху. Лучше помоги найти ее. –

Шшаа. Ты снова врешь, маленький чикх. Ты спрятал синий свет в тоннелях! Ну, я сама найду ее. Пора отправить тебя поплавать, пора. Ты не передумал? Тим наклонился к самому уху сестры и прошептал:

Жди здесь. Я посмотрю, что там впереди. Мальчик прокрался вперед и выглянул из-за выступа. С потолка низкой пещеры свисали розовые светящиеся нити. Рябуш, связанный какими то толстыми полосатыми веревками, лежал на плоском камне. Над ним склонилось, покачиваясь на хвосте, как кобра невиданное страшилище. Огромный червяк с человеческим туловищем и головой. Вместо волос прическа из шевелящихся отростков. Руки - два гибких щупальца. С плеч ниспадала чешуйчатая мантия.

Видно, это и была Шарша - королева земляных червей. Чир в изорванной курточке, со свалявшимися, выпачканными в грязи перышками, казался рядом с ней маленьким и жалким. Нужно было как-то ему помочь. Может быть, бросить камень в это чучело.

“Да ведь у меня же есть рогатка!”, - вспомнил Тим.

Одной рукой придерживая за пазухой жемчужину, потянулся в карман за оружием и вдруг услышал сзади придушенный вскрик сестры. Обернуться он не успел. Сильные, холодные кольца мгновенно обвили его, стянув руки и ноги, заткнули рот, закрыли глаза. Мальчик, как ни пытался, не мог даже пошевелиться. Только чувствовал, что его куда-то поволокли. Вот кольца чуть ослабли и сползли с лица.

Теперь Тим понял, что рябуша держали совсем не веревки. Это земляные черви, втрое крупнее обычных огородных, обвили троих пленников, словно удавы. Еще с десяток стояли на хвостах позади своей королевы. На голове у них были хорошо видны два черных глаза. Аню положили рядом. Одно из колец зажимало ей рот, иначе она бы давно завизжала, а кусать червяка девочке было противно.

Шарша склонилась над мальчиком. Кожа ее была покрыта поперечными полосками, как матрас. Черные бусины глаз зло блестели. Над жабьим ртом вместо носа выступала большая шишка.

“Ну и уродина, - подумал Тим, - хуже медузы горгоны из книжки про древних греков”.

Кто это? - озадачено прошипела королева. - Я таких чикх раньше не видела. –

Мы люди. - Гордо ответил мальчик. –

Лю-юди, такие маленькие?! - королева засмеялась. Только и смех ее был похож на зловещее шуршание. - И что вам надо в царстве Шарши? –

Это не твое царство, тупой червяк. - Возмущенно чирикнул рябуш. –

Шшаа. Скоро все, все будет моим. - Королева вдруг замолчала, принюхиваясь своей шишкой-носом. И радостно зашипела. Щупальца на голове встали веером и потянулись к мальчику. - Я чувствую ее, чувствую синий свет! Вы, люди, принесли жемчужину мне!? –

Нет, она не твоя! Она Чира. - Тим старался держаться бесстрашно, но сердце готово было выскочить из груди. Каково же было тогда маленькой Ане? –

Шшаа. И ты тоже, и ты грубишь мне! - разозлилась королева. - Ну-ка встряхните его. Кольца, стянувшие мальчика, пошли волнами, и выдавленный из-под футболки шар выпал на камни, озарив пещеру голубым сиянием.

О-о, наконец-то. - Шарша подняла жемчужину руками-щупальцами. Поднесла к глазам. Черви отпустили пленников и потянулись головами к свету, встав кольцом вокруг королевы. Аня, почувствовав, что противные кольца исчезли, вдохнула поглубже и уже хотела завизжать что было сил. Но не успела.

Из темноты тоннеля выпрыгнула серая туша и с грозным писком налетела на королеву. Крюсык хотел вернуть свою добычу. Он вцепился зубами в щупальца Шарши и жемчужина выпала из них. Тупохвостые зашипели и бросились на помощь своей повелительнице.

Сияющий шар покатился в один из тоннелей. Чир, схватив Аню за руку, побежал за ним. Тим следом. Позади них прыгал по пещере клубок обвивших крысу червей.

Тоннель уходил круто вниз. Жемчужина неслась все быстрее, подскакивая на камнях. Тим обогнал Чира с Аней и бросился животом на шар. Сжавшись, покатился по полу и встал, держа синий свет в руках.

Поймал! - радостно крикнул он. –

Прячь, - чирикнул рябуш, - и бежим. Чир волок Аню в глубь тоннеля. Бежал вперед, ни разу не споткнувшись, словно хорошо видел в темноте. Девочка едва поспевала за ним, стараясь не всхлипывать и держаться молодцом, как учил папа.

Тим засунул жемчужину под футболку, и стало темно. Он бросился на звук шагов. Анины сандалеты шлепали впереди. Казалось, мальчик вот-вот нагонит друзей. Но не тут то было. Наконец он совсем запыхался.

Чир, Аня, подождите. - Тихо позвал он. –

Дождите… ждите… дите… те… - ответил ему кто-то из темноты. Тим остановился, прислушался. Шлепки шагов сразу затихли. Его окутала звенящая ватная тишина. Мальчику вдруг стало страшно. Он сжался, втянул голову в плечи. Когда рядом была маленькая сестра, легко было чувствовать себя старшим, сильным и смелым. А теперь…

Чир, Аня, - позвал он шепотом. –

Ираня… раня… ня… я… - насмешливо ответила темнота. Мальчик пошел вперед, ощупывая рукой холодную влажную стену. И сразу впереди зашлепали Анины сандалии. Остановился. Шлепки пропали.

Чир, Аня, где вы - уже громче позвал он. –

Гдевы? девы? Вы? Ы? - шепотом ответило ему эхо. –

Это кто там? - Испуганно спросил Тим. –

Кто там? То там? Тот ам! Там! Ам! - ответили пещеры. От их голоса Тиму стало совсем жутко. “Это эхо, просто эхо”, - повторил он себе, прижавшись спиной к холодной стене. Что же делать? Достать жемчужину? А если на свет выползет кто-то пострашней Шарши? Нет уж, лучше идти вперед в темноте. Может, он скоро нагонит Чира с Аней. Ведь они же не бросят его здесь. Будут искать, тем более жемчужина то у него!

Мальчик осторожно двинулся дальше, стараясь не слушать нахальные шлепки сандалий. Ход резко повернул направо. В лицо пахнуло прелой листвой и сыростью и еще чем-то противным и почему-то страшным. Стены и пол здесь покрывала скользкая слизь. Вдруг из-под ноги, хрустнув, выскочил камешек. Тим споткнулся и кубарем покатился вперед и вниз, ударился затылком так, что из глаз хлынул веер искр, и навалилась ватная темнота.


Аня бежала вслед за рябушем. Впереди сверкнул огонек, еще один.

Чив. Ну вот и добрались, - облегченно чирикнул Рябуш. - там мои, там чикх. Слышишь, Тим? Беглецы остановились. Сзади было тихо. Но ведь Аня слышала, как брат бежал за ними!

Тим, Тимчик, ты где? - в полголоса позвала Аня –

Где… де… е… - ответила темнота. –

Тима, ау! –

Тимау… имау… мау… У-у-у… передразнила темнота. –

Ой, кто там дразнится? где Тим? - заплакала Аня. –

Тим… им… м-м-м… - засмеялась темнота. –

Бродячие голоса! - испуганно чирикнул рябуш. - его заманили бродячие голоса! –

Что-о-о же с ним будет? –

Идем скорее, Тим, наверно, в заброшенных тоннелях. Соберем всех воинов чикх, будем его искать. Чир поволок девочку вперед, к двум далеким огонькам. Тим остался где-то в неведомых каменных лабиринтах, один в темноте!

Глава четвертая. Поселок рябушей


Круглую пещерку освещали несколько коротких прядок розового мха. Два взрослых рябуша - стражника вглядывались сквозь толстые прутья перегородившей выход каменной решетки во мрак тоннеля. Костяные чешуйки на их курточках блестели, точно панцири средневековых рыцарей.

Ты слышал, Кич? - чирикнул низенький и толстый, ткнув наконечником копья между прутьями. Он смешно пыжился, топорща перышки над глазами, стараясь придать себе грозный вид, - там кто-то есть, клянусь перьями! Не иначе Шарша опять пакость готовит. Надо старейшине сказать. –

Уймись, Шур, - лениво ответил, опираясь на длинное древко, его долговязый с серыми перьями и орлиным клювом, напарник, - пусть шумят, прутья крепкие. Вот войско подойдет, тогда и увидим, кто там. –

Два урожая назад тупохвостые сквозь дыру пролезли и Тюха уволокли. Три корзины грибов тогда за него отдали. –

Тюх на ходу спит, и прутья тогда редкие были, - отмахнулся Кич. –

Теперь они, конечно, чаще, - проворчал Шур, - только рассказать не помешает… Из темноты тоннеля выскочил Чир, схватился за решетку лапками и отчаянно зачирикал.

Дядя, дядя, откройте скорей. Это я, за нами бродячие голоса гонятся. Толстый стражник с испугу отпрыгнул назад, едва не ткнув племянника острием, но, узнав, опустил копье.

Чир?- удивленно выдохнул он - А мы думали, тебя пурхи уволокли. У матери чуть все перья от горя не вылезли. –

Откройте скорей, дядя, потом все расскажу. –

Сейчас, птенчик, сейчас. - Шур уронил копье и бросился к воротам. –

Стой, - вмешался Кич, - нельзя без старших! –

Что ты говоришь? - возмутился Шур, - там же Чир, птенец моей сестры! –

Нельзя. - Кич загородил удерживающие решетку клинья. - Может, пурхи его подослали! –

Чира, пурхи?! - толстенький стражник задохнулся от негодования. –

Напугали и сюда загнали, - пожал плечами долговязый, - сами там ждут, в темноте. –

Отойди, - сердито чирикнул Шур, - мне некогда попусту клювом щелкать. Ты видно, забыл, что я старший страж ворот! –

Я старейшине доложу! –

Докладывай, давай, докладывай, только не мешай. Дядя Шур оттер в сторону Кича, который был чуть не вдвое выше его и вынул клинья - запоры.

Ну-ка, птенчик, помоги. Чир ухватился за каменные прутья и вместе с дядей чуть отодвинул тяжеленную створку внутрь пещеры. Аня вслед за рябушем протиснулась в узкую щель, разодрав подол сарафана.

Пока закрывали ворота, Кич удивленно рассматривал Аню.

Кто это? - спросил он наконец. –

Аня, человечий птенец из пещеры наверху. Дядя Шур, там, в тоннелях, ее брат остался, Тим. Нужно скорее его найти, у него жемчужина осталась. –

Жемчужина! - хором выдохнули рябуши. –

Мы ее сюда несли, он отстал, и его бродячие голоса заманили! –

Быстрей в поселок, пока его пурхи не поймали, - хохолок дяди Шура встал дыбом, - соберем всех и обыщем тоннели. Сухолапым не поздоровится, клянусь перьями! –

Я их отвезу, - Кич схватил Чира за плечо. –

Вот уж нет! - сердито чирикнул Шур, - это мой племянник! Идемте, птенчики. –

Ой, а как же Тим? - Аня обернулась к решетке. - Я без него не хочу! –

Мы найдем его, не будь я чикх, - Шур погладил девочку по голове. - Какие мягкие у тебя перышки. –

Скорее, дядя, - поторопил Чир. Шур подошел к большому камню у стены и толкнул его. Валун зашевелился, развернул хвост и поднялся на чешуйчатые ляпы. Это был дракон. Правда, небольшой и очень похожий на ящериц, которых Тим ловил и сажал в банку. Только у ящериц не было таких красивых красных рогов над глазами и радужной щеточки - гривы между ними. К рожкам были привязаны длинные вожжи.

Рябуш почесал дракона за рогом. Тот довольно прищурился и улегся на пол, поджав лапы.

Хороший кияк, хороший, приговаривал Шур, поправляя сбрую. - Ну, влезайте. Чир умело запрыгнул в седло. Аня опасливо шагнула вперед. Кияк повернул к ней острую блестящую морду, глянув на нее желтым глазом и фыркнул. Перед лицом девочки мелькнул длинный раздвоенный язык.

Ой, - Аня отскочила, - а он не ужалит? –

Нет. - Чир похлопал по чешуйчатой спине, - он добрый, он сейчас твой запах запомнил. Теперь узнавать будет. Чир помог Ане взобраться, и она уселась на кожаную подстилку. Шур занял место впереди, расправил вожжи.

Чив, кияк, чив, - громко чирикнул он. Ящерица вскочила и стремительно понеслась вперед в темный тоннель, ведущий к поселку рябушей.

Кич, опершись на копье, недовольно и зло смотрел ей вслед.


Пока дракончик бежал по тоннелю, Чир рассказывал дяде о своих приключениях, а Аня глазела по сторонам. Из темноты выныривали пятна света - редкие пучки мха на каменных стенах. Промелькнула ярко освещенная развилка, и Шур натянул вожжи. Ящерица остановилась перед обрывом. Над широкой расселиной качался висячий мост. По обеим сторонам плетеного настила стояли, вооруженные копьями, чикх.

Что случилось? - встревожились стражники, узнав Шура, - на верхние ворота напали? –

Нет, - успокоил их дядюшка, - там спокойно. Я к старейшине. Кажется, мой племянник знает, где жемчужина! Шур тронул вожжи, ящерица ступила на шаткий помост. Под обрывом бурлил быстрый поток.

Ледяной ручей, - показал вниз Чир, - из него вся вода в пещерах. Перебравшись на другой берег, кияк нырнул в новый тоннель, в три прыжка преодолел его и выскочил в огромную пещеру.

Ой, как красиво - это все, что смогла сказать Аня. Высокий купол густо порос длинными прядями сияющего мха. Казалось, там вверху затянутое розовыми облаками небо. Широкие террасы сбегали вниз, как ступени лестницы. С них свисало множество каменных сосулек - сталактитов, окаменевших молочных водопадов. Один из них был живой. Этот ледяной ручей лился с уступа на уступ к самому сердцу пещеры - круглому озеру. По террасам сновало множество ящериц с седоками и корзинами на спинах.

Кияк, не сбавляя скорости, понесся вниз по тропинке. Аня зажмурилась от страха, а когда открыла глаза, оказалась уже на дне пещеры. И принялась с любопытством озираться. Слева громоздились сложенные из валунов стены. Справа нависал край серого каменного карниза. С него гроздьями свисали смешные шары с дверями окошечками и приставными лестницами, плетеные из желтых, как мочало, волокон. Это и были домики рябушей. Около одного из них Шур натянул поводья.

Ну-ка, Чир, иди-ка домой. Мать совсем извелась. –

Но, дядя Шур, а как же жемчужина? Я покажу… –

Не бойся. Найдем. Старейшина собрал всех воинов. А ты себя в порядок приведи. В таком виде на площадь и показываться стыдно. Чир поглядел на свою рваную одежду, провел рукой по грязному, слипшемуся хохолку, вздохнул и покорно слез с ящерицы.

И ты, птенчик, тоже иди, - повернулся Шур к Ане. - Чивить вас покормит, пока мы твоего брата ищем. Едва девочка оказалась на земле, как ящерица сорвалась с места, только хвост мелькнул за поворотом.


Цыпленочек мой! - к Чиру подбежала рябушка с красиво уложенными коричневыми перышками. –

Ну, мама, перестань, со мной ничего не случилось, - смущенно высвободился из объятий Чир. –

Это мы еще увидим, - Чивить перешла на строгий тон, - вот только вернемся в гнездо! Где тебя пурхи таскали? Я чуть с ума не сошла! А кто это с тобой? - Наконец заметила она Аню. –

Мам. Это птенец из пещеры наверху, ее голубой шар маленькой сделал. Раньше она большой была, больше нашего дома. Можно ей пока у нас пожить? –

Бедняжка, наверно испугалась? - Чивить погладила Аню по голове, - идемте скорее в дом, цыплятки, вы, наверное, голодные? У меня там грибочки готовы. Только сейчас Ана поняла, как давно не ела. Вокруг разливался аппетитный запах жареных грибов. Она сразу вспомнила, как бабушка готовила маслят в сметане с картошкой, и в животе сердито заурчало.


Ящерица выскочила из-за домиков на площадь совета у ледяного ручья. Слева ее ограничивали каменные стены загонов, а справа обрыв, под которым бурлила, свиваясь воронкой, вода озера. Из струй водопада выступал каменный уступ длинным белоснежным языком, нависнув над площадью. На его кончике стояла пустая каменная чаша - лилия.

Под чашей собрались рябуши. В центре старые воины в чешуйчатых куртках - кольчугах. Дальше взрослые. По краям толпились совсем молодые. На уступе у каменной лилии, закрыв глаза и обхватив ее пальцами, стоял старейшина - седой чикх в белом кожаном плаще. Воины молчали, ожидая его слов. Шур привязал кияка к каменному крюку в стене загона и направился к водопаду.

Старейшина вдруг открыл глаза и взглянул на толстого стражника.

Шур, почему ты здесь? Соплеменники молча оглянулись и расступились перед стражником, пропуская его к самой чаше.

Чир вернулся! - Ответил дядюшка. –

Откуда? Его не съели? Где он был? - понеслись вопросы из толпы. –

В верхних пещерах, нес нам синий свет и потерял в брошенных тоннелях. –

Ты знаешь, где он сейчас? - старейшина снял руки с каменной лилии, распрямился, с надеждой глядя на дядюшку Шура. –

Около слизистых ям. У человечьего птенца из верхних пещер. Бродячие голоса его заманили в брошенные тоннели. –

Вы слышали? - спросил старейшина воинов, - синий свет в тоннелях. Мы должны вернуть его! –

Да, да! вернем! - ответило войско чикх. –

Вы готовы сразится с пурхами? –

Нужен жезл! - Выкрикнул стоящий впереди охотник с проседью в перьях, и все как эхо подхватили его клич. - Жезл! Нужен жезл! Старейшина поднял руку, и голоса стихли, только ручей звенел в тишине.

Вы знаете, что случится, если достать жезл? Пропадет половина урожая! Грибы зачахнут! Кияки начнут болеть. Вы готовы на это? Чикх молчали, и только седой охотник снова подал голос.

Да, готовы. Лучше потерять часть, чем все! Без жезла мы не найдем синий свет! Без света не будет и урожая. - Охотник повернулся к остальным мужчинам. - Лучше лишится половины, чем всего! Вы согласны, чикх? –

Согласны! - ответил хор голосов, - Штар прав. Он лучше всех знает тоннели! Мы верим ему! Воин повернулся к старейшине.

Пришло время! –

Ну что ж… Глава рябушей отступил в сторону, и все увидели за чашей черный камень - пирамиду в рост высотой.

Шур, Штар, - помогите мне. Страж ворот и охотник вскарабкались по лесенке на каменный язык. С двух сторон взялись за грани пирамиды, чуть повернули и сняли ее макушку. В открывшейся нише сверкнул алый кристалл величиной с кулак. Его держала деревянная птичья лапа - верхушка костяного жезла. Старейшина осторожно вынул резной стержень и поднял вверх. В недрах камня родился свет, окреп и разгорелся язычком рубинового пламени.

Чив, чив. - Разнеслось над площадью. - В тоннели! Идем в тоннели! Старейшина с жезлом спустился с уступа. Штар подвел ему большую белую ящерицу. Вслед за ней войско двинулось наверх, к воротам в брошенные тоннели. По дороге воины нарвали светящегося мха и намотали на копья и рога кияков. Сияющая колонна прошла по тоннелю, мосту над ручьем и остановилась в пещере с решеткой, где в одиночестве скучал Кич.

Открывай. - Приказал ему старейшина. Караульный бросился вытаскивать клинья. Остальные мужчины помогли ему отодвинуть решетку к стене. Открылся темный зев тоннеля.

Белая ящерица двинулась вперед и вдруг остановилась. И из темноты выступили ряды вставших на хвосты глазастых червей. За ними, подняв дыбом свои волосы - щупальца стояла Шарша.

Зачем вы пришли в мое царство? - прошипела королева, - хотите нарушить вечный договор? Глава пятая. Тим и Тут


Тим лежал на чем-то мягком. Холодный шар жемчужины больно упирался в живот. Сильно ныл затылок. На нем, наверно, вскочила большущая шишка.

Мальчик открыл глаза и увидел над собой пушистую прядь светящегося мха. Стены пещерки переливались, отражая розовое сияние. Они были выстланы белыми блестящими нитями, плотной серебряной пряжей. Даже постель Тима была огромным мотком шелковой ваты. Гладкой и прохладной. Больше в пещерке ничего не было.

Мох светился еле-еле и Тим достал шар, чтобы лучше рассмотреть непонятную вату. С виду похоже на спутанную рыболовную леску, но много мягче. К тому же она тянулась как резина и не рвалась, как ни пытался Тим добыть хотя бы кусочек.

Вдруг мальчик почувствовал чужое присутствие и резко повернулся, держа перед собой светящийся шар. У входа - узкой тканой трубы стояла толстая зеленая гусеница в шелковой жилетке. Сложив на груди три пары коротких ручек, рассматривала гостя большими черными, как у теленка, глазами. Когда Тим сунул ей под нос синий шар, сморщила нос-пуговку и недовольно проворчала.

Да убери ты эту светилку. Я ее уже видел. –

А ты кто? - ошалело спросил Тим. –

Я Тут. –

Я тоже, а зовут как? –

Тут! –

Понял, а ты кто? –

Тут я и есть, - рассердившись, надулась гусеница, - не понятно, что ли? зовут меня - Тут! И живу я тут, в норах. –

Каких норах? –

Старых. Их еще гшур строил. Здесь хорошо, тихо. А там, в тоннелях, то эти шарша, то птичьи дети, то пурхи. Теперь вот ты тут шумишь. –

Я? - удивился мальчик. –

Конечно. Свалился из верхних галерей. Прогрохотал. Как только все пурхи на твои крики не сбежались. Угодил бы к ним в когти, и прощайте грибочки. Хорошо, я снаружи был, раньше поспел. А мне уже давно поговорить не с кем. Вот и притащил тебя сюда. Висел бы ты сейчас в паутине. –

В паутине? –

Ну да, в паутине. Пурхи бы тебя высосали, а твои крики бродячим голосам отдали. Думаешь, они просто так сухолапым добычу в сети заманивают. Ведь это они тебя заманили? –

Голоса? –

Ну, голоса, голоса. Шагами, там, чириканьем. –

Так вот кто передо мной сандалиями шлепал! –

Понял наконец! - обрадовался Тут, - и вообще, откуда ты такой взялся. Вроде на чикх не похож, и на шарша тоже, и на гшур. –

Я сверху. С земли. –

Откуда? - теперь пришел черед гусеницы удивляться. –

С верху. Где нет потолка, а только небо. Там трава, деревья, а в небе днем солнце. –

Это как? –

Ну, вот как этот шар, - Тим протянул гусенице жемчужину, - но только много ярче. –

И как же вы там живете? - недоверчиво фыркнул Тут, - Потолка нет. Да еще говоришь, эта штука сверху. А к чему же паутину крепить, где мох расти будет? –

Нет, там хорошо, светло. Вот Аня… ой, я же про Аньку совсем забыл. –

Это еще кто? –

Сестра моя. Она там, в тоннелях. Мне ее найти надо! Тим вскочил и треснулся о низкий потолок. Хорошо, что он был покрыт слоем паутины. Шишка на затылке стрельнула болью, и мальчик, присев, схватился за нее рукой.

Ну чего вскочил, нету ее там, - недовольно пропыхтел Тут, - Я не видел. Только ты валялся. –

Значит, Чир ее к рябушам увел. –

К кому? –

К этим, как их, чикх. –

К клювастым, ну, довел, так довел, не съедят они ее. –

Мне нужно отнести им жемчужину,… а где я? Далеко до чикх? –

Это как идти. - Тут вздохнул и почесал верхней рукой гладкую зеленую макушку. - Только там, в верхних тоннелях, пурхов полно. Ты бы пока погостил у меня. А то и поговорить не с кем. –

Пурхи? А здесь их нет, сюда они не заберутся? –

Пусть попробуют. - Гусеница погрозил сразу тремя кулаками кому-то наверху. - Ну, останешься? –

Нет, извини, спасибо, но мне нужно… может, ты меня проводишь? –

Чего я там не видел? Грибов я сегодня уже набрал. –

Ну, поговорим по дороге. –

Ага, поговорим. Сразу бродячие голоса привяжутся и пурхов приведут. Нет уж. –

Ну, тогда скажи хоть, куда идти. –

Как из моей норы выйдешь, так по тоннелю направо. Потом две развилки налево, потом вверх. Еще раз и налево. Как раз в главный проход попадешь. А там и до большой пещеры недалеко. Только иди тише, а то съедят. Ну, понял? Тим обреченно кивнул.

Спасибо, Тут, я пойду. –

Идем, сейчас дверь открою. Гусеница засеменила тремя парами ног по устланному пряжей полу. Тим, пригнув голову, пошел за ним мимо ответвлений, завешанных шелком, из-за которых доносился запах сушеных грибов. Тут остановился в конце длиннющего коридора перед нагромождением камней, оплетенных толстыми витыми веревками.

Сейчас открою, - сообщил он и принялся тянуть за шелковые канаты всеми своими руками. Нити пришли в движение, раздвинулись, увлекая за собой камни, и в потолке образовалась большая дыра, за которой притаилась темнота.

Если вернешься, сам сюда не суйся, - предупредил гусеница. - Сначала меня позови. Постучи по камешкам негромко. А то они вон хотели ко мне без спросу добраться. Тут показал на торчащую из-под камней сухую паучью лапу. Единственный коготь в ладонь длиной угрожающе топорщился.

Может, останешься пока? –

Нет, не могу. Аня ждет. - Тим всмотрелся во тьму за порогом, снова глянул на сушеный коготь. По спине пробежала толпа испуганных мурашек. Оглянулся на Тута и, засунув шар под футболку, решительно ухватился за сеть - лестницу. –

Эй, погоди, - Тут вздохнул, - я тебя провожу. Только давай сначала грибочков поедим , пока свежие. –

Ладно. - Тим легко согласился еще немного задержаться, лишь бы не идти в каменные лабиринты одному. Он поспешно спрыгнул и отступил подальше от прохода. Довольная, гусеница принялась закрывать свою дверь - ловушку. Несколько рывков за канаты и камни снова сошлись в сплошной потолок.

Идем, подкрепимся перед дорожкой. - Тут повел гостя назад в недра своей норы. За одним из ответвлений оказалась комната - кладовка раза в три больше той, где очнулся Тим. По стенам развешаны шелковые мешочки и сетки с запасами. На каменных столбиках натянуты три ажурных сиденья - гамака.

Садись, не бойся, выдержат, - предложил хозяин. - Мой шелк крепкий. Тим примерился к крайнему и опустился на пружинившие нити. Оказалось, очень удобно, лучше, чем в папином кресле. Тут тем временем снял со стены мешочек и уселся рядом с гостем. Вынул сразу тремя руками по куску чего-то белого и упругого и протянул Тиму.

Пробуй. Только что собрал. Как раз поспели. Мальчик взял в каждую руку по куску и с опаской попробовал один из них.

А вкусно, - сообщил он, - на репу похоже. –

А то, - поддакнул Тут, уписывая за обе щеки, - конечно вкусно, сам растил. Тим и не заметил, как оба куска исчезли в животе. Тут протянул ему еще, и вскоре они совместными усилиями прикончили все содержимое мешочка.

Хорошо, - гусеница откинулся в шезлонге, шестью руками поглаживая живот. –

Да, - согласился Тим. –

Вот еще попробуй. - Тут достал узконосый кувшин и две чашки. Налил чего-то прозрачного. Жидкость была похожа на газировку шипучку, чуть терпкая и кисловатая. Тим и не заметил, как выпил все до дна.

Понравилось? это грибной сок. –

Грибной?! Очень вкусно, можно еще? –

Я сам придумал выжимать, - пояснил довольный похвалой хозяин. Похоже, он и впрямь давно жил в одиночестве. - А чашки как тебе? Тоже сам лепил. Тим проглотил последние капли и посмотрел на фигурную посудинку.

Но ведь это же камень? - удивился он, - гранит. Разве его лепят? –

Конечно лепят, - пожал плечами Тут, - помажешь слюнкой, подождешь, пока размякнет, и лепи себе. Я тут недавно слюны добыл у дикого скалогрыза. –

Кого? Скалогрыза? –

Слушай, какой ты странный. Что, никогда скалогрыза не видел? Кто же у вас наверху тоннели делает? –

Никто, там и так места много. –

Врешь ты все, наверно, смеешься над старым Тутом. - Гусеница надулся и замолчал. –

Нет, все так и есть. Правда. Тут, а ты знаешь, откуда все эти пещеры взялись? Все тут странное… –

Пещеры как пещеры. Обычные. - Проворчал хозяин, - всегда такие были. А откуда… не знаю. Меня старый Гшур сюда еще яйцом принес. Он меня всему и научил. Вот он лихо с пурхами расправлялся. Я ему сетки плел. Он их в тоннелях ставил. Пурхи его боялись. Потом он ушел, и я тут один остался. Вот и живу пока. –

А пурхи, они кто? –

Пурхи они и есть пурхи, когти у них, жевала. –

И разговаривать умеют? –

Нет, не умеют, только паутину плести и есть. И чего ты привязался, - опять рассердился Тут, - кто да что. На, лучше еще соку выпей. Тим не стал отказываться. В пушистом шелковом гамаке было тепло, в животе приятная сытность, даже глаза начали прикрываться. Мальчик поворочался, устраиваясь поудобнее. Но гладкий шар жемчужины начал сползать и выскочил из-под футболки. Тут ловко подхватил его и протянул гостю.

Не потеряй. Тим взял сияющий шар. Невидимая струна зазвенела далеким Аниным голосом. Мальчик вскочил.

Идти пора. –

Ладно, - кивнул гусеница, - Идем, а то одного тебя живо съедят. Я к тебе уже привык, жалко будет. Тут снял со стены мешок, покрытый снаружи бурыми волокнами сухого мха.

На, спрячь свою светилку. И вот тебе еще грибочков сушеных на дорожку, - подал он мальчику котомку поменьше, - у клювастых такие сладкие не растут. Тим сунул шар в мешок и закинул за спину. Так было гораздо удобнее, чем носить его под футболкой.

Перед выходом наружу Тут предупредил:

Держи меня за руку, смотри, не отпускай. И помалкивай, даже если свалишься или стукнешься. После теплой норы в тоннеле было холодно. Тут дернул за какую-то незаметную нить. Лежащие вокруг двери камни сползлись и закрыли ее плотным панцирем. Последняя светящаяся щель сомкнулась. Тим сжал сухую и мягкую ладошку гусеницы и пошел вперед в темноту.

Тут семенил быстро и совершенно бесшумно, Тим же то и дело спотыкался о невидимые камни. Вдруг гусеница шарахнулся в сторону, затолкал спутника в узкую щель и прошептал:

Пурхи. В тишину пещер вплелись зловещие звуки. Что-то скребло по камню, вздыхало, хлюпало. Щелкали челюсти. Мимо полз главный ужас брошенных тоннелей. Хищников было много. В темноте слабо мерцали ядовитые желтые огоньки, колыхались огромные туши.

Вдруг скрежет когтей по камням затих. Хоровод серых теней замер. Пурхи остановились напротив убежища. По ушам резанул скрип - чириканье. Чудища переговаривались. Рядом со щелью стукнул камень, еще один. Острие клешни царапнуло гранит.

Тим вжался в холодную стенку, нащупал жемчужину в мешке.

“Прогони их, - попросил он голубой шар, - я же знаю, ты можешь, чего тебе стоит? А я верну тебя назад, к рябушам, обещаю!”

Невидимая струна тихонько и насмешливо тренькнула в ответ.

Глава шестая. Заброшенные тоннели


Белая ящерица старейшины рябушей остановилась перед строем глазастых червей. Плотные ряды тупохвостых перегородили тоннель. Посредине, раскрыв веером корону из шевелящихся щупальцев, ждала Шарша.

Зачем вы пришли в мое царство? - Прошипела королева, - Хотите нарушить вечный договор? Хотите войны? В ответ войско чикх ощетинилось копьями. Старейшина слез с кияка и вышел вперед.

Договор нарушаешь ты, мать червей. Зачем ты привела к воротам войско? Твое царство не здесь! Эти общий тоннель. Глава чикх вытянул перед собой руку с жезлом. По рядам тупохвостых пробежала волна испуга. Шарша отшатнулась от алого огонька, но осталась на месте, грозно взметнув щупальца капюшона.

Шшаа. Были общие. Теперь мои! –

Опомнись, Шарша! Поссоришься с нами, не получишь свою долю урожая! –

Шшаа, - королева рассмеялась, злобно скривив жабий рот, - Скоро вам нечем будет платить за мою землю. У чикх больше нет синего света. Значит, не будет и грибов. –

Откуда ты знаешь? –

Голоса нашептали. Они все слышат, все знают. –

Чему же ты радуешься? Кому будет нужна твоя земля, если грибные сады умрут? Чем ты накормишь своих детей? Помоги нам найти человеческого птенца. Я обещаю, чикх заплатят, мы увеличим твою долю с этого урожая. –

У вас не будет урожая. Мои слуги найдут синий шар в гнездах пурхов. Грибы будут расти в моем царстве. А чикх мне больше не нужны! –

Ты глупа, Шарша. Одумайся! Старейшина поднял над головой костяной стержень. Алый кристалл в деревянной лапе вспыхнул. Глазастые черви испуганно отпрянули от колючих лучей. Шарша злобно зашипела, поджав капюшон. Рябуши дружно двинулись вперед, выставив перед собой копья.

Уйди с дороги, королева. Ведь ты знаешь этот камень. Отойди, если не хочешь потерять свое войско. Не мешай нам искать человечьего птенца. –

Шшаа, - королева усмехнулась, - Птенца? Не этого ли? Шарша обернулась к своей армии. Строй расступился, и трое червей выволокли из темноты четвертого, свернувшегося в тугой кокон. Над кольцами торчала голова Тима. Спеленатый до самого носа, он мог только беспомощно хлопать глазами. Увидев его, рябуши откатились назад и встревожено зачирикали.

Этот человечек вам нужен? –

А синий свет? Синий свет с ним? - старейшина бросился к Тиму, но Шарша преградила ему путь. –

Хочешь забрать детеныша? –

Да, отдай его нам, королева. –

Шшаа. Тогда выкуп. –

Хорошо, - старейшина отступил назад и опустил жезл, - Сколько ты хочешь? –

Десять корзин. –

Сколько?! - Вздохнули рябуши за спиной старейшины. –

Десять, или я отдам его пурхам. - Шарша злорадно зашипела, раздув капюшон, - ведь он хорошо, очень хорошо убегал от меня. Десять корзин, жалкие чикх, или он пойдет на корм сухолапым. –

Ты получишь грибы, а потом уйдешь в верхние галереи. –

Ты угрожаешь? - королева грозно поднялась на хвосте, сразу став вдвое выше старейшины. Ее шевелящаяся тень раскинулась по стенам тоннеля. Глава чикх поднял жезл над головой. Королева сникла, недовольно скривив жабий рот.

Шшаа, мы уйдем от ворот, но вы должны отдать выкуп сейчас. –

Кич, - старейшина повернулся к долговязому стражнику, - в деревню, собери выкуп. Кич, стоявший у решетки, вскочил на свободного кияка, дернул вожжи. Рогатая ящерица послушно вскочила и скрылась в темном тоннеле. Ряды шарш и чикх замерли напротив друг друга, не сводя настороженных взглядов с противника. Только Тим висел в стиснувших его кольцах и не мог даже пошевелиться. Где сейчас синий шар, за которым, кажется, гонялись все жители тоннелей, он тоже не знал.

Еще четверть часа назад, затаившись в каменном отнорке, вместе с гусеницей он вслушивался в зловещий скрежет когтей по камням, вздохи и щелчки. Хоровод теней, не спеша , тянулся мимо щели. Пурхи уходили. Издали последний раз донеслись их скрежещущие голоса и стихли совсем. Гусеница опасливо выглянул наружу.

Ушли, - сообщил он шепотом, - и откуда здесь столько сухолапых взялось. Они же друг дружку терпеть не могут. Наверно, за тобой приходили? Ну, чего ждешь? Идем. Или здесь останешься? Вслед за Тутом мальчик выбрался из щели. В тоннеле было удивительно тихо. Даже капли не падали с потолка, напуганные караваном чудишь. Но невозмутимый гусеница спокойно пошлепал вперед. Вскоре Тим приноровился к его шагу и тоже успокоился. С таким проводником он скоро выберется из этих страшных нор. Ведь где-то же они кончаются.

Скоро уже, - поддакнул Тут, - в большой тоннель сейчас придем. Неожиданно житель пещер встал. Тим воткнулся ему в бок и оступился. Острый камешек воткнулся мальчику в щиколотку, угодив за край кроссовки.

Подержи, - Тим протянул проводнику мешок с жемчужиной, - ногу колет. –

Тише, - прошептал гусеница, приняв плетенку, - тут есть кто-то. Тим нагнулся, одной рукой вытащив из обуви осколок, другой уперся в стену. Но это была не стена. Под пальцами вздрогнули скользкие упругие кольца.

Беги,. Тут, - крикнул мальчик, - беги к Чикх. –

Гикчих… икчих… кчих… ихх… - гулко рассмеялись пещеры, а мальчика обвили сильные холодные кольца, закрыв рот. “Шарши, - понял он, - шарши меня нашли”. Сначала Тима волокли в полной тишине. Потом черви остановились. Начали свистеть и перешептываться. Как мальчик ни старался, но не мог понять, о чем спорят похитители. Вскоре впереди мелькнул свет, и послышались голоса королевы и старейшины. Пленника вынесли вперед. Он увидел армию рябушей, удивительных рогатых ящериц и старейшину с жезлом алого камня.

Черви казались выросшими из пола каменными столбиками. Застыли четкими рядами. А войско чикх напоминало стайку воробьев на ветке. Рябуши быстро устали держать шарш под прицелом копий и принялись пересвистываться, ерзать на месте и двигаться. Только старейшина чикх сохранял невозмутимость, молча стоял перед войском, сжимая жезл.

Хорошо, что ждать пришлось не очень долго. Со стороны ледяного ручья послышались крики погонщиков, и на свет выехал караван в пять ящериц. На каждой по две корзины сушеных грибов. Рябуши принялись снимать их и вытаскивать вперед, к строю безмолвных червей.

Вот твой выкуп, Шарша, - старейшина указал жезлом на корзины, - Отдай птенца. Королева червей подползла к плетенкам из сухого мха и принялась придирчиво осматривать и обнюхивать их. Помяла щупальцами сморщенные кусочки грибов и недовольно скривила рот.

Шшаа. Плохой гриб, плохой. Гнилой. Ну, за этого человечка сойдет и такой. Забирай! Королева прошипела приказ. Безмолвные черви подхватили корзины и скрылись в темноте пещер. За ними отползла и Шарша.

Конвоиры выпустили Тима. Скользкие кольца исчезли, пленник грохнулся на пол тоннеля и вскочил, потирая ушибленное место ниже спины. Его сразу окружили взволнованные рябуши. От их чириканья можно было оглохнуть.

Свет, где синий свет, где жемчужина, - теребили Тима чикх. –

Тише! - старейшина дождался, пока последний из тупохвостых исчез в тоннеле и призвал свое войско к порядку, - караульте проход, пурхи близко! Чикх бросились кто вперед, в тоннель, с копьями наперевес, кто к ящерицам. Глава племени подошел к мальчику.

Ты Тим? Где синий шар? Чир сказал, он у тебя! –

А сам он где, где Аня, моя сестра? Она была с ним! –

Они в гнездах, в безопасности. Жемчужина у тебя? –

Нет, - покачал головой Тим, - я отдал ее Туту, когда меня шарши поймали. –

Тут? Кто это? –

Гусеница. Он живет там, в тоннелях. –

Ты помнишь, где оставил его? Нужно его найти! В синем шаре жизнь нашего племени! Тим задумался, потер подбородок.

Темно было. Но несли меня недолго. Тут рядом должен быть лаз. –

Штар. - позвал старейшина. Подошел седой охотник с белой ящерицей в поводу.

Ты знаешь самый ближний проход в брошенные тоннели? –

Десятка два шагов вперед. Старейшина выбрал трех воинов.

Оставайтесь у решетки, закройте ее и ждите. Веди, Штар. Чикх оседлали ящериц, и войско двинулось за белоснежным дракончиком старейшины во тьму тоннеля, разгоняя ее розовым светом мха. Вскоре в сером камне стены открылась широкая дыра. Штар натянул поводья и спрыгнул на пол.

Вот он. Вход был слишком низким. Рябушам пришлось спешиться, чтобы пролезть в него. Вслед за первым десятком копейщиков под зубчатый карниз нырнул старейшина. За ним Тим. Потом погонщики с ящерицами. Узкий лаз вывел войско в новый тоннель. Глава чикх выбрался из-под низкого свода, отряхивая накидку, и, подняв над головой жезл, распорядился:

Тюх, Шух, светите на пол, ищите следы. Остальные - следите за тоннелями. Рябуши знали свое дело и уже выстроились кольцом вокруг лаза, направив в темноту наконечники копий.

Из дыры появился седой охотник. Следом, пыхтя, царапая камнем чешую на боках, выбрался белый кияк. Тряхнул рогатой головой, фыркнул, почесал лапой глаз и улегся у ног главы чикх.

Тим подобрался ближе к ящерице. Дракончик казался ему надежной защитой от таящихся в темноте страхов.

Штар, - старейшина прислонился к боку кияка рядом с погонщиком, - есть впереди пурхи? Старый охотник вслушался в гулкую тишину тоннеля.

Да, они следят за нами. –

Много? –

Не могу понять, больше пяти. Это странно. Они редко собираются вместе. –

Нападут? –

Нет, не сразу. Не сейчас. Сначала присмотрятся. –

Нашел! - Послышалось радостное чириканье Тюха. Тим бросился на голос. На полу тоннеля валялась потерянная сумка с сушеными грибами, подарок Тута.

Это здесь, - сообщил Тим собравшимся вокруг него рябушам, - здесь меня шарши поймали. –

А твой Тут, гусеница, куда он убежал? Мальчик встал туда, где лежала котомка, и начал вспоминать, в какой стороне скрылся гусеница.

Нет, не знаю, - честно признался он. - Может, он где-то рядом? Прячется. –

Позови его, - попросил старейшина. - Чикх, отойдите назад. Тиму вручили копье-факел. Он сделал несколько шагов вперед в пустой тоннель. Рябуши отступили, оставив его одного посреди светлого круга.

Стена тьмы колыхалась впереди. Из нее кто-то следил за мальчиком. Тим чувствовал взгляд голодных глаз. В животе вырос ледяной еж, мешая дышать. Мальчик уже готов был бежать назад, под защиту копий чикх, но только сильнее сжал рукой древко. Нужно найти синий шар. Иначе они с Аней не смогут вернуться к родителям. Нужно во что бы то ни стало отыскать гусеницу.

Тут, Тут, отзовись, это я, Тим. - Крикнул мальчик в темноту. –

Тоятим… ятим… Имм… Ммм… передразнили тоннели. –

Тут, ты меня слышишь? –

Слышишь? Ышишь… шиш… кыш! - шикнула на него темнота. Старейшина подошел к нему. Следом и остальные воины.

Голоса. - Прочирикал старый рябуш. - Голоса пещер смеются. Если твой друг слышал, то пойдет навстречу. Придется разделить войско. Шур, поведешь половину войска туда, - старейшина указал жезлом в правый тоннель. - Ищите гусеницу. Штар, кияка! Семь ящериц скрылись за поворотом. Остальные четыре потрусили вслед за белым дракончиком, над которым сиял алый камень. Рябуши молчали. Только шорох коготков кияков перекатывался в тишине как сухие горошины.

Вдруг возница натянул поводья. За изгибом тоннеля путь перегородили тенета. Не просто паутина, а тонкая мутная пленка, натянутая на витые жилы.

Проклятые сухолапые, - чирикнул Штар, - давно я не видел их ползучую ловушку. Старейшина привстал и поднял жезл к самому потолку. Алый огонек мигнул и послал вперед пучок лучей. Паутина вздрогнула, как живая и съежилась, прижавшись к стенам и потолку. В темноте мелькнула убегающая серая тень. Осмелевшие Рябуши бросились вперед. Миг, и хищную перепонку в клочки искромсали каменные острия. Обрывки сочащихся слизью канатов корчились на полу пещеры.

Пурхи затаились неподалеку, - предупредил Штар, - смотрите в каждую щель. Теперь копейщики проверяли глубокие темные трещины, тыкая в них светящимися наконечниками копий, заглядывали за каждый валун. Но сухолапые или ушли, или спрятались слишком хорошо.

Вскоре рябуши устали ворошить камни. Отряд выехал к развилке и остановился.

В правый, - решил старейшина. Штар хлопнул ладонью по чешуе, и белый дракончик послушно потрусил вперед. Остальные ящерицы чуть приотстали. Едва кияк старейшины миновал развилку, как позади него с потолка упала сеть, отрезав от остальных чикх.

В темноте блеснули гроздья злых глаз. Штар щелкнул вожжами. Дракончик бросился вперед, едва увернувшись от новой паутины, острых когтей и сыплющихся камней. Вдогонку ускользнувшей добыче неслось злое чириканье пурхов. Ему отвечали яростные свисты рябушей.

Тим, старейшина и седой охотник неслись на белой ящерице в недра брошенных тоннелей.

Глава седьмая. Грибные грядки


Аня вслед за Чиром и Чивить забралась по лесенке в домик-шар. Он и изнутри напоминал большое птичье гнездо. Стены, плетенные из похожих на мочало лент, выстланы серым мхом. Под потолком на перекладинах гроздьями висят разные сеточки и корзинки. Из мебели только низенький и тоже плетеный стол посредине комнаты.

Садитесь, цыплятки, - прочирикала хозяйка, - сейчас я вам поклевать принесу. Чивить скрылась за занавеской справа от входа. Не успел Чир сделать и шага, как на него сверху свалились два пушистых комка, сбив с ног. Аня успела отскочить в сторону и теперь глядела, как вокруг приятеля прыгают двое маленьких рябушат. Пушистенькие, словно куколки в перышках и юркие, как цыплята.

Чирчик кривохвостик, Чирчик косоклювик. - дразнились птенцы, уворачившиеся от рассерженного родственника. –

Погодите у меня, скорлупки яичные, вот поймаю, все перья выщиплю. –

Не поймаешь, не достанешь, - дразнились сверху рябушата, взобравшись по стене на перекладины под потолком, - какую смешную чикх ты привел. Какую голую. Кто ее общипал? –

Глупые вы, - с превосходством чирикнул Чир, - она не чикх, а человек, они все такие. –

Ой, бедные, - запричитали птенцы, - наверно, им всегда холодно. Пушистики слезли вниз, опасливо поглядывая на Чира, подошли к девочке, подергали ее за подол сарафана, попытались схватить за косу. Аня подхватила одного на руки. Рябушенок был очень легкий и теплый, как мягкая игрушка. Второй обижено зачирикал, и Ане пришлось взять и его.

Какие хорошенькие. - Аня опустилась на пол, усадила вертлявых птенцов на колени и погладила по мягким перышкам. - Они твои братья? –

Сестры. Чик и Чирк. - Чир с удивлением глядел на притихших птенцов, - похоже, ты им понравилась. –

Проголодались, - послышался голос мамы рябушихи, - Уже, уже несу. –

Мама. Мама, - зачирикали птенчики и бросились к столу. Чир хотел было наподдать пробежавшим мимо сестричкам, но из-за занавески выглянула Чивить.

По местам, по местам, - велела хозяйка, - а тебе, Чир, стыдно маленьких обижать –

Но, мама… –

Тише, - хозяйка щелкнула сына по кончику клюва половником, - ты же старший. Семейка чинно расселась вокруг плетеного стола, и хозяйка разложила по чашкам - скорлупкам густую, с ароматом грибов и растительного масла, кашу.

Аня уписывала угощение за обе щеки. Чир тоже от нее не отставал. Только его сестренкам не сиделось на месте. Они прыгали, толкались, расплескивая еду, и мама Чивить то и дело сердито чирикала на них. Птенцы затихали, но не надолго.

Наконец каша кончилась, и все по очереди напились воды из большой скорлупки и почистили клювы пучками сухого мха.

Ну, воробышки, - прочирикала хозяйка, - отдохните пока в детской, а я приберу. –

Идем. - Чир потянул Аню за левую занавеску. Там оказалась такая же плетеная комнатка-шар, но вся от пола до висящих на потолке прядей светящегося мха густо устланная мягким пухом и волокнами. Аня будто оказалась в домике из одеял и подушек. Они с Тимом раньше любили их строить. Но этот был много просторнее и светлее. И еще детскую пересекали вплетенные в стены мягкие толстые канаты. По ним принялись прыгать сестрички Чира.

Хорошее у вас гнездо. - Аня плюхнулась на пружинивший, как батут, пол. - Но у нас лучше. –

Это почему это?! - возмущенно прочирикал сверху рябушенок. –

Лучше, и все. - Аня хлюпнула носом, вспомнив свою комнату со столом и кроватью, с любимыми игрушками, и чуть не разревелась, так ей захотелось домой. И Тим, где он, что с ним? За стенкой послышались шум, чириканье, стук камешков. Чир вскарабкался по канатам к потолку и раздвинул редкие наверху волокна стены.

Иди сюда, скорей, - позвал он Аню. Девочка взобралась вслед за ним и приникла к щели между лентами. По улочке поселка двигались ящерицы - кияки. На них восседали одетые в чешуйчатые куртки рябуши. Каменные наконечники длинных копий блестели как стекло. Впереди, на белоснежном дракончике, ехал седой рябуш с жезлом в руке. В вершине костяного стержня светилась рубиновая звездочка.

Видишь, все наше войско пошло Тима искать. –

А найдут? –

Конечно, найдут! с ними же старейшина с жезлом. Там красный камень, его все бояться, даже шарша, даже пурхи. –

Чир, Аня, - послышался голос хозяйки, - вылезайте. Дети скатились по мягкой стене, как по трамплину.

Ну, отдохнули, птенчики? - встретила их в столовой Чивить. –

Тетя Чивить, я домой хочу, - прохныкала Аня. –

Потерпи немного, птенчик, вот найдут жемчужину, старейшина вернется, и отведет вас наверх. –

И я буду снова большой? –

Конечно, будешь. Старейшина все знает. Он тебе поможет. –

И Тиму? –

И ему. А сейчас нам нужно грибы прополоть. Идем, сынок, и ты, маленькая, тоже. Поможешь Чиру. За работой и ждать веселее. Хозяйка заглянула в детскую, грозно чирикнула на сестричек и покинула гнездо. Аня вслед за рябушами взобрались по лесенке на крышу домика, потом на каменный уступ, под которым он висел. Серую стену пещеры здесь прорезало множество круглых отверстий. Около них лежали и стояли привязанные кияки и что-то ели из широких корзин. Рябуши погонщики сидели неподалеку, закусывая сушеными грибами. Они проводили девочку удивленными взглядами.

Вслед за Чиром Аня вошла в высокую хорошо освещенную галерею. Вдоль стен высились валы черной земли, опутанные толстыми белыми нитями. Кое-где над ними торчали белые шары, похожие на огромные дождевики. Около гряд копошились рябуши, ковыряясь в сплетении нитей.

Мы тут грибы растим, - с видом знатока заявил гостье Чир, - видишь, вон уже поспевают. - Он показал на шар, покрывшийся сверху мелкой сеточкой трещин. - Землю у Шарши вымениваем. Раньше никто не знал, где она ее берет, пока я у вас наверху не побывал. У вас там ее полно. Вы по ней ходите и не замечаете. А мы каждую крошку бережем. Семейство направилось в дальний конец галереи. Вдруг Аня ойкнула и спряталась за спину Чира. У стены ворочалось огромное зубастое страшилище, покрытое крупной чешуей. Оно было похоже на приплюснутого сверху карася с выпученными глазами, толстыми лапками-плавниками и шипастым хвостом.

Не бойся, - успокоил ее Чир, - это скалогрыз. Тут будут новые грядки делать. И вправду, из-за чудища вышел взрослый рябуш и подтолкнул его длинной палкой к стене. Скалогрыз послушно распахнул жуткую пасть с торчащими клыками, и принялся вгрызаться в камень. Только щебенка полетела в стороны.

За следующим поворотом Чивить остановилась около насыпи с тремя едва показавшимися из земли грибными головками.

Ну, вот и наша грядка. Начинай, птенчик. А ты, маленькая, подойди сюда. Смотри: Рябушка взяла рогатую палочку, такую же дала Ане.

Видишь, вот белые нити, это хороший гриб. А вот эти, - Чивить подцепила желтоватую и завитую, словно поросячий хвостик, - надо выпалывать. Чикх ловко накрутила нить на палочку, вытянула из земли и бросила в кучку, огороженную низким каменным заборчиком.

А если увидишь вот такого хруща, - Чивить ковырнула в земле и выбросила на свет червячка с ладонь длиной, похожего на белую фасолину, - подцепляй его вот так: - Чикх взяла вторую палочку, как пинцетом ухватила уже наполовину зарывшегося в почву вредителя и бросила в ту же огороженную камнями кучку. - И осторожней, они кусаются. - Чивить показала Ане свежий след крохотных зубов на палочке. Поначалу у девочки получалось плохо, но вскоре она приноровилась, и начала сноровисто выуживать из земли сорную грибницу и кусачих хрущей. Чир трудился рядом. Когда остался не прополотым маленький кусочек грядки, рядом остановилась ящерица, навьюченная каменными кувшинами.

Доброго урожая, Чивить, - возница рябуш окинул Аню любопытным взглядом, - вам как всегда? –

Да, Ширх, два кувшина, - рябушка помогла вознице снять с кияка каменные сосуды. - И возвращайся за кормом. Хрущей сегодня много. В кувшинах плескалась холодная чистая вода. Пока Аня допалывала остаток, Чир с Чивить полили грядку. И принялись выуживать из мусорной кучи червячков, складывая их в опустевшие кувшины.

Подъехал знакомый возница.

Ну, не готовы? Быстрей, Чивить, мне еще два раза на озеро ехать. Аня бросилась помогать рябушам. Зеленый дракончик подошел, лег рядом.

Ой, - Аня испугано отскочила от ящерицы. Кияк выхватил у нее червячка прямо с палочки и с удовольствием схрупал. - Ах, ты и хитрюга! - погрозила ему девочка. В ответ дракончик зажмурился, положил голову на лапы и притворился спящим. Вот значит, чем кормили ящериц у входа в тоннель.

Наконец погонщик погрузил кувшины с хрущами на ящерицу и увез к выходу из галереи.

Ну, птенчики, идем домой! –

Мама, мы тут еще походим, я Ане сады покажу. - Идем. - Позвал Чир девочку, - там за поворотом еще скалогрызы есть. Дети завернули за поворот и увидели двух чешуйчатых чудищ, усердно жующих камни. Сзади послышался шум щебенки. Чир оттащил Аню за Кучу валунов. Мимо проехали Кич и еще трое погонщиков на кияках, груженых корзинами.

Вон тот подходящий, - не слезая с ящерицы, Кич выбрал начавший растрескиваться гриб на соседней грядке, - как раз хватит на четыре корзины. Пошевеливайтесь, в тоннеле войско ждет. Погонщики подвели кияков к грядке, принялись кромсать длинными каменными ножами белый шар и укладывать куски в корзину. Кич слез со своей ящерицы и уселся у камней, за которыми прятались дети. Достал скрученный кусок сушеного мха и принялся чистить клюв и когти на пальцах.

Расселся тут, - зло прошептал Чир, - мог бы другим помогать. А давай подкинем ему червячка. Он нас пропускать в ворота не хотел. Только сиди тихо! Чир прокрался к повороту галереи, скрылся за валунами и вскоре вернулся. В руках он держал палочки с зажатым в рогульках хрущом. Кусачий червячок вертел безглазой головой и щелкал мелкими черными зубками.

Гляди, что сейчас будет. Кич сидел к детям спиной и увлеченно полировал когти. Чир высунулся из-за камня и сунул червячка в мешок с сухим мхом.

Теперь бежим, только осторожней, не шуми. Чир потянул девочку дальше, в глубь галереи. Не успели они добраться до поворота, под прикрытие валунов, как сзади раздался бешеный рев. Это Кич сунул руку в мешочек за новым пучком мха. Аня и Чир на бегу прыснули в кулаки.

Так ему и надо. Пойдем. Я тебе еще что покажу.

Кич прыгал у камня и тряс укушенной рукой. Погонщики недоуменно посмотрели на него и снова принялись резать остатки гриба.. Долговязый стражник огляделся. Больше вокруг никого не было. Но кто-то же подкинул ему хруща.

Шевелитесь, что вы как сушеные червяки, - прикрикнул на погонщиков Кич, взбираясь на кияка. Сейчас я эти камни обыщу, - зло проворчал он себе под клюв, заматывая прокушенный палец полоской мха, - вот только попадитесь мне! Пожалеете, что вылупились.

За поворотом галереи тоже были грядки, но белые нити на них были мелкими и сморщенными.

Что это с ними? - спросила Аня, - они что, больные? –

Нет, просто сюда жемчужину не донесли, - важно заявил Чир, - Только от ее света грибы становятся большими, и урожай хороший дают, а без жемчужины мельчают и совсем расти перестают. –

Поэтому она вам так нужна?! –

Еще бы! - согласился Чир, - потому я за хурхом и бросился, когда он из-за вон тех валунов выскочил и на старейшину с жемчужиной напал. Тут суматоха поднялась. А я за его хвост уцепился, он меня и поволок. Потом сзади камни посыпались. Ну, не выдержал я, отцепился. Только это уже недалеко в тоннелях было. Дальше я за ним сам бежал. –

Какой ты храбрый, - восхитилась Аня, - а я его страх как испугалась. –

Конечно, - рябуш важно напыжился, - хурх отсюда выскочил, значит, у него где-то здесь была дыра, в которую он меня втащил. Я ее найду и буду самым знатным воином. Чир полез на кучу валунов и щебня у стены. Камни выкатывались из-под ног, но он упорно продолжал лезть вверх. И вдруг один из валунов шевельнулся и покатился. Чир не удержал равновесия и упал куда-то за кучу.

Чир, чирчик, ты где, ты не ушибся? - Аня побежала в обход. Чир сидел на полу около откатившегося от стены валуна.

Смотри, - показал он Ане неровную дырку в стене галереи, - видишь, это тайный ход в брошенные тоннели. Я сам его нашел! Нужно старшим сказать! –

Эй, что вы тут делаете? - раздался сзади голос Кича. Стражник спрыгнул с ящерицы и подошел к замершей от страха парочке.

Вот, значит, кто подшутить надо мной вздумал, племянничек толстяка! Ну, скорлупка яичная… Глава восьмая. Тайный лаз


Покрытая липкой слизью сеть упала сверху, перекрыв войску рябушей путь вперед. За ней остались старейшина на белой ящерице, седой охотник и человечий птенец. Копейщики принялись кромсать преграду, но с потолка посыпались камни, ломая древки. Из темноты правого тоннеля пурхи принялись метать паутинки, спутывая ноги ящерицам.

Назад, отступайте назад, - Крикнул Тюх, старейший из оставшихся воинов. –

А старейшина? А Штар? –

Ты слышал, они кричали? –

Нет. –

Значит, они ушли от сухоруких. И у них алый камень! Здесь мы к ним не пробьемся! Отступайте к большому тоннелю. Войско чикх принялось пятиться, удерживая остающийся позади тоннель под прицелом каменных наконечников. Одна из сетей пурхов накрыла сразу троих воинов. В темноте блеснули голодные глаза, когтистые лапы потянулись к упавшим воинам. Но остальные рябуши смело бросились вперед, пронзая копьями темноту, целя в горящие глазницы.

Пурхи отступили, позволив пойманным выпутаться из липкой ловушки, но далеко не ушли. Серые туши ползали на границе света, изредка бросая в ускользающую добычу новые сети. Чикх едва успевали ловить их на копья.

Скорее, скорее, - торопил Тюх, - сухолапых слишком много. Клянусь перьями, они сбежались сюда со всех пещер. –

Свет, свет позади! - крикнул один из погонщиков. На помощь воинам Тюха спешила остальная часть войска чикх.

Увидев, что рябушей стало в два раза больше, хозяева брошенных тоннелей предпочли убраться подальше в темноту.


Аня и Чир испуганно смотрели на долговязого стражника. Чир постарался закрыть спиной дыру в стене, но для этого он был слишком мал.

Вот кто мне хруща подсунул! - грозно надвинулся на него Кич. –

Что вы, дядя Кич, я их сам боюсь. –

Еще и издеваешься. Только надо мной шутить клюв не дорос! Сейчас я тебе перья повыдергиваю. –

Что вы, дяденька, - Чир отскочил подальше, вывернувшись из-под протянутой руки стражника. –

О, а это что? - Кич уставился в темную дыру, - это же лаз! Ты хотел его спрятать? Куда он ведет? –

В брошенные тоннели, - с отчаяньем в голосе чирикнул Чир, - Это я его нашел, дяденька! –

Чего? Ты нашел? А ну брысь отсюда! И помалкивайте, я сам его осмотрю. - Кич присел на корточки у дыры. –

Я его нашел, - обиженно повторил Чир, - Я и скажу старейшим… –

Чего? - рассвирепел Кич, - а ну иди отсюда, скорлупа яичная. - И только пискни об этом лазе. Радуйся, что после твоих проделок я тебя просто отпустил… Чир возмущенно чирикнул и уже хотел броситься на обидчика, но Аня оттащила его за валуны.

Перестань! Он же сильнее. Как вы, мальчишки, драться любите! –

Я ему еще покажу, - возмущался Чир, - он узнает, где пурхи зимуют! Дети отправились к выходу из галереи.

Кич подобрал копье и засунул в дыру. Пошуровал там. Прислушался. Снова заглянул, но залезть не решился. Вернулся к кияку.

Эй, - позвали сзади. Стражник обернулся. Из дыры высунулся Тут. В руке плетеный мешок с чем-то круглым.

Рябуш отпрыгнул, схватил прислоненное к камню копье и наставил на гусеницу.

Ты кто? Чего надо? –

Я? Я Тут… мальчик у меня был. Просил вашим отдать. - Гусеница протянул стражнику мешок. –

Чего отдать? - Кич отступил к ящерице, готовый в любой момент ретироваться. –

Ну, эту… шарик ваш. Светилку. –

Синий свет?! –

Его, его, - радостно закивал гусеница. Кич упер острие копья в пузо Туту и протянул руку за мешком.

Давай сюда, гусеница. –

Слушай, - Тут попытался отвести в сторону копье, - убери эту штуку, колется больно. –

Давай мешок, червяк зеленый! –

Возьми, я же и говорю, мальчик просил отдать… Кич вырвал мешок из руки гусеницы, отскочил. Заглянул внутрь и снова направил на гостя копье.

Проваливай теперь. –

Слушай, можно я пока тут у вас останусь. А то там везде пурхи. Взбесились совсем. Сбежались из всех щелей. –

Уходи, гусеница. - Кич оттеснил гостя в глубь дыры. - Иди, откуда пришел. А то… –

Ну, - вздохнул Тут, глянув на соседнюю грядку - хоть грибочков дай. Я голодный совсем. А тут так пахнет… –

Иди, говорят, и чтоб я тебя больше не видел. - Кич ткнул гусеницу острием. Тут охнул, отпрянул в глубь дыры и скрылся в темноте, из лаза еще долго доносились его ворчание и жалобы:

Вот, всегда так, поможешь, так еще и обидят. Чтобы я еще кого домой притащил! Да пусть вас всех пурхи съедят, чтобы я еще… Кич еще раз заглянул в дыру. Присмотрелся, но никакого движения не заметил. Вернулся к ящерице. Снова заглянул в мешок и довольно чирикнул.

Я нашел жемчужину, я нашел нору хурха. Ну, кто теперь лучший воин чикх?! И пусть только эта скорлупка от яйца посмеет чирикнуть…

Белая ящерица мчалась по темному тоннелю. Сети пурхов остались позади. На пути никто не попадался. Сухой и мертвый ход, петляя, уходил в недра горы. Ни старейшина, ни Штар не знали этих мест. Они затерялись в необъятных каменных лабиринтах.

Откуда все эти пещеры взялись? - не мог сдержать своего любопытства Тим. –

Главные тоннели строили гшур, - ответил старейшина, - растили в них грибы. Потом ушли и бросили. Возница резко остановил кияка. Впереди блестело чешуей чудище с выпученными глазами и клыкастой пастью. Не обращая внимания на ящерицу и седоков, оно неторопливо грызло стену.

Вот, видишь, откуда пещеры берутся, - показал на чудище старейшина. - Это дикий скалогрыз. Когда-то их много было, да мы их всех выловили. Нужно будет и его поймать. Того и гляди, где не надо стенку проест. Его родичи эти тоннели и выгрызли. Освещая дорогу привязанными к рожкам пучками мха, ящерица направилась дальше. Вдруг в темноте мелькнуло что-то серое. Штар щелкнул вожжами. Кияк прыгнул вперед, нагоняя зверя.

По тоннелю бежал крыс.

За ним, - велел старейшина, - он укажет выход! Ящерица понеслась вслед за хурхом. Возница погонял ее, стараясь не упустить из виду мелькавший впереди голый хвост. Вдруг послышался вскрик. Крыса на что-то налетела и скрылась в темноте, а Штар натянул вожжи. Посреди тоннеля, охая и ругаясь, валялась вверх тормашками толстая гусеница.

Тут, это ты! - Тим спрыгнул с ящерицы, помогая гусенице подняться. –

Я. Кто же еще. Вот свяжись с птичьими детьми, не оберешься синяков. –

Тут, где ты был. Где жемчужина? –

Где был? Унес шарик вашим, клювастым. А вместо благодарности меня прогнали да еще чуть копьем не закололи. И ни грибочка не дали голодному Туту. –

Ты отдал шар чикх? - старейшина спрыгнул с ящерицы, не выпуская из рук жезла. –

Уберите от меня эту светилку. - Тут загородился тремя ладошками от жгучих лучей, - Унес. Вот теперь обратно ползу. –

Ты отдал ее стражникам у решетки? –

Нет, сердитому клювастому у новой дыры. –

Новой? –

Новой, новой. Недавно появилась. –

Тут, не обижайся, - старейшина спрятал жезл за спину, и гусеница вздохнул облегченно, - Тебе попался плохой чикх. Мы накажем его. –

Да, знаю я вас, - надулся Тут, - Все вы такие. Старый Тут чуть не помер… –

Ты можешь вывести нас к большому тоннелю? Или к новой дыре. Я обещаю тебе как старейшина, тебе дадут столько грибов, сколько сможешь унести… –

Да, Туту уже обещали, донести бы… –

Ну Тут, ну пожалуйста, - попросил Тим. - Мы пропадем без тебя. Никто лучше тебя не знает тоннели. Гусеница насупился, запыхтел.

Ладно, - недовольно проворчал он, - Идите за мной. Компания направилась следом за новым проводником. Впереди старейшина с жезлом, следом белый дракончик с Штаром и Тимом на спине. Они миновали несколько развилок. Тут влез на каменную осыпь.

Уже недалеко, - обернулся он, - еще десяток… –

Тут, берегись! - крикнул мальчик. Из-за кучи щебня появился пурх. Чудище нависло над путниками, раскинув в стороны лапы с ядовитыми когтями и растянув на них ловчую сеть.

Теперь Тим смог хорошо рассмотреть ужас тоннелей. Он был похож и на паука и на краба сразу. Из сплюснутого панцирного туловища торчали восемь членистых ног. Вокруг вооруженной мощными зубастыми жвалами головы блестело ожерелье паучьих глаз.

Тут отскочил в сторону и спрятался за камнями. Возница наклонил копье острием вперед, грозно чирикнул, и белая ящерица, наклонив рога, бросилась на противника.

Пурх радостно хрюкнул и вытянул вперед когти-клешни. Тим вспомнил про рогатку и, подобрав камень, послал его прямо в глаз чудищу. Пурх заскулил, остановился и начал тереть глаз передней лапой. Дракончик ударил рогом в сочленение ноги и пурх покачнулся. Штар отбил копьем удар ядовитого когтя, но не удержался в седле и упал на камни. Его накрыла липкая ловушка. Острые жвала щелкнули у самой головы охотника. Не теряя времени, старейшина бросился вперед и ткнул кристаллом посоха в морду чудища.

Алый камень вспыхнул, крабопаук окутался голубым сиянием, и оно, как вода в губку, втянулось в рубин. Пурх жалобно заскрипел, начал судорожно дергаться и сдуваться, как шарик, из которого выпустили воздух. Скрип перешел в тонкий стрекот. На месте пурха сидел обычный паук - крестовик. Теперь он казался Тиму не больше кошки.

Выпутавшийся из паутины Штар ткнул его острием копья. Паук бросился в темноту, но белая ящерица оказалась быстрее. Она метнулась следом, хрупнул панцирь, и от паука остались одни только ноги. Дракончик довольно облизнулся.

Ух, - Тут выглянул из-за камня, - я уж думал… –

Нужно скорей уходить, - поторопил старейшина. - С одним пурхом мы справились, но если голоса пещер поблизости, они приведут к нам остальных сухолапых. –

Старейший, что с пурхом случилось? - спросил Тим, когда они уже бежали вслед за Тутом. –

Камень отнял у него свет жемчужины. –

Как это? –

Все жители пещер несут в себе частицу ее сияния - преобразующую силу, и только алый камень, отняв ее, возвращает им истинный облик. –

Значит, он и нас с Аней может сделать большими? –

Может. –

Старейший, если мы выберемся из брошенных тоннелей, ваше войско поможет нам вернуться домой? –

Сначала нужно выбраться, найти выход к вашим пещерам наверху. Потом, да, я обещаю от имени чикх. –

Тише, - Штар на дракончике поравнялся с Тимом, - тоннель сужается, дальше пойдем друг за другом. Возница слез с ящерицы и повел ее за собой. Вдруг Тут остановился. Дальше прохода не было. Там, где раньше была дыра, теперь была гладкая стенка. Тупик!


Аня с Чиром брели к выходу из галереи.

Он у меня забудет, где вылупился, - петушился Чир, оглядываясь туда, где у лаза в брошенные тоннели остался долговязый стражник, - это я нашел дыру, я гнался за хурхом, а этот длинный все себе присвоил. Ну, я ему еще припомню, клянусь перьями… –

Идем, Чирчик, идем, - успокаивала его Аня, - тебя уже дома ждут. Дети миновали свою грядку и присели отдохнуть.

А ловко я ему хруща подсунул, - Чир кинул камешек в каменный заборчик мусорной кучи, - долго помнить будет. –

Где же Тим, - вздохнула Аня, - что же его так долго ищут. Мимо проехал Кич, сжимая в руке мешок с жемчужиной. На детей он даже не взглянул, будто и не заметил. Чир зло глянул в спину стражнику и чирикнул:

Чтоб тебя хурх уволок! В тот же миг мимо детей пронеслась серая туша с голым хвостом. Крыс не оставил надежды добраться до сияющего шара. Он снова воспользовался своим лазом. Услышав шум, Кич обернулся. Увидев несущееся на него чудище, пришпорил ящерицу. Кияк рванул к выходу, только хвост мелькнул за поворотом. Но и крыс не отставал.

В галерее поднялся галдеж. Рябуши, побросав работу, кинулись к выходу. Аню и Чира остановил однорукий чикх.

Вы видели, откуда выскочил хурх? –

Да, да, вон за теми камнями дыра. - Показал Чир. - нужно заделать ее. –

Ты прав, птенчик. - Рябуш бросился к скалогрызам. - Эй, гоните их туда, - он указал погонщикам за поворот, - дыра у кучи камней. Скорей, пока оттуда еще кто-нибудь не вылез. Чешуйчатые зубастики, подгоняемые кучкой рябушей, неуклюже переваливаясь на коротких лапках, прошлепали в конец галереи, а Чир с Аней побежали к выходу.

Кич мчался на зеленой ящерице по уступу, под которым висели домики рябушей, сжимая в руке мешок с жемчужиной. Следом, щелкая зубами, бежал крысюк. Каменный карниз опоясывал всю пещеру и обрывался только в одном месте - там, где струи ледяного ручья падали в воронку водоворота, словно в слив раковины. Над водопадом покачивался плетеный веревочный мост.

Долговязому стражнику осталось до обрыва не больше полкруга. А крыс его уже настигал. Зеленый дракончик хлестал грызуна по морде чешуйчатым кончиком хвоста. Но тот только грозно пищал в ответ.

Возницы запрыгивали на ящериц и спешили налево, вслед за крысой. Чир подбежал к одному из них, схватился за седло и зачирикал, показывая направо, на мост, до которого было едва ли полтора десятка шагов.

Мост! нужно сбросить его в воду! –

Верно, - кивнул ему пожилой рябуш, - садись. Чир вскочил в седло позади возницы. Через мгновение они уже слезли с кияка у каменных столбиков, за которые были завязаны держащие мост канаты.

Развязывай, - чикх показал на левую веревку, - и держи, пока я не чирикну. Чир начал царапать коготками тугой узел, но свитый из жестких волокон канат никак не хотел поддаваться. Кич приближался. Еще три прыжка и зеленая ящерица вскочит на плетеный настил.

Глава девятая. Возвращение старейшины


Тут, Тим и старейшина стояли перед каменной стенкой, освещая ее пучком мха. Позади них вздыхала белая ящерица. Штар спрыгнул на пол, зло ударил в стену древком копья и повернулся к Туту.

Ты, гусеница. Куда ты нас завел! - возница направил острие наконечника на проводника, - я сразу знал, что ты предатель. Отдал жемчужину Шарше, а сам заманил нас. Ну, давай, зови толстохвостых, мы им зададим… –

Вот, опять старый Тут виноват, - проворчал гусеница, - Здесь была дырка. Я только что лазил в ваши грибные галереи. Светилку этому клювастому отдал. Может, Тут заблудился? Старейшина наклонился к стене и ковырнул ее камешком.

Стойте! смотрите, - он протянул осколок спутникам, - слюна скалогрыза! Лаз был здесь, его заделали совсем недавно. Швы еще не застыли. –

Как заделали? - удивился Тим. –

Слюна скалогрыза плавит камни, а когда засыхает, скрепляет их намертво, - объяснил старейшина, - так мы загоны строим. –

И что нам теперь делать? - спросил возница, - назад идти, к пурхам? –

Подождите, - догадался мальчик, - мы ведь видели дикого скалогрыза. –

Верно! - старейшина повернулся к седому охотнику, - сможешь заставить его проесть эту стенку? –

Я не погонщик, - покачал головой Штар, - я охотник. –

Вот, как старого Тута обижать, он первый, - фыркнул гусеница, - а как полезное дело сделать… –

Хорошо, хорошо, попытаюсь. Птенцом я работал вместе с дядей, он гонял чешуйчатых… –

Ну, так чего же мы ждем? - Старейшина указал жезлом назад, в сторону тоннелей, - Идем искать скалогрыза.

Про Аню все забыли. Чир вскочил на ящерицу, и умчался к водопаду. Остальные рябуши разбежались или погнались за крысом. Девочка осталась у входа в галерею одна.

Она побрела вдоль стенки к мосту, где Чир с погонщиком развязывали узлы на канатах. И заметила, как из-под карниза вылез птенец - рябушонок. Кажется, это была одна из сестричек Чира.

Пушинка огляделась, поняла, что никто не обращает на нее внимания, и побежала к брату. Посреди дороги споткнулась, заметила что-то на земле и уселась посреди тропы.

Ящерица Кича бежала по карнизу. Сейчас она проскочит настил над водопадом и налетит на птенца…

Аня ринулась к мосту. Пушинка сидела к ней спиной, выковыривая блестящую чешуйку из камня, не видя ни девочки, ни приближающегося кияка.


Кич на зеленом дракончике почти миновал мост, когда узел веревки моста, наконец, поддался.

Отпускай! Услышав крик, Чир выпустил петлю. Веревка змеей выскользнула из рук. Плетеный настил рухнул в водопад. Чир выглянул из-за столбика, увидел прямо перед собой оскаленную крысиную морду и в ужасе зажмурился.

Послышался придушенный писк. Чир приоткрыл один глаз, и, забыв про страх, удивленно распахнул оба.

Кияк остановился на краю карниза и уперся в него всеми четырьмя лапами. Крыс вцепился зубами в свесившийся с обрыва хвост дракончика и теперь качался над бурлящим озером. Ящерица очень медленно, но сползала к водопаду, оставляя когтями царапины на камне. Вдруг она напряглась, вздрогнула, и хвост отвалился вместе с вцепившимся в него грызуном.

Чир заглянул за край карниза. Крыс барахтался в озере, пытаясь поймать зубами свесившийся до самой воды конец веревки от моста. Но воронка затягивала грызуна все глубже. Напоследок над волной мелькнул голый хвост и ушел в глубину.

Зеленая ящерица отпрыгнула от обрыва. Кич, увидев, что преследователь канул в озере, развязал мешок, достал из него жемчужину и поднял сияющий шар над головой.

Смотрите, Чикх, я вернул синий свет! А теперь все на площадь! Собирайтесь на совет племени. –

Совет, все на совет, - подхватили клич погонщики. Увидев сияние, рябуши радостно чирикали и толпой шли вслед за Кичем, спускаясь по тропе к центру поселка.

Глядя вслед долговязому стражнику и потирая ушибленное колено, Чир сердито чирикнул:

Тоже мне герой, если бы не мы, хурх бы тебя сожрал. –

Ничего, - пожилой возница похлопал его по плечу, - главное, жемчужина цела. –

Аня, - вспомнил Чир, - где она? Но девочки не было ни на тропе карниза, ни в толпе рябушей. Чир заглянул в грибную галерею и побежал вниз, в поселок.

Около дома его ждала Чивить.

Чирчик, ты Чирк не видел? Сбежала, негодница, не могу найти. –

Нет, не видел. Мам, мы хурха утопили! В озере! А потом… Аня тоже пропала. –

Идем на площадь, сынок. Может, они там? Под чашей жемчужины собралось все племя чикх, кроме совсем уж желторотых птенцов и воинов, ушедших за старейшиной. Кич взобрался на белоснежный выступ, подошел к каменному цветку. Вынул сияющий шар и отбросил мешок. Рябуши радостно зачирикали.

За загонами послышался шум. Войско вернулось из заброшенных тоннелей. Воины, оставив ящериц за оградой, влились в толпу родичей.

Где старейшина и мальчик из верхнего мира? - спросил Кич. –

Они потерялись в брошенных тоннелях, - Шур вышел вперед, - на нас напали пурхи. –

А жезл, жезл был со старейшиной? –

Старейшина унес алый камень с собой. Долговязый стражник облегченно вздохнул. Поднял над головой жемчужину и чирикнул на всю площадь.

Доблестные чикх! Я вернул сияющий шар и теперь хочу говорить.

Аня изо всех сил бежала к сидящему на тропе рябушенку и успела таки выхватить его прямо из-под лап ящерицы. Но разогналась так, что не смогла остановиться на краю каменного карниза и вместе с птенцом свалилась вниз. Проломив плетеную крышу домика, запуталась в длинных лентах сухого мха. Они обмотали девочку плотным коконом. Теперь она барахталась у самого пола, как муха в паутине, и никак не могла выбраться.

Чив, чив, пусти меня, - отбивался птенец, - ты что, ненормальная. –

Тише ты, пушинка, - Аня легонько шлепнула рябушенка. - Ты почему из дома ушла? а если бы тебя кияк затоптал! –

Что я, хрущ тупой, - я бы убежала. –

Слушай, что старшие говорят! - рыкнула Аня голосом рассерженной мамы и выпустила птенца из рук. Теперь нужно выпутываться из лент. Бороться с упрямыми волокнами пришлось долго. Но победа осталась за Аней. Ей, наконец, удалось встать на ноги.

Видишь, что мы из-за тебя натворили, - вздохнула девочка, оценив масштаб разрушений. –

А, это кривого Куха дом, - беззаботно чирикнула пушинка, - так ему и надо. –

Как это надо?! а если твой дом так же сломают? –

Пусть только попробуют! - задиристо подпрыгнул рябушенок. Решив не дожидаться возвращения хозяев, Аня подхватила птенца на руки, нырнула в дверь, скатилась по лесенке, и налетела прямо на Чивить и Чира.

Чирк! Негодница! Вот ты где, - обрадовалась рябушка. Выхватила у Ани птенца, и сунула под мышку. - Спасибо тебе, маленькая! - принялась она благодарить девочку. - Где ты ее поймала? –

Она наверх залезла, тетя Чивить, на карниз. –

Вот скорлупка яичная. Ну, я с ней дома поговорю. Чивить унесла возмущенно пищащего птенца.

Идем скорей на площадь, - Чир поволок Аню к водопаду, - там сейчас собрание племени будет.

Долговязый стражник стоял на белоснежном балконе у чаши-лилии и держал над головой голубой шар.

Говори, говори, смелый Кич, - кричали из толпы, - Мы слушаем. –

Доблестные чикх! Старейшина сгинул в тоннелях вместе с мальчиком из верхнего мира, старшим охотником и жезлом. Если алый камень попал в лапы наших врагов пурхов или Шарши - будет война. Кто поведет наше войско? –

Старейшина, нам нужен старейшина! –

Верно, доблестные чикх, - кивнул долговязый стражник, - нужно выбрать нового старейшину! –

Что вы делаете, чикх? - Шур взобрался на лесенку, - Мы не можем выбирать нового старейшину. У нас есть старейшина! –

Ты сам сказал, он пропал в дальних тоннелях. Доблестные чикх, племени нужен мудрый вожак, сильный воин! Кто поведет вас в бой против врагов? Кто нашел дыру в стене галереи, проход в брошенные тоннели? кто вернул вам сияющий шар, вырвав из зубов страшного хурха? кто утопил хурха в ручье? –

Ты, ты, Кич! - ответили рябуши.

Аня с Чиром стояли позади толпы. Услышав, что Тим пропал в тоннелях, девочка расплакалась.

Как же так? Мы ведь должны к маме, домой,… а там, там эти пурхи… –

Успокойся, - принялся утешать ее Чир, - старейшина самый умный. Он найдет выход. –

И Тим, - всхлипнула Аня, - Тим тоже умный! –

Конечно. Вот увидишь. Они вернуться.

Кич, пусть Кич будет старейшиной, - выкрикивали погонщики. –

Кто не хочет, чтобы я был старейшиной? - долговязый стражник обвел взглядом толпу. Никто не возразил. Только дядюшка Шур начал взбираться по лестнице на балкон, собираясь обратится к племени, но долговязый стражник его опередил.

Так тому и быть, - Кич встал перед каменной чашей и вложил в нее сияющий шар. Над площадью раздался торжествующий струнный аккорд. Долговязый стражник повернулся к толпе.

Отныне жемчужина говорит моим клювом. И первая ее воля: - долговязый стражник указал пальцем на замершего на ступеньках толстяка, - выгнать Шура за решетку в тоннели. Девочку из верхних пещер утопить в озере. Это она и ее брат принесли беды в наш поселок! Они привели хурха. Они отдали ему жемчужину. –

Это вранье! это чив бешеного хруща! - возмутился Чир. Все чикх повернулись на его голос. Толпа расступилась, и двое воинов с копьями направились к Ане. Двое других встали рядом с дядюшкой Шуром.

Нет, - сзади к Ане подбежала Чивить и заслонила ее от стражников, - она спасла моего птенца! Воины чикх остановились в нерешительности.

Вы смеете противиться воле жемчужины? - крикнул с уступа Кич, - вы хотите, чтобы на вас пал ее гнев? –

Стойте, - раздался сверху голос Тима. На уступе над площадью стояла белая ящерица с четырьмя всадниками на спине.

Старейшина, старейшина вернулся! - раздались радостные крики воинов. Штар щелкнул вожжами. Кияк спрыгнул на балкон с чашей. Кич едва успел отскочить в сторону. Старейшина, Тим и Тут спустились на молочный камень. Возница отвел ящерицу в сторону. Увидев столько рябушей в одном месте, Тут смутился и спрятался за хвост своего недавнего коня.

Старейшина вышел к чаше с жемчужиной, поднял вверх посох алого камня и обратился к племени.

Доблестные чикх. Кич не может быть голосом синего шара. Он лжив и труслив. Он обманул вас. –

Я? - возмутился Кич. –

Не он вырвал шар у хурха. Жемчужину принес в грибную галерею друг племени - Тут. Это он спас ее от шарши и пурхов и отдал в руки Кичу. А тот в ответ обидел и прогнал его. –

Да, да, - подтвердил Тут, выглянув из-за дракончика, - копьем чуть не проткнул бедного Тута, и ни грибочка не дал. Злой Кич! –

Мальчик и девочка из верхних пещер помогли Чиру найти жемчужину, пронесли ее через царство Шарши, сохранив от щупальцев королевы, и передали Туту. Чикх в долгу перед ними. Мы должны наградить их и помочь вернуться домой. –

Ой. Тима, Тимочка. - Раздался из толпы радостный визг. Растолкав рябушей, Аня взбежала по ступенькам и бросилась на шею брату. - Я думала, ты пропал! думала, не увижу больше! Следом за ней на площадку вскарабкался Чир и, не стесняясь племени, обнял обоих.

А Кича, - старейшина указал на долговязого стражника алым камнем, - в наказание за обман я изгоняю из поселка за решетку. Он готовил такое наказание для Шура. Пусть испытает его на себе. И никто из чикх не смеет открыть ему ворота. Кич выслушал старейшину молча, удрученно склонив голову. Погонщики уже поглядывали на него с жалостью. И вдруг долговязый стражник встрепенулся и выхватил из чаши голубой шар. В один прыжок оказался у обрыва, под которым шумел водопад. Занес над ним руку с сияющим шаром.

Чикх, слушайте меня, - чирикнул он, - немедленно бросьте всех шестерых в ручей и признайте старейшиной меня. Все что они говорят, ложь! Они сами продались Шарше. Они хотят меня оговорить. Бросьте их в воронку или я брошу туда жемчужину и ее уже никому не найти!

Глава десятая. Радужный колодец


Над площадью повисло испуганное молчание. Рябуши онемели от такого неслыханного злодейства. Никогда прежде чикх не грозил всему своему роду гибелью.

Что ты говоришь, Кич, - старейшина опустил жезл и шагнул к долговязому стражнику, - опомнись, ты сам обязан существованием жемчужине, в ней жизнь всего племени, всего живого в пещерах. Воины взобрались по лестнице, но похититель крикнул:

Я брошу, если вы сделаете еще шаг. –

Тогда лучше сам бросайся за ней следом, - сказал старейшина, медленно приближаясь к стражнику, - тебе не будет жизни после такого преступления. Чир и Тим переглянулись и поняли друг друга без слов. Мальчик потянулся к карману за рогаткой, а рябуш начал незаметно обходить Кича справа.

Лучше в омут, чем в заброшенные тоннели, - долговязый стражник подкинул шар на ладони. Чикх впились глазами в жемчужину, облегченно выдохнув, когда Кич поймал ее. - Я уйду, но и вы все не будете жить! –

Постой, мы простим тебя, если вернешь синий свет. –

Я не верю тебе, старик, - усмехнулся стражник, - Отдай мне жезл в знак доверия, и я верну шар. –

Хорошо, я согласен. - Старейшина протянул Кичу костяной стержень ручкой вперед. Долговязый стражник выхватил жезл из рук старейшины, бросил ему жемчужину и торжествующе поднял алый камень над головой.

Теперь ты в моих руках, старик. Тем временем Чир оказался у Кича за спиной. Тим нащупал рогатку. Сейчас его друг броситься на злодея и тогда…

А, это опять ты, мелкий хрущ! - долговязый стражник неожиданно обернулся, - сейчас я с тобой разделаюсь! И занес над Чиром алый камень. Увидев это, Тим выхватил рогатку и послал снаряд злодею в лоб. Но попал в жезл!

Камешек стукнулся в резную кость ручки, внутри нее что-то щелкнуло, и деревянная птичья лапа раскрылась. Алый кристалл вывалился и упал на клюв похитителю. Долговязый стражник застыл от ужаса, глядя в красный огонек, горящий у самых зрачков. Голубое сияние окутало рябуша и начало втягиваться в разгорающийся камень.

Злодей смахнул кристалл рукой. Отбросил жезл и прыгнул к старейшине, держащему в руках жемчужину. Только синий свет мог сейчас спасти Кича. Алый кристалл упал на камни, подпрыгнул и подкатился к краю обрыва. Чир метнулся к нему, накрыл ладонью, но в последний миг испугался. Рубин прокатился под его растопыренными пальцами, соскользнул с края балкона и булькнул в середину водяной воронки. Последний раз вспыхнул и исчез в темной глубине.

Долговязый стражник не успел добежать до синего шара всего шаг. Он застыл статуей у черной пирамиды. И начал меняться - съеживаться, обрастать перьями. Вскоре на карнизе сидел самый обыкновенный воробей, ростом с Аню. Вспорхнул и взлетел к потолку. Старейшина проводил его взглядом, шагнул к чаше - лилии и возложил жемчужину на место.

Синий свет вернулся к нам, - провозгласил он, - отныне здесь всегда будет караул. Ты и ты, - глава чикх подозвал двух воинов, - охраняйте жемчужину, пока вас не сменят. –

Кич! смотрите, что стало с кичем! –

Видите, чикх, - старейшина указал на испуганно мечущуюся по пещере птицу, - проклятье жемчужины настигло совершившего зло. –

Но, старший! - Штар оставил дракончика и вышел к чаше, - как мы будем без алого камня. –

Камень! только его боятся шарши и пурхи, - зашумели стражники. –

Тише, доблестные чикх, - поднял раскрытые ладони старейшина. Он подобрал костяной стержень, поглядел на пустую птичью лапу, задумчиво потер когтем кончик клюва и повернулся к племени.

Чикх нужен алый камень и поэтому я иду к гшур! –

Гшур! - как вздох пронеслось по толпе. –

Ты не можешь… мы не можем… - возразил Штар, - предки чикх бежали из страны гшур, и запечатали вход. –

Никто не помнит, где он, клянусь перьями! - поддакнул Шур. –

Не спеши терять свои перья, - улыбнулся старейшина, - Я знаю, где тайная арка и иду к гшур! Только у них есть еще один алый камень. –

Но, старший, уже много поколений никто не видел Гшур, никто не знает, живы ли они. Мы забыли их язык. Как ты будешь говорить с ними? –

Тут видел, Тут говорил, - гусеница выглянул из-за дракончика и подошел к чаше, застенчиво пряча глаза, - старый гшур принес меня в тайную нору еще яйцом. Но он давно уже ушел. Тут остался один. –

Это хорошая весть, - старейшина благодарно кивнул гостю племени, - значит, мудрые гшур еще недавно жили в тоннелях. Значит, есть надежда их найти. –

Возьмите с собой старого Тута, - попросил гусеница, - я вам пригожусь, за одно и родичей своих найду. Всегда хотел узнать, откуда я такой взялся. –

Буду рад видеть тебя своим спутником, - кивнул старейшина. –

И нас возьмите, - шагнул вперед Тим, - может, эти ваши гшур помогут нам большими стать, и домой попасть. –

Хорошо, - кивнул старейшина. И снова повернулся к племени. - Доблестные чикх, теперь, когда алый свет не защищает нас, каждый копейщик дорог племени. Потому я не беру с собой воинов. И у меня будут хорошие спутники. –

Но, старейший! - возмутился Штар, - возьми бывалого охотника, возьми хотя бы меня. –

Не могу, - покачал головой старейшина, - слушайте, доблестные чикх, пока я не вернусь, охотник Штар будет старшим над племенем. Вы согласны? –

Согласны, - эхом отозвались воины. –

Тогда расходитесь, вас ждут дела, а мне пора в путь. И не нужно меня провожать. Я не хочу, чтобы лишние глаза видели тайную арку. Не хочу, чтобы вы видели, как я преступаю запрет предков. И пусть хранит вас синий свет! Старейшина подошел к белому дракончику, погладил его по чешуйчатой шее. Кияк повернул к нему острую мордочку. Мелькнул раздвоенный язык.

Береги его, Штар. Отведи его сейчас к галереям и покорми хорошенько, он это заслужил. И пришли сюда погонщика со скалогрызом и мешком сухих грибов. Тем временем рябуши разошлись, взволнованно чирикая и оглядываясь на чашу с жемчужиной. Площадь у водопада опустела. Около старейшины остались только Шур, Чивить, Чир, Тут и Тим с Аней.

Вскоре знакомый однорукий рябуш пригнал скалогрыза, неуклюже переваливающегося на своих лапах-плавниках.

Идите за мной, - велел старейшина. Он перешел на другую сторону площади, где загоны для кияков подходили к самому озеру, и повел всю компанию по узкой кромке каменного берега, в обход поселка. Тропа шла мимо глухих высоких стен и окончилась в дальнем краю пещеры у низкой двери. За ней оказалось помещение, накрытое сверху каменным карнизом.

Это жилье моего кияка, - пояснил старейшина. За выступом кладки прятался заваленный хламом закуток.

Убирайте, - глава чикх показал спутникам на кучу гнилых веревок, шестов и охапок мха. Чир и Тим быстро выкидали из тупичка вороха подстилки для ящериц, добравшись до плетеной стенки высотой от пола загона до самого карниза

Ломайте, - велел старейшина. Друзья без труда отворотили старую гнилую плетенку. За ней скрывалась заросшая серым мхом стена.

Уже много поколений глаза чикх не видели этого, - сообщил спутникам хозяин загона, подцепил когтями сухие пласты и дернул вниз. Серый войлок сполз со стены, явив взгляду резной камень. До сих пор Тим не видел в мире рябушей ни надписей, ни изображений, и вдруг такая красота.

Вот они, великие Гшур! В зеленой с черными прожилками плите были высечены две высокие фигуры. Они походили на людей, но если Чир и его сородичи произошли от птиц, то Гшур были потомками насекомых. Жуков или муравьев. Имели по две ноги, четыре руки и длинные усы - антенны.

Они стояли, глядя друг на друга с двух сторон от низкой резной арки, боком к зрителям. Портал украшал затейливый узор, переплетенные корешки, веточки и цветочки - колокольчики. В одной руке каменные стражи держали по такому же, как и у рябушей, копью. В другой, протянутой в сторону арки, каждый держал по жемчужине! Чем еще могли быть эти шары с короной расходящихся лучей?

Сама же арка была заложена грубыми неровными глыбами.

Шур, скалогрыза. Стражник ушел за погонщиком, оставшимся снаружи, на тропе.

Чешуйчатый зубастик вдруг заупрямился. Он не захотел даже подходить к резным фигурам, не то, что грызть камень. Шуру с одноруким рябушем стоило немалого труда заставить его проесть кладку. Наконец стенка рухнула. Из пролома хлынул поток радужного сияния.

Когда глаза привыкли к свету, спутники увидели крохотную пещерку и круглый колодец посредине, из которого и лились цветные лучи. Оставшись без присмотра, скалогрыз поспешил отползти подальше от арки.

Старейшина первым шагнул в пролом и заглянул через бордюр из зеленых плит в сияющую глубину. За ним пролезли Шур, Тим, Аня. Тут опасливо переступил через груду камней. Всем им едва хватило места на узкой ленте пола вокруг колодца.

Сколько они ни всматривались, дна не сумели рассмотреть. Стенки густо поросли светящимся мхом, но не розовым, а разноцветным. Его сияние сливалось в сплошную радужную пелену. Из глубины потянул едва заметный влажный ветерок. Он принес знакомый грибной дух. Чуть ниже изумрудно-зеленого обода колодца из скрытой под растительностью кладки выступала узенькая винтовая лестница.

Вот он, путь в царство предков, - прошептал Шур. –

Как красиво, - вздохнула Аня. Только старейшина остался невозмутим.

Шур, возьми веревки в загоне, - велел он. - А ты, Чир, бурдюк с водой, он там, около входа. Старейшина осмотрел принесенное снаряжение, и подал мешок с грибами Тиму, мех с водой Туту, сам закинул за спину моток веревок.

Идемте, путь долгий, - и первым ступил на каменные ступени. Тим повернулся к Чиру.

Ну, пока, - и последовал за старейшиной. Аня молча обняла Чира, Чивить и побежала за братом.

Храни тебя синий свет, - помахала ей вслед рябушка. Гусеница потоптался на краю колодца.

Ну, пора и старому Туту, - вздохнул он и перешагнул через бордюр. Чир следил, как четверка спускается все ниже, растворяясь в радужном сиянии. Потом вдруг перепрыгнул через край и побежал вниз по лестнице.

Куда, вернись сейчас же, - крикнула ему Чивить. –

Прости, мама, они мои друзья! - ответил Чир, проскочив десятка три ступенек, - не волнуйся, со мной ничего не случится. –

Вот только вернись назад, все перья повыдергаю, негодник!!! - погрозила ему рябушка, и, уткнувшись в грудь брату, заплакала. - Шур, что мне теперь делать? Как его вернуть? И за что мне наказание такое… –

Не волнуйся, сестричка, - погладил ее по перьям толстяк, - я таким же был. Придется мне пойти с ними, присмотреть за племянником. Здесь от меня все равно толку мало. Эх, знал я, что без моего клюва не обойдется, клянусь перьями! Дядюшка Шур положил на плечо любимое копье, крякнул и полез в колодец.

Глава одиннадцатая. Каменная пена


Стражник Тюх скучал у моста через ледяной ручей. Напарник отлучился в поселок, и теперь не с кем было почирикать. Осталось только разглядывать стенку с проросшей прядью розового мха.

Убаюканный журчанием воды, рябуш оперся на копье и начал клевать клювом. Послышалось тихое скребущее шуршание. Тюх испуганно вздрогнул, встрепенулся и завертел головой. Но никого не увидел.

Ну вот, - проворчал он, - теперь мне везде шарши мерещатся. Тюх снова задремал. И опять его разбудило шипение. Рябуш нехотя приоткрыл один глаз. Вокруг было пусто.

Ну, если это чья-то шутка… Шипение раздалось над самым ухом. Обернуться стражник не успел. Сильные тугие кольца спеленали его и потащили вниз по камням,

Ну почему опять меня? Ведь второй раз буль, буль, буль…- успел он возмущенно чирикнуть, прежде чем его с головой окунули в холодный поток.

Королева червей обернулась вокруг прибрежного камня, покачиваясь на хвосте как рассерженная кобра. Она была зла, очень зла. Жемчужина снова ускользнула от нее. Клювастые опять перехитрили Шаршу.

Черви-солдаты вытащили из воды тугой сверток, подтащили к королеве. Кокон раскрылся и на камни упал мокрый, трясущийся от холода рябуш - стражник.

Шшаа, старый знакомый. - Шарша угрожающе раскрыла капюшон, - Ты рад? Рад встрече. –

Отпусти меня, образина полосатая, или я… - Тюх вскочил, бросился на королеву, поскользнулся, упал и ударился клювом о камень. Тупохвостые в мгновение скрутили его по рукам и ногам. –

Шшаа, какой смелый, какой глупый. Все вы, чикх, такие, смелые и глупые. - Королева червей склонилась над прижатым к земле рябушем, уперлась своим носом-шишкой в его клюв. –

А вы, тупохвостые… - срывающимся от страха голосом чирикнул Тюх. Но червяк зажал ему клюв. –

Не зли меня, - королева угрожающе раскрыла свой капюшон, - говори, где стоит ваша стража, как мне попасть к чаше с жемчужиной. Червь сдвинул кольцо с горла рябуша и Тюх яростно чирикнул:

Проваливай отсюда, тупая уродина. Старейшина вернется от гшур с красным камнем. Тогда тебе не поздоровится! –

Шшаа! - удивленно сложила щупальца королева, - старейшина ушел к Гшур, и у чикх нет алого камня?! –

Я больше ничего не скажу! - Тюх решительно сомкнул клюв. –

А больше и не нужно. У вас нет камня, а старейшина ушел вниз! Шшааа, замечательно. Теперь уходи к себе, глупый чикх. Я тебя отпускаю. Лучшего подарка ты не мог сделать, разве что принести мне жемчужину. Ашшш, отпустите его в ту же дыру. Тюха спеленали и поволокли к ручью.

Не надо в воду, - чирикнул он. –

Бросайте, - прошипела королева. Червь разжал кольца. Плюх! и рябуша подхватило бурное течение.

Я вам еще, буль буль… - поток накрыл стражника с головой, ударил об окатыш, второй, третий и прижал к перегородившей ручей решетке. Тюх вцепился в скользкие каменные прутья и нашарил у самой стены пролом. Так вот как шарши пробрались в тоннель! Рябуш протиснулся в дыру и ручей поволок его дальше. Но ведь там водопад!

Из последних сил Тюх сумел таки выбраться на берег. Отдышавшись, вскарабкался наверх к мосту. Выжал одежду и перья. Уселся на настил и тяжело вздохнул.

Если сородичи узнают, что его второй раз утащили шарши, да еще и с моста, над ним даже птенцы смеяться будут. Он этого не переживет. Да еще про старейшину разболтал.

Лучше промолчать. Сказанного не вернешь. Вот только про решетку как-то сказать нужно.

Едва Тюх успел одеться, как со стороны поселка послышались щелчки когтей кияка. Вернулся напарник.

Эй, - удивился он, - ты, где так вымок? –

Веревки снизу осматривал и поскользнулся, - соврал Тюх. - Слушай, Кирк, кажется там, в решетке за мостом, дыра, Я, когда в воду упал, видел…

Тим спускался по ступеням бесконечной лестницы. Колодец казался бездонным. Мальчик поднял голову, но наверху не было видно ничего, кроме радужного света. Сзади шлепала сандалиями Аня.

Тима, долго еще? - то и дело хныкала она, - у меня ноги болят. –

Я почем знаю! - отмахивался брат. - Наверно, скоро. –

Смотрите, там выход, - послышался сверху голос Тута. И правда, Тим разглядел внизу темное пятно. Спутники приободрились.

Колодец окончился. Лестница вела дальше, куда-то вниз, в пустоту. Старейшина, а за ним и остальные осторожно раздвинули свисающие длинной бахромой моховые пряди и оказались под огромным куполом. Из отверстия в нем и выходил каменный язык со ступенями, спускаясь на выгнутый дугой каменный мост трех шагов в ширину.

Края моста приподнимались, превращаясь в невысокие бортики. Концы упирались в два таких же соседних виадука. Все вокруг было заполнено мостами и арками. Они переплетались, сливались, ветвились, ныряли друг под друга. Тим заглянул за край. У него закружилась голова. Каменное кружево уходило вниз, на неизвестную глубину. Спутники попали внутрь огромной губки, гранитной пены, заполнившей пузырь в скале.

На камнях рос радужный мох и серые развесистые кустики, похожие на плесень.

Дети и рябуши удивленно вертели головами, осматриваясь. И только гусеница сразу же направился к низкому бортику.

Тут думал, все шесть ног до живота сотрет. - Гусеница уселся на камни, облегченно вздохнул и вытащил из мешка кусок сушеного гриба. –

Давайте отдохнем - Аня бухнулась рядом, оперлась на мягкий бок гусеницы. –

Отдыхайте, - кивнул старейшина, - только не долго. Чир сел прямо на каменную ступеньку.

Где же эти Гшур? –

Старшие не говорили про мосты. - Старейшина сам был озадачен. - Я думал, мы сразу попадем в жилища мудрых. Может, наш гость знает, где их искать? - рябуш вопросительно посмотрел на гусеницу. –

Тут не знает, - с набитым ртом пробубнил гусеница и развел сразу двумя парами рук. –

Пойдем по мосту, который ведет вниз? - предложил Шур. –

А что, гшур живут внизу? - вмешался Тим. –

Ну… –

Смотрите, смотрите, - дернула брата за руку Аня, - там кто-то есть. Невдалеке на одном из мостов виднелись две неподвижно стоящие фигуры.

Идем к ним, - решил старейшина. Шур двинулся первым, с копьем наперевес. Следом старейшина. Последним плелся Тут с мешками на спине, вздыхая и охая.

Спутники все ближе подходили к странной паре, но те не шевелились.

Мудрые гшур, мы Чикх, пришли к вам с миром и просьбой, - торжественно прочирикал старейшина, приблизившись к стражам на десяток шагов. Высокие зеленовато-черные жукомуравьи. Они стояли неподвижно, боком к пришельцам, опираясь на длинные копья. Вот до них осталось всего три шага. И только теперь Тим понял, в чем дело.

Статуи! Это статуи! –

И правда, статуя, клянусь перьями, чтоб им всем выпасть, - удивленно прищелкнул клювом Шур, - Но как сделано! я думал, они живые. Каменные, гшур указывали свободными руками в одну и ту же сторону, куда-то в глубь лабиринта мостов.

Идем туда, - решил старейшина, - поверим мудрым, где-то же они жили. –

Да, наверно, не на этих мостах, - поддакнул Шур. Идти пришлось долго.

А когда мы будем отдыхать? - захныкала Аня. –

Когда дойдем куда-нибудь, - ответил Тим. –

Куда-нибудь это куда? –

Отстань, сам не знаю. –

Куда-нибудь да придем, - беспечно чирикнул Чир, Наконец старейшина решил сделать привал. Друзья расположились под обросшей зеленым мхом аркой в зарослях синих кустиков, похожих на оленьи рожки.

Ох, ох, - гусеница плюхнулся на камни. Из-под него брызнул синий сок ростков. - Старый Тут совсем устал. Давно пора поесть. –

Пора то пора, - проворчал дядюшка Шур, уложил рядом с собой копье и зябко поежился, - только не нравится мне здесь. Больно много места. Со всех сторон нас видно. –

Как тут много плесени, - Аня кое-как нашла свободный от синих нитей кусочек камня, - и холодно, ветер дует. Меж арками и вправду гулял ощутимый влажный ветерок.

Тут развязал мешок и начал раздавать сушеный гриб.

Чир, Шур, следите за окрестностями, - велел старейшина. Дозорные разошлись вправо и влево от лагеря. Остальные принялись с аппетитом уписывать хрустящие кусочки, запивая водой.

Ой, кто это? - вскочила с места Аня. На перилах, по лягушачьи задрав коленки, сидел зеленый человечек, блестящий, как целлулоидная игрушка. Он улыбался до ушей. Вот только ушей у него и не было. На гладкой кругленькой головке не росло ни волоска. Выпуклые лягушачьи глаза смотрели с любопытством. Ростом он едва достал бы девочке до пояса.

Кряяб, кряяб, - сказал человечек и указал лапкой на кусочек гриба у Ани в руке. –

Он голодный, - девочка шагнула вперед и протянула человечку свою долю. –

Ань, осторожнее, - крикнул Тим, - вдруг он… –

Кряяб, - сказал человечек, схватил угощение длинными пальцами с присосками на конце и спрыгнул с парапета. Тим с Чиром кинулись к краю моста, но прыгуна нигде не было видно.

Старейший, кто это был? - спросил Шур. –

Я о таких прыгунах не слышал. Много чудного в пещерах встречается. - Старейшина поднялся с камня. –

Мудрый, а что там, под мостом? - спросил Чир, отходя от края. –

Темные воды, - ответил старейшина, - в самом низу темные воды, из которых все появилось. Спутники отправились дальше. Все молчали, разглядывая разноцветный мох и изгибы каменных арок.

Стойте. Слышите? - Тим обернулся, обшаривая взглядом мост. –

За нами кто-то идет, - кивнул Шур. –

Кто, кто идет? - забеспокоился Тут. –

Не идет, а прыгает, - уточнил старейшина. –

Тихо, идите вперед и слушайте. Едва друзья сошли с места, как позади них раздалось: шлеп - шмяк, шлеп - шмяк.

Смотрите, это же прыгунчик, - обрадовалась Аня. - Иди сюда, не бойся. Зеленый человечек выскочил на середину моста и с улыбкой уставился на Аню.

Некогда играть, - поторопил ее Тим. –

Идем с нами, - поманила человечка девочка. И поспешила вслед за братом. Мост впереди раздваивался. Развилку охраняла новая пара каменных гшур. Эти статуи стояли без копий, опустив лапы. Старейшина принялся их осматривать, пытаясь найти намек, подсказку. Шур стоял рядом, озадаченно чесал клюв, разглядывая две совершенно одинаковых дороги.

Ну и куда теперь? - спросил он у спутников. Все растерянно молчали. Аня обернулась к прыгунчику, сидящему позади всех.

Вот, смотри, - она показала на каменного жука, - где они? Ты знаешь? –

Кряяб, - человечек радостно подпрыгнул, и указал лапкой в гущу переплетенных арок. - Кряяб, - прошлепал мимо друзей и запрыгал вперед по правому мосту. Остановился, оглянулся на путников. –

Кряяб, Крябб, - призывно квакнул он. –

Смотрите, он нас за собой зовет. - Аня бросилась вслед за прыгуном. –

Похоже, он знает, где гшур, - кивнул старейшина и пошел следом, за ним Шур и остальные. Тут, как всегда, плелся последним. Вскоре прыгун вывел их на большую развилку. Здесь сходилось сразу пять дорог. Они сливались в широкий желоб с высокими отвесными бортами. Вдоль них стояли два ряда гранитных колонн. Многие рухнули, от других остались только основания. Повсюду валялись каменные обломки. В одном месте образовался совсем уж непроходимый завал, и только у левой стены был небольшой сужающийся проход. В него и поскакал прыгун.

Спутники уже вошли в тесный коридор, когда зеленый человечек вдруг остановился, задергался и жалобно заверещал. Тим пригляделся и увидел, по камню будто раскатали тонкую полиэтиленовую пленку. К ней и прилип их проводник.

Слизистая перепонка волокла прыгуна все дальше, в проход между стеной и камнями.

Скорее назад, - крикнул Чир. –

Аня, беги, - Тим обернулся к сестре. Поздно. Позади, за спиной Тута, накренилась и начала падать гранитная колонна.

Глава двенадцатая. Слизень


В узком, уходящем вниз, тоннеле копошился десяток рабочих червей. Они едва успевали отгребать щебень, сыплющийся из-под клыков скалогрыза. За ними следила Шарша, шипя и недовольно раздувая капюшон.

Быстрее, быстрее, - торопила червей королева. - Заставьте его грызть быстрее. Сверху приполз большой глазастый червяк солдат и зашипел:

Великая, пурхи. Их много, подобрались близко. Воины не справляются. Мало осталось. –

Шшаа. Отбивайтесь, - зашипела на него королева, - сыпьте щебенку в вал, можете даже завалить проход, но не впускайте пауков сюда. Или я сама утоплю вас в озере. А вы там скорее. - Зашипела она на рабочих. –

Проход, проход, великая. Мы пробили проход. - Послышалось снизу. –

Спускайтесь все сюда, - приказала Шарша воину, - и покрепче завалите тоннель. Черви оттащили от пролома скалогрыза. Королева подползла к дыре, заглянула внутрь огромной пещеры, заполненной кружевом виадуков.

Один из мостов проходил прямо под дырой. До него было не больше полутора ростов рабочего червя.

Сверху приползли остатки войска, шесть потрепанных глазастых солдат.

Великая, пурхи роют завал, - прошипел самый большой. –

Гоните сюда чешуйчатого, замуровывайте проход, - шикнула на рабочих королева. Черви взгромоздились друг на друга. Орудуя хвостами, принялись складывать из камня стенку, замазывая стыки слюной скалогрыза. Наконец, преграда была готова.

Шшаа, им не пробиться, - довольно раздула щупальца королева, - теперь вниз. Рабочие свились в тугую цепочку-лестницу. По ней солдаты почтительно и осторожно спустили на мост королеву.

Теперь чешуйчатого, - приказала Шарша. Черви стащили вниз брыкающегося скалогрыза и сами ссыпались следом. Пришло время осмотреться.

Королева и полтора десятка червей сгрудились посреди выгнутого дугой каменного моста. Вокруг, сколько хватало взгляда, раскинулось переплетение арок с темными бездонными провалами меж ними.

Шшаа, - озадаченно прошипела Шарша, - где же мне искать старого чикх?

Кряяяу, кряяяу, - верещал прыгунчик, дергался, пытаясь оторваться от коварной пленки. Но она держала намертво. За спиной Тута рухнула колонна, закрыв дорогу назад.

Тим бросился на помощь прыгунчику, но Чир перехватил его.

Стой, это же слизень. Шершавый камень перед друзьями вдруг дернулся, побелел и покрылся влагой. Коварная хищная пленка умело маскировалась. Тим стоял на ее крае носком кроссовка. Подошва прилипла. Мальчик почувствовал рывок, и его поволокло в проход. Оторвать ногу не получилось. Чир тянул друга назад, сопротивляясь хищнику, но слизень был сильнее. Сзади подбежал дядюшка Шур.

Пусти, - оттолкнул он племянника и вонзил в перепонку наконечник копья. Пленка вздрогнула и заметалась, пытаясь освободиться. Она рванулась вперед, но острое лезвие резало ее, словно нож масло. Шур вытащил копье и чиркнул острием вокруг кроссовка Тима. Край перепонки отпрянул и отполз, а на кроссовке остался прилипшим солидный кусок. Он безжизненно обвис, отвалился и растекся лужицей слизи.

Сзади подбежали остальные.

Осторожно, смотрите под ноги - крикнул Чир. Справа, из-под камней выползал новый липкий язык, стремительный, как разливающаяся вода. Теперь жертвы были окружены. Спереди и сзади слизень, справа каменный завал, слева отвесная стена.

Скорее, лезьте на камни, - приказал старейшина. –

Кряяу, кряяу, - верещал зеленый человечек. –

Тим, спаси прыгунчика, - крикнула Аня. Тим с Чиром переглянулись. Мальчик схватил копье Шура. Друзья взобрались на камни, и побежали вперед по завалу. Когда они обогнали прыгунчика, Чир схватил булыжник и бросил прямо перед ним. Перепонка вздрогнула и приостановилась, стараясь освободиться от новой ноши. На слизи вздыбились волны, сталкивая помеху к краю.

Тим понял приятеля без слов и тоже швырнул вниз подходящий кусок камня, следом скатил целую глыбу. Эта преграда почти остановила движение пленки. А друзья бросали вниз все новые булыжники.

Аня, Шур, Тут и старейшина бежали в другую сторону, пока не остановились на краю завала. Внизу под ними подрагивала пленка. Справа на отвесную стену тоже ползла хищная слизь.

Шур показал на стоящие невдалеке колонны.

Если забросить на них веревку, можно перебраться. Старейшина снял с плеча моток и подал стражнику.

Рябуш привязал к концу груз, раскрутил над головой и бросил. Камень ударился о колонну и отскочил. Веревка упала на подрагивающую пленку. Слизь тотчас вцепилась в нее и рванула к себе.

Тяните, скорей, - Чирикнул Шур. Тут и старейшина общими усилиями вырвали веревку у слизня. Шур смотал ее, брезгливо обтер липкий конец и снова раскрутил груз над головой.

На этот раз веревка плотно обмотала верхушку колонны.

Натягивайте, - скомандовал стражник.

Перед прилипшим в слизь прыгунчиком образовалась уже целая куча камней. Тим с копьем наперевес спрыгнул на нее и принялся кромсать острием пленку вокруг затихшего зеленого человечка. Перепонка задергалась, пошла волнами, сочащиеся слизью края судорожно отползли от прорезанного круга.

Слизистый лоскут под прыгуном побелел и растекся. Но у прыгунчика уже не было сил даже взобраться на камни. Чир дотянулся до него, затащил к себе. Следом взобрался и Тим. Чир посадил зеленого человечка на камни. Тот испуганно глядел то на спасителей, то на блестящую пленку под завалом.

Большой слизень, - отдышавшись, чирикнул Чир, - едва отбились. Вон там он сам прячется. –

Пойдем, глянем, чего он там замышляет. Тим поскакал по камням в глубь завала. За дальним краем в яме корчилось озеро слизи. В нем вспухали ложноножки, словно у амебы, взлетали вверх усики и перепонки. Слизень злился.

Какой огромный, - поразился Чир, встав рядом. –

Смотри, хочет до нас добраться! Со стороны ямы на кучу камней карабкались ложноножки-щупальца. Они выбрасывали длинные усы, обшаривая гранитные глыбы.

Давай-ка, еще его угостим, - предложил Тим. Вдвоем они подкатили к краю солидную глыбу и столкнули вниз. Камень покатился, подпрыгнул и бухнул прямо в центр ямы. Озеро слизи хлюпнуло и забилось в судорогах ярости.

Ага, не нравится. - Тим примерился к следующей глыбе. Камни завала вздрогнули и начали расползаться под ногами. Чир и Тим бросились назад.

У них на пути сидел взрослый прыгун с маленьким копьем в руках. Он навел оружие на друзей, обороняя лежащего прыгунчика.

Кряя, кряу, кряяб. - проскрипел спасенный человечек, и взрослый прыгун опустил оружие, пропуская друзей.

На другом конце завала Тут и Шур натягивали веревку, заброшенную на колонну. Но камни вздрогнули, обмотанный веревкой столб накренился и рухнул под ноги рябушам.

Вот вам переход, - показал старейшина на обломки, - вперед. –

Эй, скорей сюда, - Шур махал Чиру и Тиму, - скорей, скорлупки недобитые. Тут посадил Аню на спину и побежал к колоннам, перепрыгивая с камня на камень. Вслед за ним Шур и старейшина.

Под рухнувшей колонной бушевал слизень. Края перепонки хлестали по камням, не доставая каких-то пядей до ног беглецов.

Тим и Чир поспешили к нежданной переправе.

Эй, зеленые, давайте за нами, - махнул мальчик прыгунам. И пошатнулся. Камни под ногами снова вздрогнули, зашевелились и покатились. Тим едва успел отскочить назад. Чир втащил товарища повыше, к самой стене. Груда базальтовых обломков между друзьями и упавшей колонной начала проседать и ухнула вниз в пропасть. По краям дыры бились в ярости обрывки слизистой пленки.

Тим, Тима, - кричала с другого берега Аня. Хищник не на шутку разозлился, лишившись добычи. Друзья остались на крохотном каменном островке, посреди озера бушующей слизи. Спереди провал, справа стена и пропасть за ней, позади карабкающиеся на камни ложноножки.

Тим повернулся к озеру, взял копье наперевес. Чир поднял камень.

Ну, давай, слизняк… –

Кряяб, кряяб, - послышалось сзади. Прыгунчик и его сородич сидели на стене.

Кряяб, - повторил взрослый прыгун, и поманил друзей к себе, потом показал за парапет. –

Туда? - переспросил Тим, - ну спасибо. –

А куда еще? - переспросил его Чир, - может, они дорогу знают? –

Бегите. - Крикнул Тим рябушам за провалом, - мы туда. - И начал карабкаться на стену. Тим вскарабкался на вершину стены и подал руку Чиру. Едва рябуш забрался к другу, как последняя груда камней посреди моста раскатилась и рухнула в провал. Теперь посреди каменного желоба раскинулось чистое озеро слизи.

Тимочка, - донесся крик Ани. Тим посмотрел вслед Туту, уносящему его сестру подальше от провала с бушующим слизнем.

Теперь куда? - спросил он сидящего рядом прыгунчика. –

Крряяу, - ответил зеленый человечек, вцепился длинными пальцами в длинные моховые пряди и, перебирая их, побежал по стене вниз. –

Да, ловко, - Тим поглядел на Чира, - может веревку привязать? –

Нет времени, да и не за что, - чирикнул рябуш и соскользнул с края стены. Мальчик посмотрел вниз. Там виднелся другой мост. Тим швырнул на него копье и осторожно сполз за край, вцепившись пальцами в радужные пряди.

Крряяу, - одобрительно кивнул взрослый прыгун и тоже начал спускаться. Мягкие волокна расползались в руках, отслаивались от стены, и все же некоторое время держали.

Кряб, кряб, - подбадривали их прыгуны, уверенно карабкаясь рядом. Для них такой способ передвижения был делом привычным. Камни вздрагивали, слизень все еще бушевал наверху. Но беглецы уже добрались до нижнего края арки. Здесь с нее свисала особо густая серая бахрома. Друзья схватили в охапку столько прядей, сколько смогли и, словно по канату, поехали вниз. Но Тим был тяжелее. Мох его не выдержал.

Мальчик сорвался и шлепнулся в кучу плесени. Вскоре рядом плюхнулся Чир, поглядел вверх и крикнул:

Бежим. Они едва успели отскочить в сторону, как на место их падения посыпались камни, перемешанные со слизью. Длинные блестящие ленты, вздрагивая, начали втягиваться обратно в пролом арки. Друзья отбежали подальше.

Кряяб, - послышалось сзади. На парапете сидели два зеленых человечка и, как ни в чем не бывало, улыбались во весь рот. Взрослый прыгун кивнул друзьям и нырнул за край.


Шарша ползла по мосту во главе колонны рабочих червей. Солдаты продвигались вдоль краев, следя за окрестностями. Вдруг впереди на каменном бортике появился зеленый человечек с маленьким копьем в лапке.

Поймать его, - шикнула королева. Ближайший воин метнулся вперед, собираясь обвить хвостом лапы прыгуна. Но зеленый человечек вонзил в червя свое копьецо, легко выскользнул из петли и спрыгнул за край.

Червь тряс располосованным хвостом. Шарша рассержено зашипела и бросилась к бортику. Но зеленый человечек бесследно исчез. Зато далеко внизу, на одном из мостов, королева червей увидела четверку своих врагов со старейшиной чикх во главе.

Шшаа, вот они! - королева указала на рябушей своим детям. - Следить! И только посмейте их упустить. Шшаа! всех побросаю вниз. Глава тринадцатая. Прыгуны и укольники


Тим и Чир сидели посреди моста. Тим повертел в руках обломок копья с расколотым о камни наконечником и отбросил в заросли плесени.

Все из-за тебя! - проворчал он, покосившись на беззаботного прыгунчика, - Мы тебя спасать полезли. Вот где теперь Аню искать? И остальных. –

Кряяб, креее, кряяб. - зеленый человечек подпрыгнул и показал лапкой на верхний мост. –

Понятно, что там, а как до нее добраться? –

Кряяб, - радостно квакнул прыгунчик и зашлепал по мосту, обернулся, махнул рукой друзьям. –

Ага, проводник нашелся, один раз уже завел! - Тим повернулся к Чиру, - опять за ним пойдем? Рябуш пожал плечами, встал и пошел за прыгунчиком. Тим недовольно пнул ногой куст синей плесени, которая сразу рассыпалась в кучку пыли, и побежал догонять товарища.

Слушай, Чир, вы правда не знали, что это все вот это под вашим поселком прячется? –

Нет, - покачал головой рябуш, - старшие рассказывали, как наши предки от гшур бежали. Что их заставляли воду из темных бездн носить и лить на камни, а она снова вниз стекала. А вот зачем носили, куда? Никто не помнит. А тут оказалось такое! –

Да, я тоже не думал, что под нашим огородом столько всего. –

Смотри, опять статуи. Перед очередной развилкой стояли каменные стражи. На этот раз у них в руках было по две глубокие чаши. Двумя другими они показывали правый на правую, а левый на левую дорогу. Зеленый человечек уселся между ними, дожидаясь приятелей.

Слушай, зеленый, ты нас к ним отведешь? - спросил мальчик, показывая на каменных жуков. –

Кряяб, - кивнул прыгунчик, показав сперва на каменных стражей, потом на верхний мост, потом на Тима. –

А как нам к Ане попасть? –

Кряяб, - человечек повторил свой жест. –

Хочешь сказать, Аня и остальные тоже идут туда, где эти жуки живут? Другого пути нет? –

Кряб, кряб, - радостно закивал прыгунчик. –

Ну ладно, веди, только в яму опять не попади. В яму, - повторил Тим, показав на виднеющуюся вдали разрушенную слизнем арку. При его словах прыгунчик перестал улыбаться и испуганно затряс головой.

Не заведешь? - переспросил Тим, - Ну, идем тогда, чего сидишь. Но зеленый человечек вдруг начал оглядываться по сторонам.

Слышишь жужжание? - прошептал Чир. –

Нет, ничего не слышу. –

Кряяяб, кряяб, - испуганно заверещал человечек, призывно замахал лапкой и ринулся вперед, туда, где мост проходил под аркой верхнего виадука. Друзья переглянулись.

Лучше его послушаться, - решил Тим. И побежал следом. Мальчик и рябуш нырнули под полог свисающего с каменной арки серого несветящегося мха.

Кряб, - приказным тоном произнес прыгун, показывая на нишу между камней. –

Туда так туда, - пожал плечами Чир и первым влез в убежище. Тим пристроился рядом.

Теперь уже и мальчик отчетливо слышал гул и жужжание. Прыгунчик сорвал несколько густых прядей, набросил одну себе на плечи, остальные на друзей, укрыв их с головой.

Жужжание усиливалось.

Друзья притаились, гадая, что за новая напасть свалится на их головы. Прыгун тоже затих, припал к валуну, слившись с камнем. Гул стал невыносим.

Тим разглядел через щелочку, как сквозь занавес мха протиснулось странное насекомое. Длинное жало висело вниз острием под круглым тельцем, тускло поблескивая. Сверху виднелась крохотная головка. Стеклянные крылья гудели, рассекая воздух, как винт вертолета.

Это укольник, - прошептал рядом Чир. “Вот если ужалит!…” - подумал Тим и постарался сжаться еще сильнее.

Кроссовка, не укрытая мхом, чуть шевельнулась. Но летун сразу заметил движение. Завис над затаившимися друзьями, а потом с воем ринулся вниз. Черное жало легко проткнуло носок ботинка.

Ой, - вскрикнул Тим и схватился за ногу. Укольник загудел крыльями, вытягивая нос из резины. Прыгунчик, который прятался за камнем, выскочил и схватил летуна.

Кровосос яростно заверещал. Но прыгун сунул его в рот и схрупал, как леденец, выплюнув стеклянные крылья и твердое жало.

Жужжание начало затихать. Стая пролетела мимо, не заметив гибели своего собрата.

На этот раз повезло, - Тим потер ноющую ногу, - если бы не прыгунчик. Друзья выбрались из укрытия. Глядя вслед жужжащей темной тучке, Тим вдруг понял, куда они летят. Ведь где-то там Аня, и остальные!

Аня, Шур, - крикнул мальчик. –

Крряб, кряя, - испуганно заверещал зеленый человечек, прыгнул на грудь Тиму и зажал ему рот влажной ладошкой. –

Ладно, ладно, не буду. - Мальчик оторвал от себя прыгунчика и поставил на парапет, - веди тогда дальше, и скорее.

Тут остановился и спустил Аню со спины. Подбежали Шур и старейшина.

Старый Тут чуть не рассыпался, - заохал гусеница, - а ты такая маленькая и такая тяжелая. –

Где же теперь Тим? И Чир?- Аня хлюпнула носом. –

Как я теперь без копья? - Шур заглянул за парапет, словно надеясь увидеть там свое оружие, - какой вам теперь от меня толк? Что от битой скорлупы! –

Хватит пищать, как желторотые птенцы, - старейшина стряхнул обрывки мха с костяного жезла. - Идем туда, куда нас вел прыгун, только другой дорогой. Смотрите по сторонам, увидите прыгунов, постарайтесь их подманить. Спросим про мальчишек. Спутники вернулись к каменным стражам, охранявшим развилку, и отправились по левому мосту.

Аня, Шур, няяя… уррр… яяя… ррр… - донеслось издали. –

Это Тим, - обрадовалась девочка, - надо позвать его… –

Тише, - остановил ее старейшина, - мы же не знаем, кто живет в этих пещерах. Кто придет на твой голос. И, словно в подтверждение его слов, в воздухе повис угрожающий гул.

Ой, что это, - заплакала Аня, - какой звук страшный. –

Скорей соберитесь вместе, - чирикнул старейшина, - и готовьтесь защищаться, чем сможете. Тут сложил на пол поклажу, которую сберег во всех передрягах. Там были бурдюк с водой, мешок Тима с грибами и еще узел с пожитками самого гусеницы. Порывшись в нем, Тут вынул большую частую сетку и подал рябушам.

Может сгодиться. Больше у Тута ничего нет. –

Хорошо, встань к стене, и спрячь Аню, - велел старейшина, - Шур, разматывай сеть. Рябуши прижались к Туту. Гусеница сжал в руках кожаный мешок с сушеными грибами, собираясь отбиваться им, как дубинкой. Старейшина и Шур растянули над головами плетеное шелковое полотно. И вовремя.

С угрожающим гулом из-под моста вылетел рой.

Укольники! - ахнул старейшина. - Я думал, это сказки. Стая зависла над путниками и с воем ринулась вниз. Сеть вздрогнула и прогнулась, когда ее проткнули десятки жал. Но сами летуны запутались в ячейках и теперь с жалобным писком пытались освободиться.

Тут принялся махать мешком, сбивая жужжалок. Летуны оказалось довольно неповоротливы. Длинное тяжелое жало мешало им уворачиваться. И нападали они только сверху.

Новый десяток укольников запутался в сети. И вдруг летуны, дружно работая крыльями, потянули ее вверх, едва не вырвав из рук рябушей. Если путники лишатся последней защиты, их в миг зажалят.

Кряяб, кряяб, - послышалось рядом. –

Прыгунчик, - обрадовалась Аня, выглянув из-за гусеницы, - прыгунчик вернулся. На парапет запрыгнуло множество зеленых человечков. Одни ловили укольников в воздухе плетеными сачками, другие стреляли в них из духовых трубочек волокнистыми комочками. Крылья летунов путались и они падали. Укольники отбивались, сами нападали, и даже ужалили одного прыгуна.

Миг, и от роя летучих иголок осталось четыре штуки. С жалобным воем они удрали куда-то вверх. Рябуши бросили на камни сеть с запутавшимися укольниками. Прыгуны быстро очистили ее. Потом связали добычу в пучки, как морковку.

Покончив с летунами, зеленые человечки уселись напротив рябушей. Вперед вышел высокий прыгун с копьем, наверное, вождь. Старейшина торжественно шагнул ему навстречу. Они поклонились друг другу.

Зеленый человечек вынул из пучка двух укольников, одного сжевал сам, выплюнув крылья, второго протянул старейшине. Рябуш, стараясь не морщиться, съел насекомое.

Вкусно, - кивнул он, прищелкнув клювом. - Тут, дай-ка грибов. Гусеница вытащил из мешка горсть и подал старейшине. Рябуш проглотил кусочек, остальные предложил прыгуну.

Вождь попробовал один, кивнул и раздал остальные своим воинам. Прыгуны принялись жевать угощение.

Теперь мы с ними друзья, - кивнул товарищам старейшина. –

Нужно спросить, где Чир и Тим. Аня подбежала к старейшине, уселась у его ног и прямо на пыльных камнях нарисовала обвалившийся мост и двух человечков с одной стороны. С другой себя, рябушей и Тута.

Смотри, - показала она на рисунок прыгуну, - это мой брат и Чир, они на другой стороне моста остались. Вы знаете, где они? –

Крееб, - задумчиво проскрипел прыгун. Почесал длинным пальцем лысую макушку, а потом показал себе за спину. –

Туда мы и шли, клянусь перьями, - воскликнул Шур, - они там? –

Крее, крее, - кивнул прыгун. –

Мы теперь друзья, - показал старейшина на себя, на прыгуна, - спасибо вам. –

Кряяб. - зеленый человечек еще раз поклонился старейшине, вскочил на бортик и скрылся. Остальные прыгуны отправились следом.

Вода, смотрите, вода! - крикнул Шур. Один из укольников угодил жалом в кожаный мешок. Бурдюк сдулся, из-под него вытекала большая лужа. Шур поднял его, зажал дырку. Побултыхал. В мешке осталось не больше трех стаканов.

Тяжело будет без воды, - вздохнул старейшина, - нужно искать источник.

Королева отдыхала, лежа на куче мха, в окружении червей. Три солдата у бортика следили за рябушами внизу.

Великая, великая, - зашипели они, - вам нужно это видеть. –

Что там? - Шарша поднялась и приблизилась к краю моста. Рябуши и гусеница сгрудились, накрывшись сеткой. Над ними вились какие-то темные точки. В воздухе висел низкий угрожающий гул. Вокруг мельтешили фигурки прыгунов, быстро прореживая темную тучу. Остатки летучек с воем бросились вверх, прямо к отряду Шарши.

Ко мне, скорей, - зашипела королева. Едва черви успели собраться вокруг Шарши, как над ними зависли четыре злобно жужжащих укольника. Выпуклые глазки зло блестели. Рассерженные прыгунами летучие иголки ринулись вниз.

Один из рабочих червей упал. Два укольника вонзились ему в бок по самые крылья. Третьего размазал по камням хвост солдата. Четвертого Шарша схватила на лету за жало.

Брюшки укольников, вонзившись в добычу, начали наполняться, раздуваясь, как шарики. Черви вырвали жала из тела товарища, но было поздно. Червь дернулся и затих.

Сбросьте его с моста, - велела королева, - он был хорошим воином, он заслужил, чтобы его вернули в жирную землю. Только времени у нас нет. Шарша поднесла щупальце с зажатым насекомым к глазам, повертела, рассматривая.

Шшаа, чикх пришлось не сладко. Королева заглянула за край моста и злобно зашипела.

Где они, куда пропали? Черви бросились к бортикам.

Их нигде не видно, великая. –

Вперед, скорее, найдите мне их - Шарша гневно раздула капюшон. Но уже под следующей аркой червей ждала развилка. Сразу пять мостов. Королева отделила от войска четыре пары - по солдату и рабочему в каждой.

Ищите Чикх, - приказала она, отправляя их разными путями. Сама Шарша с остатком войска поползла прямо.

Глава четырнадцатая. Каменные ульи


Старейшина раздвинул густые пряди, свисающие с каменной арки виадука, и остановился.

Перед ним на базальтовой стене пещеры висел огромный каменный улей. Он состоял из множества серых шестигранных ячеек-сотов. Выпуклые крышечки отражали радужный свет.

Мосты сходились к жилищу гшур, упираясь концами в темные пятна входов на блестящих стенах. Виадук, по которому пришли путники, вел к главному входу - большой арке в центре улья с десяток ячеек высотой. Справа и слева от нее чернели еще две, поменьше.

Перед входом стояла пара каменных жуков-стражей с чашей и копьем в одной паре рук, и пучком цветов с узкими длинными чашечками в другой. У их ног стояли маленькие фигурки рябушей! Статуи чикх держали ковши - черпаки на длинных ручках.

Смотрите, - прошептал Шур, - это древние чикх, это наши предки. –

Мы пришли, - старейшина поднял над головой костяной жезл с пустой деревянной лапой и торжественно прочирикал: - Мы пришли, мудрые гшур, позвольте войти в ваше жилище! –

Вот только как мы войдем? - хмыкнул стражник. Спутники стояли на краю пропасти. Когда-то, очень давно, кусок моста, в пять шагов длиной, рухнул. Неровные края провала обросли толстым слоем радужного мха.

Нам здесь не переправиться, клянусь перьями, - покачал головой Шур, - у нас даже веревки нет, у слизня осталась. –

Мы не можем вернуться сейчас, когда гшур так близко. –

Но, старший… –

Есть веревка у Тута, - вмешался гусеница, - всех выдержит. Он наклонился и вытянул из-под живота блестящий шелковый канат. Подал конец Шуру.

Тяните и скручивайте, Тут плести будет. Гусеница пополз назад, выдавливая из себя шелк. Шур принялся его сматывать.

Этого хватит, - рябуш умело привязал к веревке камень и раскрутил его над головой. - Ну, древние чикх, если слышите меня, помогите. Груз попал в статую рябуша, ударился о каменный черпак, отскочил и обмотался вокруг руки каменного предка.

Спасибо, - прошептал Шур. Рябуши обвязали канат вокруг валуна.

Аня, ты самая легкая. Придется тебе переправляться первой. Завяжешь канат покрепче. А если упадешь, мы тебя вытянем, клянусь перьями. Шур завязал у девочки на поясе второй конец каната.

Аня подошла к краю, заглянула в провал, поежилась. Потом решительно схватилась за канат, повисла на нем. Чтобы не видеть пропасть под собой, зажмурила глаза, что есть силы. И поползла вперед.

Из провала дул тягучий пронизывающий ветер. Пальцы у девочки онемели, то ли от холода, то ли от страха. Шелк больно резал голую кожу под коленками.

Еще, еще немного, - подбадривали ее рябуши. Аня уткнулась головой во что-то твердое.

Все, слезай, ты доползла, - кричал Шур. Но Аня все не решалась открыть глаза. Оказалось, она уперлась макушкой в живот каменного рябуша. Девочка висела над самым полом. Она разжала онемевшие пальцы и легла спиной на холодные камни моста.

Когда канаты были надежно обвязаны вокруг ног и пояса статуи, остальные путники быстро переправились через провал.

Шур снял веревки со статуи рябуша.

Вот какие вы были, предки. –

Тут устал, пора бы перекусить. - Напомнил гусеница. –

Тебе бы только грибы есть, клянусь перьями, - возмутился Шур. –

Отдохнем немного, - решил старейшина, - развязывай мешок, неизвестно, что нас внутри ждет. Спутники уселась у ног статуи жука в пять ростов высоты. Разделили сухие грибы и последнюю воду.

А Тим, наверное, голодный, - вздохнула Аня и принялась жевать хрустящий кусок.

Тим и Чир брели за прыгунчиком. Зеленый человечек, беззаботно подпрыгивая, шлепал впереди.

Ты думаешь, он нас правильно ведет? - все сомневался Тим. –

А я знаю? - отмахнулся Чир. –

Идем, идем, а куда? - вздохнул мальчик, - эти мосты хуже брошенных тоннелей. Здесь даже пожевать нечего. –

Да, грибочков бы сейчас поклевать, - согласился рябуш. –

Ух-ты, смотри. Из-за моста показалась макушка улья. Сверху он был похож на огромный гриб дождевик, приросший к стене. Мост, по которому шли друзья, опускался к нему на крышу.

Каменные соты, - поразился мальчик, подойдя ближе. - Это что же за пчелы его строили? –

Молодец прыгунчик, привел! –

Кряб, кряяб, - обернулся к друзьям зеленый человечек, показывая лапой на улей. –

Вижу, вижу, что пришли, - кивнул Тим, - а где мы там Аню искать будем? Домик то не маленький. Друзья спустились с моста на плоскую кровлю. Тим потрогал выпуклые крышки сотов. Серый полупрозрачный камень был гладким, как стекло.

Прыгунчик зашлепал дальше, к базальтовой стене. Там над крышей возвышалась большая круглая нашлепка. Зеленый человечек остановился у шестиугольной дыры.

Кряяб, - прыгун показал рукой внутрь. –

Туда? Тим заглянул в темноту. За дырой начинался низкий темный тоннель.

Подожди, - Тим вернулся к мосту и оборвал пару радужных прядей. - Вот теперь идем. Пол и стены шестиугольного тоннеля были гладкими и скользкими, как лед. Друзья вошли внутрь. Чир сразу поскользнулся и растянулся во весь рост.

За меня держись. - Кроссовки Тима на резиновой подошве стояли прочно. Теперь друзьям пришлось двигаться вперед обнявшись. Прыгун же шлепал по зеркальному полу, как ни в чем не бывало. Лапки с присосками, чмокая, прилипали к камню.

В полусотне шагов от входа в потолке тоннеля чернела неровная дыра. Гладкий камень вокруг нее был заляпан чем-то слизистым и противным на вид. Прыгунчик вскарабкался по стене и остановился, поджидая приятелей.

Ты уверен, что нам нужно лезть в эту дыру? –

Кряб, кряб, - кивнул прыгунчик. –

Гляди, она вся слизью обросла, и пахнет оттуда плохо, - скривился Тим. –

Кряб, крряяяб, - настойчиво звал прыгун. –

Слушай, давай дальше по тоннелю пойдем, - повернулся Тим к Чиру, - не полезу я туда, вдруг там опять какой-нибудь слизень прячется. –

А может, кто похуже! - поддакнул рябуш. –

Значит, идем по тоннелю? –

Посмотрим, что впереди. Не понравится, вернемся. Друзья отправились дальше.

Кряяяб, кррряб, - надрывался сзади прыгунчик. –

Как хочешь, мы идем здесь, - обернулся к нему Тим, - не хочешь с нами, оставайся. –

Кряяяб, - уныло квакнул зеленый человечек и зашлепал следом. На стенах шестиугольной трубы плясали кривые отражения мальчика, рябуша и прыгуна в окружении радужных бликов. Как будто рядом маршировала колонна уродцев.

Тебе не кажется, что пол понижается? - забеспокоился Тим, оторвав взгляд от стены. –

Кажется, - согласился Чир. –

Может, вернемся? –

Надо было у дыры веревку привязать. Было бы за что держаться. –

Опять ты с веревкой! - фыркнул Тим, - Ну, давай вернемся, привяжем. –

Подними мох повыше, ничего не видно. Тим поднял радужный пучок к самому потолку и вдруг поскользнулся. Схватился рукой за плечо Чира. Они упали и вместе покатились по гладкому полу куда-то вперед, во тьму. Все быстрее и быстрее.

Крряяяб, крряяяб… - донесся сзади затихающий голос испуганного прыгунчика. –

Аааа… мааамачки. –

Чиииивв… –

Куда нас несет? –

В улей, куда еще! –

Зря мы прыгунчика не послушались! –

Клянусь перьями дядюшки Шура, зря! –

Прыгунчик, прыгунчик… - крикнул Тим. –

Чииик… иииик… - донеслось в ответ. –

Может он найдет нас. –

Конечно, найдет, пусть попробует не найти…. –

Где-то же этот тоннель кончается? –

Этого я и боюсь. Свети вперед. А то, как бумкнемся, и скорлупок не найдут… Словно по ледяной горке, Тим и Чир уносились куда-то вглубь гнезда гшур.


Тут, Шур и старейшина стояли перед огромной аркой, украшенной резьбой, каменными цветами и ветками. За ней, в глубине длинной галереи, было темно. Только где-то далеко угадывалось голубое сияние. Радужные пряди, густо облепившие и мосты, и стены пещеры, не хотели расти на гладких ячейках улья.

Нужно мха нарвать, - решил старейшина. Шур и Тут ободрали и связали в пучки несколько радужных прядей, старейшина обмотал ими жезл.

Аня, Тут, останьтесь здесь, у выхода, - скомандовал старейшина. - Тут, охраняй ее, мы внутрь пойдем. –

Я не хочу оставаться, вдруг там внутри Тим? –

А если новая опасность? - Шур погладил девочку по волосам. - Оставайся, здесь вам прыгуны помогут. Они где-то рядом, я знаю. Мы быстро вернемся, клянусь перьями. Рябуши вошли под свод галереи. Радужный свет отражался от полированного камня. Старейшина поднял перед собой обмотанный мхом жезл. Эхо шагов отражалось от стен. Казалось, по тоннелю шла целая толпа рябушей.

Какой гладкий пол, - прошептал Шур, - мы не умеем делать такой. Только великие гшур могли создать это жилище. –

Тише! - шикнул старейшина, - слышишь? Рябуши остановились. В тишине раздалось - кап. Потом тишина. И снова - кап.

Это впереди, - прошептал старейшина, - там есть вода. Идем. Синий свет лился из арки поменьше в конце галереи. За ней лежал круглый зал. Его купол складывали знакомые крышки шестигранных ячеек.

Вдоль стены шел широкий выступ, на котором стояло множество статуй из черно-зеленого камня. Здесь собрались гшур, большие и маленькие, с разными орудиями и оружием в руках. Было здесь и несколько рябушей, прыгунов и даже гусениц, точь-в-точь похожих на Тута.

Посреди зала возвышалась ровная круглая площадка с пятью тронами. Каменные кресла стояли лицом к арке. Позади тронов росли высокие синие кусты, усеянные желтыми цветами с узкими чашечками. Такие же цветы держали в руках каменные стражи у входа. Ветви растений и излучали слабый голубой свет. Другого выхода, кроме как через галерею, которой они пришли, не было.

Пол между площадкой и возвышением с изваяниями был усыпан щебенкой и мусором. Сухими стеблями синих кустов. Старейшина вошел в зал. Каждый его шаг отзывался печальным шелестом и хрустом.

Рябуш прошел по кругу, рассматривая статуи.

Здесь никого нет, - вздохнул Шур, - одни только камни. Стражник взошел на каменный круг в центре зала, подошел к зарослям и услышал - кап. Он поднял голову и увидел, как с далекого потолка сорвалась большая капля и упала в заросли. - Кап.

И воды нам здесь не найти, - вздохнул он, - мы будем целую вечность собирать ее по капле, клянусь перьями. Шур решил рассмотреть странные кресла. Сиденьями им служили чаши с отверстием. С каждой стороны выступали по два узких подлокотника. Высокая спинка была изогнута самым невероятным образом.

Рябуш подошел к центральному трону, который был выше остальных и чуть не отскочил.

Старший, здесь еще статуя. Старейшина подошел к среднему трону. В нем сидело каменное изваяние жука. Хозяин улья разложил лапы на двойных подлокотниках, откинул назад голову. Голова у него была больше, чем у гшур стражников, а челюсти меньше. Венчали голову маленькие усики с пушистыми щеточками. Кажется, эта статуя запылилась меньше остальных.

Шур потрогал холодную руку статуи.

Мы зря пришли сюда, клянусь перьями, - пробормотал он. –

Да, - согласился старейшина. - гшур, воспитавший Тута,наверняка был последним. –

А как же теперь чикх? Где мы возьмем алый камень? Старейшина не ответил.

А ты что молчишь? - чирикнул Шур каменному жуку, - кому вы теперь нужны?! каменные болваны! Лучше было вам не вылупляться, клянусь перьями! Рябуши глядели на изваяние в кресле, Шур с ненавистью, старейшина с печалью.

И вдруг статуя шевельнулась.

Глава пятнадцатая. Тим и Шарша


Тим и Чир, обнявшись, скользили по шестигранной каменной трубе в глубь гнезда гшур.

Тормози, упирайся ногами. –

Пытаюсь. - Тим вдавил подошвы в гладкий пол, - не получается! –

Смотри, кажется, наклон уменьшился. –

Давай упремся в стенки вместе. Общими усилиями друзья замедлили скольжение. Но вдруг наклон снова увеличился. Тоннель превратился в почти вертикальный колодец. Мальчишки покатились вниз и влетели в копну сухого мусора. Раздался шум, хруст. Пучок радужного мха отлетел далеко в сторону.

Чир, ты здесь? - Тим завертел головой. –

Здесь я, - чирикнул рябуш. - Вот и бумкнулись, а ты спрашивал, где кончится… –

Хорошо, куча подвернулась, - мальчик барахтался, запутавшись в ворохе веток, - а то бы… Наконец Тим освободился, встал на ноги. Но только он шагнул в сторону пучка радужного мха, как его сразу же обвили знакомые холодные кольца.

В слабом, отраженном от стен свете Тим увидел склонившееся над ним лицо королевы червей.

Шшаа, кто к нам пожаловал! –

Шарша, - изумился Чир, - что ты делаешь в царстве гшур? –

Это мое дело, маленький чикх. Но теперь это уже все равно… –

Пусти меня, гадкий червяк, - возмутился Чир. –

Лучше отпусти, хуже будет, - поддакнул Тим. –

Шшаа, я бы и отпустила, да некуда. Вам, глупые чикх, отсюда не выбраться! –

Как не выбраться? –

Мы тут как в паучьей яме. –

Так мы в ловушке? - переспросил Чир, - это не гнездо гшур? –

Шааааа… гнездо!… - рассмеялась королева, - посмотри сам, глупый чикх. - Отпустите их. Черви выпустили друзей из тесных объятий. Тим поднялся на ноги, дотянулся до светящейся пряди и поднял над головой.

Они и правда попали в ловушку - шестиугольный колодец пяти шагов в ширину. Когда-то ведущий вниз тоннель обвалился и превратился в западню.

У стены скопился мусор - сухие ветки, камешки, мох. Все то, что попало сюда с крыши улья. Под ногами виднелись косточки предшественников, которым повезло меньше. Страшный сюрприз приготовило жилище гшур неосторожным посетителям.

У полированной стены выстроились семь червей во главе с королевой.

Видишь, глупый чикх, нам не выбраться. Шшаа. Придется мне скормить вас своим червям. Вы, наверное, вкусные, упитанные. –

Подожди, шарша, ну съешь нас, а потом? Может, мы поможем тебе выбраться? –

Вы? Глупые чикх? - рассмеялась королева. –

Обещай, что отпустишь нас, и я покажу, как. Черви выпустили пленников. Чир приподнял кожаную курточку и показал повязанный вместо пояса моток веревки.

Шшаа, у вас есть веревка. Ну и что? –

Вы свалились из того же тоннеля, что и мы? –

Нет. Конечно, нет. Посмотри вверх, глупый чикх, видишь? Тим поднял мох как можно выше.

В колодец сходились сразу четыре тоннеля.

Видишь тот, что слева, - прошипела королева, - мы попали оттуда. –

Там можно закрепить веревку? –

Нет, маленький чикх, там есть пролом, но он далеко. –

Неужели великая Шарша не придумала, как выбраться? –

Не зли меня, чикх, будь со мной еще хоть пятеро слуг! Они бы дотянулись до дыры в стене! –

Ну, так пусть одного из твоих червей забросят туда с веревкой, он будет держаться за край дыры, и мы выберемся… –

Они слишком тяжелы. Нам не добросить туда. Стены скользкие и… –

Значит, ты не можешь выбраться сама? - задорно чирикнул рябуш, - А если мы поможем, обещаешь отпустить? –

Шшаа, я не трону вас, маленький чикх… –

Поклянись! –

Клянусь своими детьми… –

Забросьте нас в тоннель как можно дальше, и мы подержим веревку. –

Мы забросим вас, а вы сбежите? Нет, тебе не удастся обмануть королеву, хитрый чикх. –

Хорошо, я останусь здесь. А Чир закрепит веревку. Но и ты обещай, что отпустишь нас, когда все мы выберемся. –

Я уже обещала! Ты не веришь слову Шарши?! –

Не то чтоб нет, - испуганно возразил Тим, - но… –

Шарша еще никогда не нарушала слова! Шшааа. Спроси у своего пернатого друга! –

Правда? - повернулся Тим к Чиру. –

Да, - кивнул рябуш, - Шарши всегда держали слово. Друзья раскатали веревку, Чир обвязал ее конец вокруг пояса. Оторвал кусок радужного мха и привязал к хохолку. Подчиняясь указаниям королевы, семь червей встали друг на друга, подняли чикх к входу в колодец, потом трое верхних шарш сложились, точно пружины, и швырнули рябуша вверх.

Чир помчался на животе вверх по наклонной шестигранной трубе. Вот и провал в гладкой стене. Он почти схватился за него рукой, как вдруг веревка рванула его назад. Рябуш заскользил вниз по гладкому камню и упал в объятья червей.

Шшаа, в чем дело, маленький чикх? –

Зачем вы держали веревку, - Чир чуть не набросился на королеву, - я уже почти дотянулся. –

Затем, что я не верю тебе. Ты убежишь. –

Тебе придется поверить мне, Шарша. Или мы все останемся тут навсегда. –

Шшаа, хорошо, - прошипела королева. - Но если ты обманешь, твоему другу не поздоровиться. Черви снова встали в пирамиду. Чир взлетел вверх по трубе и на этот раз сумел вцепиться в край пролома. Забрался в дыру, уперся ногами в край.

Готово, - крикнул он в темноту. Веревка натянулась и вскоре в дыре появилась голова червяка. Тупохвостый молча забрался в ячейку, обвил веревку и тоже уперся в края тоннеля. Следующей поднялась Шарша.

Шшаа, хорошо, маленький чикх. Один за другим в ячейку забрались остальные черви.

А где Тим? –

Он внизу. Ждет. –

Помни, Шарша, ты обещала. –

Я помню, трусливый маленький чикх. Только сначала скажи мне, где твой старейшина? –

Я не знаю, мы потеряли их. –

Ты не лжешь? –

Клянусь красным камнем! –

Хорошо, маленький чикх, на этот раз тебе повезло. Но больше не попадайся мне на пути. Королева, а за ней и остальные черви уползли.

Прощай, Шарша, - чирикнул им вслед рябуш, - надеюсь, мы больше не встретимся! –

Не надейся, глупый чикх, - донеслось из темноты. Шуршание чешуек затихло.

Тим, вылезай, - крикнул Чир. –

Сейчас, - донеслось из колодца, - дотянуться не могу. Веревка дернулась, натянулась.

Достал! Держи. Вскоре Тим ухватился за край дыры и взобрался внутрь ячейки.

Ну, и куда теперь? Друзья оказались внутри каменной комнаты с тремя одинаковыми выходами.


Шур и старейшина стояли перед троном. Черная каменная статуя шевельнулась. Повернула голову, открыв округлые глаза, шевельнула усиками - бровями.

Гости? - проскрипел в головах пришельцев тихий голос. –

Приветствую тебя, мудрый гшур, - склонился перед жуком старейшина. –

Кто вы? - хозяин распрямился в кресле. Заскрипели суставы. –

Мы чикх, пришли просить мудрых гшур о милости. –

Просить гшур? - жук скрипуче рассмеялся, - о чем? –

Помоги нам, мудрый гшур, мы потеряли алый камень. Без него племя чикх погибнет. –

И какое мне дело до вас, неблагодарных, бросивших своих хозяев? –

Но, мудрый, нам больше не у кого просить помощи. –

Значит, племя чикх исчезнет, как и мы. –

Разве гшур погибли? –

Великих гшур больше нет. Остались осколки, мираж. И он скоро развеется. Когда умрут последние из них. –

Но, мудрый, помоги нам, в память о вашем величии. –

Мне нет дела до вас. Жукомуравей снова заскрипел суставами, откинулся в кресле, закрыв глаза. Теперь его снова можно было принять за статую.

Помоги, великий гшур, и племя чикх заплатит любую цену. Любую, если она будет по силам. Жук шевельнулся, снова открыл глаза.

Цену? О какой цене ты говоришь, жалкий чикх. Что есть у вас? Чем ты можешь удивить хранителя ответов? У тебя есть вода? Много воды? –

Нет, - покачал головой Шур, - последнюю воду мы недавно поделили меж собой. Воды у нас нет. –

Если не хочешь помочь, ответь, где нам найти помощь, кто отведет нас к алому камню? –

Ответить? - гшур открыл глаза, приподнял усики, - ты хочешь ответов? –

Да. –

Ты знаешь, что это за зал? - Жук снова приподнялся, заскрипев сочленениями панциря. –

Нет, мудрый гшур. –

Это зал вопросов, зал игры. Посмотри себе под ноги. Шур и старейшина взглянули вниз. Сквозь пыль и мусор на гладком камне проступал узор. Большие концентрические круги, линии, рисунки.

Это поле игры. Сюда приходили народы пещер, чтобы задать вопрос. Но сначала нужно было обыграть меня, сторожа ответов. Вы пришли спрашивать, тогда играйте!

Ну, и куда теперь? Чир и Тим стояли посреди каменной комнаты с проломом в стене и тремя одинаковыми выходами.

Идем направо, - решил рябуш, - мне кажется, выход там. За низким проходом оказалась новая ячейка, как две капли воды похожая на предыдущую. Друзья миновали еще несколько комнат-близнецов.

Нет, так мы здесь заблудимся, - решил Тим. - Надо идти все время в одном направлении. Эх, компаса у меня с собой нет! –

А это что? –

Стрелка такая, всегда в одну сторону указывает. Подожди. У меня же в кармане магнит есть! Тим порылся и достал из джинсов кусочек магнита. К нему прилип тонкий гвоздик.

То, что надо! Эх, еще бы ниточку! –

Паутинка сойдет? - Чир снял с перьев кусочек шелка. –

Конечно! Тим перевязал посредине намагниченный гвоздик, подвесил его на паутинке. Стрелка покрутилась, потом успокоилась.

Теперь он всегда будет острием в одну сторону показывать, - объяснил Тим. - Ну, куда идем? –

Давай туда, - Чир кивнул на проход, в который указывало острие. Друзья отправились вперед, следуя указаниям гвоздика. Вскоре на пути стали попадаться ветки и обрывки радужных прядей. Некоторые были совсем свежие. Но чем дальше шли друзья, тем сильнее Тим прихрамывал. Наконец он уселся на пол.

Подожди. Я быстро. - Мальчик стянул кроссовку и носок. Там, где в ногу воткнулось жало укольника, виднелась ранка. Она стала почти черной. А кожа вокруг вздулась и начала синеть.

Яд укольника, - ахнул Чир. –

Что же делать? - с отчаяньем в голосе прошептал Тим. –

Искать старейшину. Тебя нужно скорей поднять к нам, к жемчужине. Она исцелит. Тим обулся и поднялся на ноги. Но теперь он начал хромать еще больше.

Давай помогу. - Чир стал поддерживать друга. Так они прошли еще несколько ячеек. Но Тиму становилось все хуже. Даже в слабом радужном свете было видно, как он побледнел. Друзья ковыляли вперед, пока мальчик не обвис на плече рябуша.

Чир уложил мальчика у стены, склонился над ним.

Тим, Тим, ты меня слышишь? Тим… Но Тим уже не отвечал. На щеках выступил холодный пот, дышал он тяжело, с присвистом, а губы начали синеть.

Чир вскочил на ноги, заметался по ячейке.

Что же мне делать? Бежать за старейшиной? Куда? А его бросить? Тим, что мне делать? Глава шестнадцатая. Игра в камешки


Сторож ответов привстал в кресле и обвел руками каменный круг в центре зала.

Это поле игры. Вы пришли спрашивать, тогда играйте! –

Мы готовы, мудрый гшур, - кивнул старейшина, - Объясни, что мы должны сделать? –

Очистите поле. Иначе игры не будет. Рябуши сгребли с поля мусор. Шур нашел пучок сухого мха и принялся сметать пыль. Наконец серый камень очистили до блеска и на нем проступили линии, украшенные орнаментом из веток и желтых цветов. Три вложенные друг в друга круга были поделены на десять секторов. У основания пяти дальних от входа стояло по трону.

Гшур поднялся, достал из-под кресла круглую черную шкатулку и высыпал на пол круглые камни пяти цветов.

Встаньте напротив меня и приготовьте вопрос. Жук разложил камни на разноцветные кучки и пододвинул Шуру три красных кругляша, старейшине три синих.

Правила просты. Первый бросок - сторожа ответов. После каждый игрок мечет по три камня. Выбивший мой камень за первый круг получает ответ, выбивший камень за второй круг, еще один камень для следующего вопроса, за третий круг, ответ на второй вопрос без игры. Но, трижды проигравший игрок ответов больше не получит. –

Я знаю эту игру, - шепнул Шур, - птенцы чикх играют в нее. –

Начнем. - Гшур встал в вершину своего сектора и указал на старейшину, - задавай свой вопрос, чикх. –

Где мне найти алый камень? Гшур кивнул и бросил белый шар. Он покатился по гладкому полю и лег точно в центр круга. Теперь пришла очередь старейшины.

Рябуш покатал тяжелый кругляш в ладони, примерился и бросил. Синий шар скользнул мимо белого, даже не задев его, и ушел за край поля.

Второй камень, - кивнул гшур. Старейшина метнул второй, но он едва задел камень сторожа ответов. Белый шар чуть качнулся и остался на месте.

Третий. На этот раз синий кругляш стукнул белый в лоб, и они вместе покатились к первой границе. Три пары глаз следили за ними. Два шара катились все медленнее и, наконец, оба миновали черту и остановились.

Ну что ж, - проскрипел гшур, - знай, два алых кристалла хранятся в зале матери гшур. –

А где этот зал? –

Это второй вопрос. Собери камни. Шур собрал шары. Сторож ответов снова метнул белый камень. И снова он лег точно в центр круга.

Теперь твой вопрос, - повернулся он к стражнику. –

Как попасть в зал матери гшур? –

Это не твой вопрос. Задай другой. Рябуш задумался.

Почему исчезли гшур. –

Играй. Шуру удалось со второго удара выбить белый шар за первый круг. Но его третий камень прошел мимо. Стражник чикх собрал шары и вернул белый жуку.

Слушай, - проскрипел Гшур, - Когда нас стало много, когда мы научились многому, мы построили улей. Потом еще один. Когда старой матери рода пришлось навсегда уйти, между ульями возник спор, в каком из них вырастет новая мать. Решить его не смог даже совет мудрых. Спор превратился в войну. Мой улей победил. Второй разрушили, но уцелевшие гшур украли единственное яйцо, из которого должна была вылупиться новая мать. Потом ушли наверх и увели с собой всех чикх. Так началось наше падение. Некому стало продолжить род. Какой твой новый вопрос? –

Где нам найти воду? –

Принято, - гшур повернулся к старейшине. - Теперь твой черед. Играй. Рябуш начал метать камни. Со второго удара он выбил из круга белый шар, следующим загнал его за вторую черту.

Вот тебе еще один камень, - проскрипел жук. И бросил на поле синий шар. Он подкатился точно к ногам старейшины. - Теперь слушай: вам нужно спуститься по левому от входа в этот зал тоннелю, пройти через сады гшур. Самая дальняя галерея ведет в привратный покой. За ними лежит зал матери. Твой следующий вопрос. –

Кто охраняет зал матери, там есть гшур? –

Это почти два вопроса, но пусть будет так. - Жук повернулся к Шуру. - Твой черед, играй. С трех ударов стражнику чикх удалось выбить белый шар за третий круг.

Ты спрашивал про воду, - проскрипел сторож, взяв белый камень, - так знай, единственный источник - темные воды в самом низу пещеры, у подножия мостов. Есть еще жалкие крохи, которые сочатся сверху, - гшур показал на купол и белый сталактит, с которого сорвалась и упала в заросли синих кустов очередная капля. –

Что же тогда пили гшур? –

Это твой второй вопрос? Гшур пили нектар цветов из своих садов. - Сторож ответов показал за спинку трона, на синие кусты, - вот их остатки. Спрашивай снова. –

Откуда взялись чикх? –

Я запомнил. Снова твой черед, - гшур повернулся к старейшине. И выбросил на поле белый камень. Но на этот раз судьба изменила рябушу. Все четыре камня прошли мимо.

Новая игра, - проскрипел жук, принял из рук Шура белый шар и бросил на поле. И снова старейшина не смог даже ударить камень сторожа ответов. Гшур молча метнул белый шар в третий раз. И снова Рябуш проиграл.

Ты не получишь ответ на свой вопрос. - Сторож ответов повернулся к Шуру. - Теперь играй ты. Рябушу удалось выбить белый камень за первый круг.

Знай, - чикх создала первая мать силой сияния порождающего шара. Создала, чтобы они служить гшур, хранили и поливали их сады, - ответил жук. - Твой новый вопрос. –

Как нам найти своих друзей, мы потеряли их на мостах. Гшур кивнул и молча метнул белый шар. На этот раз стражник чикх проиграл три раза подряд.

Вы больше не получите ответов. Отдайте шары. Шур подал камни сторожу ответов. Тот недоверчиво осмотрел их и ссыпал в шкатулку.

Но, мудрый, нам нужно найти своих друзей, клянусь перьями. Мы не можем… –

Правила игры едины для всех. - Жук приподнял брови усики, - вы проиграли, ответов больше нет. Чего вы еще хотите? Мне пора отдохнуть. Старый жук вернулся к трону, убрал под него шкатулку. Сел, откинул голову на спинку и закрыл глаза. Теперь его снова можно было принять за статую.

Идем, - старейшина положил руку на плечо Шура, - больше мы ничего не услышим. –

Да уж, и птенцу ясно, - согласился стражник, - какое дело мудрым гшур до маленьких чикх… Рябуши молча покинули зал. Прошли по темной галерее, навстречу радужному свету большой пещеры.

Ани и Тута не было у подножия каменных стражей.


Тим, Тим, слышишь меня? Мальчик открыл глаза. Над ним склонился Чир.

Где мы? - спросил Тим, вглядываясь в лицо друга, сквозь застилающий глаза туман. –

В гнезде у прыгунов. –

У прыгунов? Тим приподнялся. Он лежал на охапке сухого мха в каменной ячейке. Вокруг сидели прыгуны, большие и маленькие. Много прыгунов.

Левая нога все еще горела и ныла. Тим взглянул на нее и увидел, что кроссовка снята и лежит рядом, а ступня намазана густой зеленой массой.

А как мы тут оказались? –

Прыгунчик нас нашел. А его родичи помогли дотащить. Они знают, как лечить яд укольников! –

Лечить? Ты же говорил, только жемчужина… –

Я не знал. Только чтобы совсем выздороветь, тебе нужно еще кое-что выпить. –

Кряяб. - сзади послышалось знакомое кваканье. Тим обернулся. К нему спешил довольный улыбающийся прыгунчик с каменной чашкой в руках. В ней плескалась зеленая жижа.

Прыгунчик протянул ее мальчику, показав на рот. Тим взял чашку, понюхал. Лекарство пахло тиной и травой.

Это обязательно пить? –

Кряяб, - кивнул прыгунчик и снова указал пальцем на чашку, потом на рот Тима. –

Ну, раз обязательно… - мальчик глубоко вздохнул, закрыл глаза, отхлебнул. Жижа оказалась совершенно безвкусной, и ему стоило большого труда опорожнить чашку до дна. –

Кряяяб, - довольный прыгунчик забрал у гостя посуду и упрыгал в соседнюю ячейку. –

Гадость, - скривился Тим, повернувшись к рябушу. - А где остальные? Где Аня? –

Я уже спрашивал у них, показывают куда-то наверх. Потом на нас. То ли хотят их привести к нам, то ли нас к ним. Но все равно тебе пока лежать нужно. –

Я не могу лежать, нам домой пора, нас будут искать. Тим хотел вскочить, оперся больной ногой о пол и почувствовал острую боль. Даже дыхание перехватило. Пришлось ему, со стоном, опустится назад.

Ладно, уговорил, - проворчал он, - только пусть они Аню найдут.

Два дождевых червя прятались за низким каменным бортиком моста.

Ниже лежал вход в тоннель, ведущий к залу игры. У подножия огромных каменных жуков сидели девочка и гусеница. Тут спокойно жевал сухой гриб, а девочка то и дело вскакивала, подбегала к арке, вглядывалась в темноту.

Чикх нашли. Искать королеву, - прошипел червяк солдат своему напарнику. –

Нет, ждать, следить. - Возразил ему рабочий. И высунулся из-за парапета. Из левой маленькой арки появился зеленый человечек. Девочка подбежала к нему, и принялась о чем-то расспрашивать, чертить что-то на полу. Прыгун кивал. Показывая в левый тоннель.

Девочка подбежала к гусенице и потянула его за руку. Тут нехотя поднялся, и они вместе отправились в левый тоннель. Прыгун шлепал впереди, показывая дорогу.

В последний момент девочка вернулась, подобрала камешек и нарисовала на стене большую стрелку - указатель.

Черви переглянулись.

Теперь искать королеву. - Прошипел рабочий, - Искать. Сообщить! Глава семнадцатая. Гнездо прыгунов


Аня и Тут шли следом за прыгунчиком. Зеленый человечек, похоже, прекрасно видел в темноте. Да и тоннель был прямой, с гладкими полированными стенами. Кожа прыгунчика едва заметно мерцала, и идти за ним было не трудно.

Вдруг прыгун остановился. Подождал, пока его нагонят, вскарабкался по стене и остановился у пролома.

Прыгунчик, мы не умеем по стенкам лазить. - Покачала головой Аня. –

Кряяб, кряяяб, - настойчиво звал за собой зеленый человечек. –

Тут, ты можешь меня поднять? –

Конечно, могу. Тут сильный. Гусеница поднял Аню на руки, подошел к стене и оперся передними ногами о стенку. Девочка дотянулась до края пролома, вцепилась в него.

Прыгунчик, помоги мне. –

Кряяб, - зеленый человечек схватил Аню за руку и начал затаскивать в дыру. Девочка перебралась через край. Высунулась назад в тоннель.

Тут, Тут, где ты, забирайся к нам. Я тебе помогу. Гусеница удивленно рассматривал ступни передней пары ног. Они присосались к гладкому камню. Тут попробовал передвинуть их выше, уперся в стенку второй, потом и третьей парой. И еще с опаской, но с каждым шагом все быстрей начал взбираться вверх по стене.

Тут может ходить по гладким стенкам! - радостно сообщил он Ане, остановившись у дыры, - это удобней, чем по веревке лезть. –

Кряяб, - позвал их прыгунчик. –

Скорее, Тут, Тим ждет, - поторопила Аня. –

Крее, - человечек зашлепал к выходу из каменной ячейки. Аня с Тутом шли через одинаковые комнаты. Это был настоящий лабиринт. Как только прыгунчик находит в них дорогу?

Впереди показался радужный свет. Аня вошла в следующий зал и завизжала от радости.

Тим, Тимочка! У стены на куче мха сидел ее брат. Рядом под радужной прядью Чир. И много прыгунов. Аня подбежала к Тиму и бросилась ему на шею.

Я думала, ты пропал, думала, тебя слизень съел. Или укольники. –

Ха, съел, подавится. Правда, один укольник меня ужалил. –

Тим, тебе больно было? –

Да ерунда, уже все прошло. - Тим осторожно встал, попробовал наступить на ногу, сделал пару шагов, - а ничего, уже ходить можно! –

Аня, а где Шур, где старейшина? - спросил Чир. –

Они через большую дверь внутрь улья пошли. А нас с Тутом снаружи оставили, ждать. Когда прыгунчик нас позвал, я стрелку нарисовала. Они увидят и следом придут. –

А поесть не хотите? - гусеница снял с плеча мешок. –

Конечно, спасибо, Тут, - кивнул Тим, - только вот запить нечем. –

Ничего, сухих пожуем, - чирикнул голодный рябуш. Гусеница раздал горсть грибов своим спутникам, потом еще одну прыгунам. Хрустящие ломтики быстро исчезли.

Да, нужно где-то воду искать, - вздохнул Чир. –

Прыгунчик, ты не знаешь, где здесь можно попить, - спросила Аня у зеленого человечка, устроившегося около ее коленок. Прыгун смотрел на нее и озадаченно хлопал большими глазами.

Ну, пить, - Чир показал на чашку, в которой недавно принесли зеленую жижу для лечения Тима. –

Кряяб, кряяя, - кивнул прыгунчик, вскочил и убежал. –

Похоже, воды мы не дождемся, - вздохнул Тим. - Так и умрем от жажды. Но прыгунчик скоро вернулся. Следом два человечка несли на плечах синие ветки с желтыми цветами.

Прыгун сорвал похожую на воронку чашечку цветка, поднес ее к раскрытому рту и надломил толстый лепесток. Из цветка потекла струйка жидкости.

Понятно, - кивнул Чир и первым сорвал желтый бутон. –

Да это вкуснее газировки, - воскликнул Тим, попробовав угощение. –

Очень вкусно, - булькнула Аня. –

А добавка есть? - попросил Тут.

Старейшина и Шур вышли из темной галереи под радужный свет большой пещеры. Ани и Тута у выхода не было. Шур обшарил площадку, куда сходились три моста, но тщетно.

Смотри, - старейшина показал на стену. Там виднелись нацарапанные фигурки девочки и гусеницы. Ниже стрелка, которая указывала на левую арку, ту, которая вела в сады гшур.

Они ушли или их увели? –

Идем, - старейшина шагнул к входу в тоннель, - если поторопимся, то нагоним. В зал королевы мы должны войти все вместе!

Шарша смотрела с моста на вход в галерею зала вопросов. На площадке, куда сходились три моста, было пусто. Рабочий червь подполз к ней и зашипел, указывая хвостом в сторону левой малой арки.

Королева зло шикнула на него, взметнув капюшон щупальцев.

Зачем мне девчонка и гусеница? Шшааа, Мне нужен старейшина! –

Смотрите, смотрите, великая. Из большой арки вышли старейшина и Шур. Рябуши обыскали подножие каменных жуков. Потом нашли указатель на стене и поспешили в левую, малую арку.

Скорее, мы не должны их упустить, - Шарша зашипела на своих слуг, - ищите дорогу, ищите спуск.

Старейшина поднял перед собой жезл, обмотанный радужными прядями. Этот тоннель был похож на соседний, такие же темные гладкие стены и потолок, только пониже. Время от времени старейшина опускал жезл к полу. На камне можно было разглядеть круглые следы гусеницы.

Мы идем правильно, - кивнул Шур, - К тому же здесь некуда свернуть. И все-таки рябуши никак не могли нагнать своих спутников. Наконец далеко впереди забрезжил, отражаясь от полированного базальта, неяркий синий свет.

Тоннель окончился резной аркой. За ней круглый зал. Пол за порогом устилала мелкая бурая щебенка вперемешку с сухими веточками.

Из зала выходило множество галерей, больших и маленьких. В трех из них стояли стеной знакомые синие кусты с желтыми цветами, источая голубой свет. Остальные были темны.

Вот они, сады гшур. - прошептал старейшина. Из зарослей навстречу рябушам бесшумно вышел прыгун с копьем. Старейшина кивнул ему.

Привет тебе, храбрый воин. Зеленый человечек улыбнулся в ответ и вдруг, услышав что-то, испуганно присел.

Кряяб, - тихо произнес он, махнул пришельцам лапой, предлагая бежать назад, сжался и юркнул обратно в кусты. –

Приготовься, Шур, - прошептал старейшина, - кажется, сейчас мы увидим хозяев садов. Из зарослей большой галереи вышли трое гшур в каменных шлемах, двое с копьями в руках. Третий с длинным каменным ножом на поясе и в кожаной накидке.

Привет вам, мудрые властители пещер, - склонились рябуши перед воинами. –

Чикх? Вы вернулись?! Что вам нужно, презренные. Чего вы хотите? –

Мы пришли просить о милости. Племя чикх потеряло алый камень, свою защиту. Нам нужен новый камень. Мы знаем, в зале матери хранятся два. Мы просим отдать нам один. Чикх заплатят любую цену. Гшур переглянулись.

Чикх осмеливаются просить гшур?! - жук выхватил нож, направив острие на старейшину. –

Вы можете получить только наказание, - добавил второй, обходя рябушей с правой стороны. –

И сейчас пойдете с нами. - Третий зашел слева, направляя копье на Шура. –

Но, мудрые гшур, позвольте нам поговорить с вашими старшими. –

И нам нужно найти друзей, - добавил Шур. - Здесь не было других чикх, кроме нас? –

Нет, чикх здесь не было, - покачал головой первый воин. –

Тогда разрешите нам уйти. Они потерялись в пещерах… –

Нет, - жуки уперли острия копий в спины чикх. - Вы не уйдете. Теперь вы будете работать в садах, носить воду, как ваши бежавшие предки. Гшур с ножом вырвал у старейшины костяной жезл.

Не место посоху главы совета в руках чикх. Ведите их к водозабору, - велел он остальным, - пусть работают. Я доложу совету.

Я и не думал, что здесь такая вкуснотища растет. - Довольный съеденным обедом, Чир разлегся на подстилке, где недавно лежал Тим. –

Раньше Тут такого не пробовал, - поддакнул гусеница. –

Кряяб, кряяяб. - в ячейку вбежал взрослый прыгун с копьем. –

Что там случилось? - вскочил Тим. Прыгун показал на Чира. Изобразил, что проходит мимо, снова показал на Чира.

Такие же, как я? - спросил рябуш. –

Кряб, кряяяб, - кивнул прыгун. –

Они куда-то шли, куда? Прыгун показал в глубь улья, потом поднял с пола веточку синего куста, с которой оборвали медовые цветы, поставил ее вертикально на пол и принялся передвигать, как будто пытаясь утыкать ей всю ячейку.

Они ушли туда, где много синих кустов? - догадался Чир. –

Кряяб, - кивнул прыгун. –

Так веди нас к ним. Друзья вскочили и вслед за зеленым человечком побежали по каменному лабиринту.

Вот он, выход в тоннель. Мы здесь забрались, - показала Аня. В стене ячейки темнела неровная дыра.

Прыгунчик нырнул в отверстие и вдруг выскочил обратно, испуганный. Подбежал к Тиму, выхватил пучок радужного мха и накрыл тряпкой. Стало темно.

Эй, ты чего, - прошептал Тим. –

Тише. Стойте на месте, - велел Чир, - я посмотрю. Рябуш на ощупь подкрался к пролому в стене, выглянул в тоннель.

Сверху к пролому приближались шарши. По тоннелю ползли ряды червей. Панцири едва заметно мерцали. Впереди, подняв корону щупальцев со светящимися кончиками, двигалась королева. Чир затаил дыхание, припал к камню, спрятавшись за остатком стены. Он уже готов был закричать, чтобы предупредить друзей, но его не заметили. Колонна проползла мимо.

Рябуш дождался, когда последний червь скроется вдали, когда затихнет шуршание чешуек по камню, и вернулся к спутникам.

Там Шарша с войском, - шепотом сообщил он, сняв тряпку с радужной пряди, - уже прошли мимо. –

Куда прошли? –

Вниз. –

Но ведь и нам нужно вниз! –

Теперь нельзя, там тупохвостые. - покачал головой Чир. –

Нам нужен камень, чтобы вернуться назад. - Твердо сказал Тим. - И ведь там старейшина и твой дядя. Так, прыгунчик? –

Кряб, кряяб, - кивнул зеленый человечек. –

Хорошо, пойдем за ними без света, только осторожно, - согласился Чир. - Прыгунчик, иди впереди, заметишь червей, квакни. Тим вслед за Чиром сполз за край пролома и спрыгнул на пол тоннеля. Нога отозвалась болью. Мальчик сдержал стон. Сверху, хлюпая подошвами - присосками, спустился Тут с Аней на спине.

Друзья крадучись двинулись вниз по коридору следом за прыгуном. Добравшись до резной арки, Тим заглянул в круглый зал, освещенный синим сиянием. Он был пуст. Прыгунчик первым прыгнул за порог на щебенку.

Тише, - погрозил ему Тим, рассматривая галереи и заросли синих кустов. –

Смотрите, там рисунки. - Аня показала вверх, на резной купол пещеры. Спутники вошли под каменный купол. Он был весь расписан цветными картинами. Вдоль стен расположились высеченные в камне барельефы. На них росли синие кусты с желтыми чашечками. Черные жуки собирали из цветов нектар в высокие кувшины, срезали каменными ножами и складывали в корзины круглые плоды.

Рядом стояли гшур - стражники в каменных доспехах. На других картинах они сражались с вылезающими из воды чудищами, похожими на тазик с длинным острым хвостом. Жуки обороняли рябушей, которые несли на носилках большие и, видно, тяжелые сосуды. Из этих сосудов чикх поливали синие кусты ковшами на длинных ручках.

Ой, смотрите - показала Аня в другой конец зала - Там Тут. На барельефах были изображены маленькие гусенички в окружении жуков. Гшур кормили их, переносили, охраняли.

Наконец старый Тут нашел родню, - вздохнул гусеница, - только они все каменные. –

Еще пришельцы?! - Из синих зарослей навстречу Тиму выступили два стражника - гшур. Прыгуны, увидев хозяев, поспешили скрыться в темном тоннеле. Жуки опустили копья, направив их на гостей.

Вы привели с собой прыгунов. Раз вы друзья вредителей, значит и сами вредители. –

Гшур, живые, - гусеница вышел из-за спин друзей навстречу жукам, - старый Тут так рад, вы нас накормите? –

Оошш. - один из стражников поперхнулся, удивленно подняв брови - усики. Второй выпучил глаза и уронил копье. –

Лалле! - наконец выдавил из себя первый, - Лалле вернулся! великая радость! Оба гшур упали на колени, склонившись перед Тутом.

Чего это они? - удивленно спросил Тима гусеница. –

Похоже, они тебе очень рады, - прошептал мальчик. Глава восемнадцатая. Темные воды


Старейшину и Шура под остриями копий вывели из зала в боковую галерею. Потом они спустились по узкой темной лестнице в круглую комнату. Вдоль грубо обработанных стен были расставлены большие каменные сосуды. Двое гшур без оружия возились около носилок с сетками для кувшинов.

Гляньте, какую смену мы вам привели, - проскрипел один из стражников. –

Берите носилки, - приказал рябушам второй, - и идите за мной. Шур и старейшина подняли сосуд. Из склада носилок вело несколько выходов. Но только один был открыт, остальные завалены камнями. Спиральный тоннель с лестницей и прядями радужного мха на потолке уходил вниз.

Один из стражей шел впереди. Еще двое сзади, охраняя пленников.

Мудрые гшур, чем мы провинились перед вами? - спросил старейшина. - Мы не виноваты, что наши предки ушли… –

Чем? - зло проскрипел гшур. - Вы бросили нас, своих создателей, и сбежали. –

Наши сады умирают, они почти бесплодны, - добавил второй. - Вы ушли и они увяли. Остались лишь жалкие крохи… –

Вода это жизнь синих кустов, - не оборачиваясь, произнес стражник, идущий впереди. - Некому поливать их. Некому собирать плоды. Теперь, когда нас осталось так мало, мы едва можем защитить последний спуск к озеру. –

Но, мудрые гшур, уже много поколений чикх сменилось, мы забыли о вас. Перед вами виноваты только наши предки… –

Нам все равно. Вы пернатые. Значит, должны служить нам. –

Но, мудрые, мы не можем оставаться здесь, мы должны искать алый камень и спутников… –

Иди и помалкивай. - Стражник толкнул старейшину в спину тупым концом копья, - Совет решит, что с вами делать. Тоннель кончился. Рябуши и гшур вышли на узкий мост. Он продолжал спуск вниз. Совсем близко под низким бортиком колыхалась темная поверхность озера, играя радужными бликами.

Вот они, темные воды, - проскрипел жук, - теперь вам часто придется их видеть. –

Не пытайтесь бежать, если вам дорога жизнь, - предупредил идущий впереди стражник, - У воды прячутся щитники. Поэтому здесь стоит стража. Если бы щитников не было, синие кусты росли бы просто по берегам темных вод. Тогда неблагодарные чикх были бы нам не нужны. Только личинки щитников выедают ростки под корень. А взрослые и вами позавтракать не откажутся. Хорошо хоть они света побаиваются. Конец моста уперся в каменный берег. Место вокруг было огорожено невысокой стеной из камней. Ее кольцо размыкалось только у воды. Там стояли двое гшур с копьями наготове. Верх стены был утыкан палками, обмотанными радужным мхом.

Набирайте, - стражник подал чикх ковш на длинной ручке. - Да близко к воде не подходите. Рябуши молча поставили сосуд на плоский камень с круглой выемкой. Шур принялся черпать воду ковшом. Он не успел набрать и половины, когда поверхность озера колыхнулась и вспухла горбом. Чикх успел заметить уходящую на глубину темную массу.

Стражник, следивший за водой, отскочил к стене.

Назад, - гшур оттолкнул рябуша древком копья и ткнул в воду каменным наконечником. Жуки внимательно вглядывались в гладь озера.

Ушел, набирайте, - приказал гшур. Шур едва успел опустить ковш в воду, как она снова вспучилась. На камень берега выскочило закованное в панцирь чудище. Грязные илистые потоки стекали с плоского панциря - щита. Над ним грозно вздымался острый шип длиной в полкопья на членистом хвосте. Спереди щелкали острые зазубренные челюсти - серпы.

Стражники бросились вперед, целя копьями в поблескивающие из-под панциря глазки. Шур едва успел спрятаться за сосуд. Костяное острие ударило туда, где он только что стоял. Костяной шип снова свистнул, рассекая воздух, и гшур отлетел к каменному забору.

Бегите, - крикнул рябушам жук. Старейшина чикх пятился к мосту. Гшур теснили чудище, стараясь попасть острием под край панциря. Чудище приседало и било в ответ костяным мечом. Челюсти щелкнули, легко перекусив толстое древко.

Вот еще один гшур упал под ударом острия, выронив копье. Оно упало рядом с прячущимся за камнем Шуром. Чудище нависло над жуком, раскрыв острые челюсти и привстав на коротких лапках. Шур увидел под панцирем блеск глаз и, схватив копье, ударил в них, что было сил.

Щитник дернулся и отпрянул, волоча копье за собой. Рябущ вцепился в древко и вырвал копье. Щитник хрюкнул и скрылся в воде. Гшур оттащили раненного товарища к мосту. Он приподнялся, скрипнул челюстями и кивнул Шуру.

Ты хорошо владеешь копьем. –

Ну, чего стоите, - прикрикнул на рябушей другой жук, - черпайте дальше. Сады ждут полива. Чикх быстро наполнили сосуд, взвалили на плечи носилки и побрели вверх по мосту. Двое стражей остались у спуска. Еще двое несли раненого товарища следом за пленниками. Прежним путем колонна добралась до склада носилок. Один остался там с раненым, второй поднялся с рябушами в зал садов гшур.

Поливайте в этой галерее, - приказал он. - И быстрее, сад большой. Чикх втащили носилки в заросли синих кустов. Шур вылил под корни пять ковшей, когда в зале появился знакомый гшур с каменным ножом на поясе.

Я должен отвести их в зал совета, - сообщил он стражнику, - и быстрее. –

Слышали? Оставьте воду, идите за ним. - Жук забрал черпак у Шура, и сам принялся поливать щебенку.

Чир, Тим и Аня топтались позади смущенного Тута. Перед ним склонились в глубоком поклоне два гшур. Они, кажется, ждали какого то знака, но гусеница не понимал, какого.

Наконец один из стражников поднял голову.

Лалле, прости своих слуг, но позволь, мы отведем тебя к мудрым. Тебе не пристало беседовать с простыми стражниками. –

А друзья мои пойдут со мной? - спросил гусеница. –

Как будет угодно Лалле. –

А кормить будете? –

Конечно, Лалле! –

Ну, тогда ведите Тута. Стражники попятились, почтительно склонившись, выпрямились и, торжественно держа копья, направились в темный тоннель.

А ты, оказывается, большая персона, - покачал головой Тим. –

Ну, идем же, - чирикнул Чир, - смотрите, нас уже ждут. Гшур остановились по сторонам устья тоннеля, вытянувшись по струнке.

Креее… Аня обернулась. Из арки выглянул прыгунчик, помахал ей лапкой.

Пока, прыгунчик, - помахала Аня в ответ, - спасибо тебе. –

Кряяб, - улыбнулся в ответ человечек и исчез в темноте. Стражи привели Тута и его спутников в квадратный зал. Купол в центре подпирала массивная черная колонна. В нишах гладких стен стояли статуи гшур. У дальней стены на возвышении расположились девять каменных тронов. В пяти сидели жуки в длинных кожаных накидках, жилетах из белого шелка. У сидящего в центре лежал на коленях жезл старейшины рябушей, костяной стержень с навершием - пустой деревянной лапой.

Гшур стражи склонились в поклоне и молча встали у входа. Тут вопросительно посмотрел на спутников.

Иди вперед, - шепнул Тим. Гусеница, шлепая ногами, направился к тронам. Друзья за ним, чуть приотстав. Рассмотрев, кто перед ними, советники вскочили с кресел.

Лалле, Лалле вернулась! –

Да говорил я, меня Тут зовут. –

О, Лалле, - советники сбежали с возвышения, склонились перед гусеницей, - мы давно ждем тебя. Мы потеряли надежду. Приказывай, мы готовы выполнить все. –

Тут, спроси, где старейшина с Шуром, - подсказал Тим, - смотри, у них жезл. –

Сюда приходили два чикх? Где они? –

Мы поймали их и отправили поливать сады. –

Тут, скажи им, пусть приведут их сюда, - прошептал Чир. –

Приведите сюда моих друзей. –

Но, Лалле. - советник склонился в поклоне, - они отправлены в водоносы. Поливать наши сады. –

Приведите или я покину вас снова. - Сердито заявил гусеница. –

Хорошо, - вздохнул советник и махнул стражникам: - приведите Чикх из нижних галерей. –

Теперь мы можем говорить о церемонии? –

Сначала накормите нас. - Тут погладил живот, - И воды, принесите воды. –

Как прикажешь. - Склонился в поклоне советник, - Принесите еды для Лалле. –

И моих друзей. - напомнил Тут. –

И его спутников, - вздохнул советник.

Шур и старейшина вошли в квадратный зал. У стены на низкой каменной скамье сидели все четверо их спутников. И только Тут восседал в странном троне - гамаке среди шелковых подушек.

Перед ними стояли каменные чаши. Дети и рябуши с удовольствием пили густую жидкость из каменных стаканов, закусывали синими плодами с упругой сочной мякотью. Увидев пришедших чикх, Чир вскочил и бросился к ним.

Дядя Шур, дядя Шур, - рябуши обнялись. –

Я вижу, вас здесь неплохо приняли, - проворчал Шур, не то, что нас. –

Это все Тут, - Чир кивнул на набивающего рот гусеницу, - его все принимают как короля. Главный советник гшур приблизился к пришедшим. И с поклоном протянул жезл старейшине чикх.

Лалле хочет, чтобы это вернули тебе. –

Вы привели Лалле, вы хранили его в пути, это великая услуга для гшур. - добавил второй советник. –

Лалле хочет, чтобы мы исполнили все ваши пожелания, прежде чем она согласится на церемонию, - сообщил третий. –

Так чего вы хотите? - проскрипел главный советник. Старейшина взял у жука костяной жезл, погладил гладкую ручку.

Племени чикх нужен алый камень, чтобы защититься от врагов. –

А мы хотим снова вырасти и вернуться домой, наружу, - добавил Тим. –

И проводите нас наверх до колодца, - чирикнул Шур. - На ваших мостах можно всю жизнь плутать, клянусь перьями. –

Это все? Мы согласны. - Кивнул Гшур, - теперь можем готовиться к церемонии? Гшур повернулись к Туту. Он увлеченно поглощал синие плоды.

Тут теперь будет ваш король? - спросил гусеница, заметив, что все смотрят на него. –

Нет, Лалле, - покачал головой главный советник - тебе нужно пройти церемонию, метаморфоз и стать новой маткой рода. –

Я не хочу быть маткой, - гусеница отложил синий плод, который хотел надкусить, - я не хочу быть королевой, я хочу остаться Тутом! Глава девятнадцатая. Каменный червь


Я хочу остаться Тутом! - сердито надувшись, заявил гусеница. –

Но, Лалле, - испуганно заскрипели советники, - ты не можешь… –

Как же продолжение рода гшур? –

Мы ждали, мы… –

Нас осталось всего четыре десятка. Стариков… Только сейчас Тим понял, что все встреченные им гшур были одного возраста. Ни детей, ни личинок.

Ты не можешь отказаться, в этом твое предназначение, - заявил глава совета. –

Старый Тут не хочет быть маткой, - надул губы гусеница, - Туту нравится быть Тутом. Привык я… Он удобнее уселся в гамаке и принялся тянуть нектар из каменного стакана.

Старший советник повернулся к людям и рябушам.

Мне жаль, но гшур не смогут вам помочь. Мы берем назад свои обещания. –

Но ведь Тут остается у вас! - Тим вскочил с каменной лавки, - Ведь этого вы хотели. –

Ты не понимаешь! - старший советник сердито поднял усики-брови, - Два алых камня хранятся в зале матери. И только матка может войти в него. –

С тех пор как ушла последняя мать, никто из воинов гшур не входил в покой сияющего шара. А без алого камня мы не можем помочь ни племени чикх, ни людям, - добавил второй советник. –

Значит, все дело в упрямстве Тута! - поняла Аня. Девочка подбежала к гусенице.

Как тебе не стыдно, хватит капризничать! –

Я решил, - надежда гшур сложил все три пары рук на животе, - Я останусь Тутом!

Позади жука - стража, стоящего у входа в зал совета, шевельнулась тень. Там, куда не доставал свет моховых факелов, у стены тоннеля прятался дождевой червяк. Он уже давно вслушивался в споры гшур и рябушей. Теперь он отползал назад, в сторону садов. Стражи, увлеченные происходящим в зале, его не заметили.

Шпион благополучно вернулся в галереи садов, где Шарша в окружении солдат пробовала нектар желтых цветов.

Шшаа, за такую еду я готова отдать все мои владения. - Королева причмокнула жабьим ртом. Червяк - шпион подполз к ней и начал докладывать.

Значит, тоннель, по которому давно никто не ходил?! Шшша, ищите брошенный тоннель. - Зашипела королева на своих слуг. Черви мгновенно расползлись по саду, скрывшись под ветками.

Здесь, здесь, великая. - Раздалось вскоре из зарослей. Продираясь сквозь синие кусты, Шарша подползла к устью тоннеля. По нему и, правда, давно никто не ходил. У входа было чисто, но дальше на гладком полу лежала вековая пыль.

Шшаа… Осторожней, - прошипела королева, - ползите за мной, вдоль стены. Не оставляйте следов. В полной темноте черви добрались до конца коридора, и попали в новый покой. В высоких вазах у входа росли кустики синей плесени. Они, как и все растения пещеры, едва заметно светились.

Шарша окинула взглядом помещение. У стен расставлены скамьи и пустые чаши. В стенах множество ниш. И все это сейчас покрывал слой пыли. В дальнем от входа конце высокие ворота. Две каменные створки смыкались, закрыв проход.

Шшша, что это? - прошипела королева, указав на двери, - откройте мне их. Черви дружно налегли на створки. Они очень неохотно, со скрипом, поддались. Открылась щель, из которой хлынул розовый свет. Шарша первой вползла в проход и остановилась.

Черви оказались в длинном зале с колоннадой.

Зал матери! - прошипела королева червей. Белые колонны тянулись двумя рядами вдоль боковых стен, состоящих из шестиугольных ячеек. Около входа стояли высокие пустые чаши, покрытые молочными потеками. Когда-то в них была вода. От основания чаш начинались и уходили в глубь зала два пустых желоба.

Шарша, а за ней и остальные черви поползли к дальней стене. Оттуда разливалось наполняющее зал розовое сияние.

Там, где кончалась колоннада, располагалось ложе матки, вырезанное в массивной розовой плите. В пустом углублении валялась груда истлевших шелковых подушек и покрывал.

Перед ложем два желоба сходились, образуя маленький круглый бассейн. Он тоже был сух и полон мусора. В левом углу зала стояли три черные пирамиды. Одна из них была без крышки-вершины. Прямо за ложем на круглом возвышении рос раскидистый золотистый куст с желтыми цветами. Над ним из гладкой, расписанной фресками стены вырастали две белоснежные каменные лилии. Вместо третьей - правой торчал обломанный стебель. Левая была пуста. В средней чаше лежал светящийся розовый шар.

Шшааа, - торжествующе прошипела Королева земляных червей, - теперь жемчужина порождения моя! Груда мусора в правом углу зала шевельнулась, поднялась, превратившись в огромного червя в каменном панцире. По бокам три пары щупальцев, вооруженные базальтовыми мечами. На голове корона - маска.

Древний страж навис над Королевой червей и прохрипел сквозь прорезь доспеха.

Кто посмел тревожить покой зала матери?

Тут, милый, ну что тебе стоит? - Аня заглянула в глаза гусеницы, - нам домой нужно! Только ты можешь помочь. –

О, Лалле, позволь напомнить, срок твоей жизни личинкой скоро подойдет к концу, и тогда мы не сможем спасти тебя. - Проскрипел главный советник. –

Но, если ты станешь маткой, то проживешь сотни поколений, - добавил второй. –

Соглашайся, Тут, - чирикнул Чир, - рябушам нужен алый камень. –

Нет, не хочу, - уперся гусеница. - Я даже не знаю, во что превращусь, вдруг Тут станет страшилищем. –

Матка, самое прекрасное существо в пещерах! - восторженно произнес стражник Гшур. –

Мы можем показать тебе, как выглядит мать рода, - сообщил главный советник. –

Да? - Тут вздохнул, погладил парой рук живот, наморщил лоб. - Ладно, покажите. –

Идемте. - Трое советников поднялись с кресел. Вслед за советниками рябуши и дети поспешили через сады и тоннель в помещение с дверями зала матери.

Много поколений воины гшур не ходили сюда! - сообщил советник. Он взял у стража копье, обмотанное радужными прядями, и поднял вверх, к потолку, осветив цветной барельеф над вратами.

Изящное, похожее на муравья, существо с большими радужными крыльями смотрело на своих детей, распахнув огромные синие глаза. Во всем ее облике читалась доброта и любовь.

Жуки замерли, в восторге глядя на изображение.

Вот она какая, мать гшур! - прошептал Тим. –

Какая красивая бабочка, - прошептала Аня. - Тут, неужели ты не хочешь стать таким? Тут смотрел на барельеф, почесывая лысую макушку сразу тремя правыми руками.


Над Шаршей навис закованный в каменную броню червь, отличный от нее только размерами и тремя парами щупальцев.

Кто посмел тревожить покой зала матери? - прохрипел из-под брони дребезжащий голос, - Теперь я должен убить вас за дерзость. –

Постой, отец червей, - прошипела королева, - неужели ты убьешь свою дочь? –

Дочь? Ашшш… - страж в сомнении опустил каменные лезвия. - Не смейся надо мной! Я плохо вижу, но знаю, все мои дети покинули меня, предали и ушли наверх… теперь я несу службу один уже много кругов. –

Я вернулась и привела с собой моих детей. –

Да? это правда? - червь опустился к гостье, вглядываясь в нее сквозь щелочки в маске каменного панциря. –

Шшша, дети, подойдите ближе, - приказала Шарша. Черви подползли, выстроившись в полукруг позади королевы.

Ты и правда моя дочь, ты вернулась сменить меня? –

Сменить? Зачем? - Шарша удивленно вскинула щупальца короны. - У нас жемчужина порождения! Идем со мной, отец червей, создадим себе новых детей, лучших, чем глупые чикх и надменные гшур. –

Нет, дочь моя, - прохрипел каменный червь, - я всегда служил светоносному шару. А его место здесь. Даже если ты унесешь его, а я этого не позволю, ты не справишься с огнем жемчужины. Ты не сможешь управлять ею. У нее своя воля. –

Но тогда зачем я вернулась? Зачем проползла через бездны, потеряв почти все войско? –

Тебя вел сияющий шар! Ты пришла, чтобы сменить меня. Скоро все возвратится в прежнее русло. А я устал. –

Сменить тебя и служить гшур? –

Не гшур, дочь моя, сияющему шару! –

А чем я буду кормить своих детей? –

Подойди сюда, - древний страж заполз за ложе матери и остановился около куста с золотистыми ветками. Из стены за возвышением сочилась тонкая пленка воды и струйкой стекала к корням растения. - Это куст стража. Единственный куст, на котором созревают семена. Он дал начало садам гшур. В цветах нектар. Это лучшая пища. –

Шшаа… да, я пробовала нектар. Но урожая с одного куста не хватит на всех моих детей! –

За его семена гшур принесут тебе столько нектара и плодов, сколько захочешь. –

Я думаю, отец червей… –

Думай скорее, я устал, я стар. Здесь два алых камня, - каменный червь показал на черные пирамиды в углу, - они высасывают из меня силы. Я не смог избавиться от лишнего. Я не мог его коснуться. Если я стану безмозглым червем, кто будет нести службу. –

Я согласна… –

Тогда слушай, вот стена разрешения: Отец червей показал на правую часть фресок, где мать гшур в окружении жуков-нянек держала на четырех руках крохотных личинок. Позади них возвышался червь в доспехах.

А это стена запрета. На гладком камне над черными пирамидами стояли в ряд солдаты гшур и большие гусеницы. У ног хозяев расположились рябуши и прыгуны, щитники, пурхи и еще трое незнакомых Шарше обитателей пещер.

Запомни тех, кому можно входить в зал и тех, кому это запрещено. –

Шшшаа, я запомню. –

Теперь приготовься к церемонии. Королева и отец червей подползли к каменной лилии, положили щупальца на розовый шар.

Теперь клянись хранить жемчужину, золотой куст и матку гшур от любых бед. –

Шшаа, клянусь жизнью своих детей. –

Ошшш, хорошо. Помни, если нарушишь слово, алый огонь сожжет тебя. Червь снял щупальца с жемчужины, и устало осел на пол, загремев панцирем.

Теперь я, наконец, уйду спать в нижние гнезда! Я устал. Прощай, дочь, и послушай совет, избавься от одного алого камня. Вдвоем они иссушат и тебя. Червь опустился на пол, выполз из доспехов, нажал на плиту стены в правом углу. Камень повернулся, открыв лаз. Червь обернулся, окинул подслеповатым взглядом зал и скрылся в темноте.

Прощай, отец червей, - прошипела ему вслед Шарша, - пусть сон твой будет глубок. Она подняла с пола нагрудный панцирь, примерила. Надела на щупальца - руки две каменные рапиры, на голову маску - корону.

Великовата, - решила Шарша и отложила корону. - Шшаа, а панцирь почти в пору. Королева подползла к белым лилиям, скрестила каменные лезвия над головой, раскрыв корону щупальцев.

Шшаа, теперь я новый хранитель жемчужины! Глава двадцатая. Зал королевы


Смотрите, - Чир показал на барельеф, - там же целых три жемчужины. За спиной нарисованной матки сияли три шара, розовый в центре, и два голубых по краям.

Нет, - покачал головой советник, - в зале только один сияющий шар. Изначальная жемчужина порождения. –

Где же остальные? –

Одна, в верхних пещерах чикх, одна потеряна в незапамятные времена. –

Но камень, алый камень там? - чирикнул старейшина. –

Даже два! - успокоил его старший советник. –

Один мы можем отдать чикх, - добавил второй советник. –

Если Лалле даст согласие на церемонию. –

Хорошо, я буду маткой, - повернулся гусеница к советникам. - Сколько времени нужно Туту на метаморфоз? –

Всего полкруга, Лалле. - ответил старший советник. –

Сколько? - Возмутился Чир, - мы не можем ждать так долго. –

Но иного выхода нет, - развел четырьмя руками советник, - страж зала не пустит нас внутрь. –

Откройте двери, - Тим решительно шагнул вперед. –

Мы сами поговорим со стражем, - Чир встал рядом с другом. –

Но это против правил! - советник, поднял ладони, останавливая мальчишек. –

Открывайте! - приказал гусеница, - старый Тут так хочет. –

Твоя воля, Лалле. - склонился перед ним жук. - Помогите нам, - попросил он рябушей. Гшур и чикх уперлись в каменные створки. Двери зала со скрипом отворились, впустив в помещение розовое сияние. Тим заслонился рукой от яркого света.

По ту сторону порога полукругом выстроились черви. Перед ними, стояла Шарша, грозно взметнув капюшон щупальцев.

Что вы ищите в залах матери? - прошипела облаченная в каменный панцирь королева. –

Шарша, - изумился старейшина чикх, - Что ты здесь делаешь? –

Где старый страж? - удивленно подняв брови-усики, проскрипел главный советник. –

У сияющего шара новый хранитель! - Шарша выпрямилась, скрестила перед собой каменные рапиры. - Так чего вы хотите? Только мать гшур может приказать мне, только она может войти в этот зал. –

У нас еще нет матки, но есть Лалле, ее личинка, - ответил главный советник. –

Скоро она пройдет метаморфоз! - добавил второй. –

Придет мать гшур, я впущу ее, но больше никого, - прошипела королева червей, - И еще, я хочу, чтобы остатки моего войска привели из верхних пещер ко мне, в этот зал. –

Чикх не пропустят тупохвостых через наши пещеры, - вмешался старейшина. - Если они уйдут, кто будет добывать землю для наших грибных грядок? –

Не пропустите? - Шарша разозлилась, опустила каменные ножи и надвинулась на рябушей, - тогда вам не видать красного камня. Я запечатаю вход в этот зал, и больше никто в него не войдет. Даже мать гшур! –

Но хранитель, ты не можешь преступить клятву… - бросился между ними советник. –

Шшаа, я клялась только сияющему шару. Если мои дети не войдут в этот зал, у вас, надменные жуки, не будет семян для посева новых садов. Стражи гшур бросились вперед, защищая советников, черви на помощь королеве. Шур схватил оброненное копье и тоже ринулся в драку.

Стойте! - крикнул Тим, - Остановитесь! Все повернулись к мальчику.

Шарша, тебе же не нужен второй алый камень, отдай его рябушам. Они в ответ пропустят твоих детей через свои пещеры. –

Но кто будет добывать землю? - напомнил старейшина чикх. –

Мы дадим вам семян золотого куста, - решил главный советник, - научим растить пищу гшур. Нашим садам не нужна земля, только камни и вода. –

Вот чего-чего, а воды у нас вдоволь, клянусь перьями, - чирикнул Шур. –

Мы согласны, - кивнул старейшина. –

Хорошо, - Шарша успокоилась, опустила щупальца, - я отдам алый камень. –

Значит, пернатые останутся в верхних пещерах? - спросил стражник гшур, - А кто будет носить воду для садов? –

Если у нас появится новая матка, нужно будет много пищи, - поддакнул второй воин. –

Нужно возрождать старые сады! - поддержал третий советник. –

Разрешите сказать старому Туту. - Гусеница протиснулся в круг спорщиков. –

Да, Лалле, - гшур почтительно склонились, отодвинувшись назад. –

Шарша хочет привести сюда свое войско, но ее детей нужно кормить, так? - гусеница ткнул пухлым пальцем в строй червей, - Так пусть они носят воду в обмен на нектар и плоды садов. Шарша отдаст чикх камень и семена. Они пропустят ее детей к радужному колодцу. У пернатых будет пища. И пусть отныне в пещерах царит мир. –

Лалле, ты самая мудрая, - гшур почтительно склонились перед Тутом. Тут повернулся к Шарше.

Ты согласна, хранитель зала? –

Да. –

Тогда отдай нам алый камень, и это будет началом твоей службы Гшур. –

Шшаа, глупая гусеница, - королева снова вздыбила капюшон, - как я отдам его вам? Я не могу его коснуться! И никто из вас не осмелится сделать это! –

Ты забыла, есть жезл, - старейшина чикх шагнул вперед, поднял перед собой костяной стержень. - Но я не умею открывать его. –

Дайте-ка его мне, - попросил Тим. Он внимательно изучил костяной стержень. Нашел два выступа, нажал, повернул ручку, дернул. Деревянная лапа щелкнула, раскрылась и схватила воздух.

Так вот в чем секрет, - Тим повторил фокус снова. И протянул жезл старейшине. –

Нет, - зашипела Шарша, - он не может войти в зал. –

Тогда принеси камень сама, - Тим протянул жезл королеве. –

Как, - разозлилась Шарша, - у меня нет пальцев, глупый человечек, я не смогу открыть лапу. –

Но кто-то должен достать камень. –

Никто из вас не может войти в зал, - королева скрестила на груди каменные рапиры и встала в проеме дверей, - все вы нарисованы на стене запрета. –

Хранитель, но ведь там нет людей! - напомнил старший советник. –

Да, - озадачено прошипела Шарша, - людей там нет. Черви отступили, и Тим вошел в зал. Королева ползла впереди. Они добрались до ложа матери, поднялись к черным пирамидам.

Откройте, - приказала королева своим слугам. Черви сняли крышку - вершину. В гнезде из черного гранита теплился алый огонек. Тим открыл деревянную лапу, подцепил ею камень и защелкнул.

Шшаа, сделано, а теперь унеси его. Тим вернулся к воротам и подал жезл старейшине.

Помни, старик, что ты обещал! Чикх получат семена, когда мое войско будет здесь. –

Теперь нас, - крикнула Аня, - отведите нас домой, я к маме хочу! –

Придется идти через брошенные пещеры и царство Шарши, - озадаченно почесал клюв когтем дядюшка Шур. –

Мои дети запечатали все тоннели, накрепко, - прошипела королева. - Их осталось слишком мало, чтобы отбиваться от пурхов и ползунов. Свободны только проходы в главный тоннель. Вам не вернуться верхним путем. –

Как же нам попасть домой? Тим обвел взглядом червей, рябушей и гшур.

Идем с нами, - Чир схватил Тима за руку, - поживете в поселке, потом мы найдем выход. –

Оставайтесь лучше со мной, - вмешался Тут, - здесь всегда вдоволь еды. –

Оставайтесь, - присоединился к нему советник. –

Домой хочу, - заплакала Аня, - домой… –

Я знаю, кто подскажет выход, - вмешался дядюшка Шур, - сторож ответов!

В зал игры вошли рябуши и гшур, Тут и два червя. Из темного тоннеля выглядывали три любопытных прыгунчика.

Советники подошли к трону на поле камней.

Сторож, проснись! Старый гшур шевельнулся, приоткрыл глаза и удивленно приподнялся на каменном кресле.

Как? Вы пришли вместе? Наверно, я уже заснул вечным сном и вернулся в свет порождения, в вечные сады. –

Нет, сторож, ты не спишь, - проскрипел главный советник, - все народы пещеры пришли к тебе сегодня. –

Неужели вернулись прежние времена, и царство гшур возродилось? –

Не царство, это будет новый союз племен! - ответил главный советник. –

Вы пришли играть? –

Да, сторож ответов, но у всех нас один вопрос. –

Это не по правилам, я не могу… –

Посмотри, - советник обвел рукой стоящих рядом чикх, гшур и людей, - к нам вернулась Лалле. В пещерах вновь установился мир. Эти дети помогли нам. Теперь долг всех племен пещер - вернуть их домой! –

Я отвечу вам, - проскрипел жук, поднялся с кресла и указал на Тима, - но пусть он сыграет со мной. Я никогда еще не играл с людьми. Освободите поле. Зрители расступились, очистив каменный круг.

Задавай свой вопрос. –

Скажи, как нам вернуться домой, в верхние пещеры, где с потолка светит шар ярче жемчужины. Как нам вернуть прежний рост. –

Это два вопроса, - проскрипел сторож ответов, - начнем игру. Жук достал черную шкатулку, подал мальчику три зеленых шара. Примерился и выбросил на поле белый камень. Он, как всегда, лег точно в центр круга.

Играй, - кивнул мальчику гшур Тим прицелился. Первый шар прошел мимо, второй ближе. Третий зеленый кругляш звонко ударил белый камень и выбросил его за пределы третьего круга.

Ура! - Аня завизжала и обняла брата. Сторож ответов неодобрительно посмотрел на нее, сел в свое кресло и проскрипел:

Слушай. Ты можешь покинуть пещеры гшур через сток сияющего озера. Путь к нему ведет через водопад на другой стороне пещеры. Тебе придется подняться по желобу. –

А как нам снова стать прежними? –

Вы должны коснуться алого камня. Он высосет из вас свет голубой жемчужины. Но делать это можно только снаружи. Иначе наши пещеры станут тесными для вас. И помни, свет огненного шара убьет алый камень. Его нельзя выносить из пещер. –

Спасибо тебе, - кивнул жуку мальчик. –

Ты выиграл, - проскрипел хранитель ответов, - это по правилам. Старый гшур улегся в свое кресло и закрыл глаза.

Глава двадцать первая. Сияющее озеро


Тим и Аня попрощались с гусеницей у входа в зал игры.

Простите, я вас проводить не могу. - Лалле погладил девочку по голове пухлой ладошкой. - Привели старого Тута к родне. Теперь я надежда гшур. Они меня не отпустят. –

Прощай Тут. Счастливо тебе превратиться в бабочку. –

До свиданья, Тут, - Аня обняла гусеницу, уткнувшись носом в мягкий, зеленый живот, - Не позволяй своим жукам обижать прыгунчиков.

Рябуши, четверо гшур и дети довольно быстро добрались до другого конца пещеры. Она оказалась такой уж и большой. Когда знаешь правильный путь.

Вот он, водопад. - Стражник показал на большую трещину в стене, из которой текла вода. Мост упирался в отвесную стену рядом с трещиной. Струи водопада сбегали по каменному желобу вниз, падая в темные воды

Интересно, как же мы внутрь то заберемся? - Тим обернулся к спутникам. - Тута здесь нет. Кто-нибудь еще умеет по стенкам ходить? –

Я знаю, кто нам поможет! - закричала Аня, - прыгунчик, прыгунчик, ты здесь? –

Кряяб, - послышалось из-под моста, и на парапет забрался зеленый человечек. –

Прыгунчик, поможешь нам? Пожалуйста! –

Кряяб, - кивнул зеленый человечек. –

Смотри, - Тим подал прыгуну веревку, - нужно затащить это внутрь и привязать очень крепко, там, где вода светится. Сможешь? –

Кряяб, - прыгунчик схватил веревку. –

Подожди, - остановил его Тим, - Дай, я тебя ей обвяжу. Зеленый человечек взбежал по мокрой стене, чмокая присосками на лапках, и исчез за завесой брызг. Веревка - лестница с навязанными петлями натянулась и начала убегать внутрь трещины.

Вскоре скалолаз вернулся назад.

Хорошо закрепил? - спросил Тим. –

Кряяб, - кивнул прыгун. –

Ну, теперь ждите, я проверю лестницу и дерну за веревку, тогда лезьте следом. Тим, взялся за шелковую петлю, и шагнул за край моста. Канат натянулся, спружинил, но выдержал.

Мальчик пополз вперед, цепляясь за петли. Брызги летели в лицо, не позволяя увидеть, что впереди, мокрый шелк так и норовил выскользнуть из рук. Подъем кончился неожиданно. Тим перевалился через край трещины и обтер воду с глаз.

Перед ним колыхалась поверхность воды, пронизанной голубым солнечным светом.

Так вот ты какое, сияющее озеро! Тим взобрался на каменный берег. Он оказался в тесном гроте. Дно его было похоже на чашу. Из разлома в стене бил мощный поток воды, вливаясь в озеро. Часть воды переливалась через край трещины, из которой вылез мальчик, и стекала в пещеру гшур.

Прыгунчик завязал лестницу за толстые сталактиты. Тим поправил ее и сделал еще пару узлов. Потом несколько раз дернул.

Лестница натянулась и вскоре над краем трещины показалась голова Ани. Тим помог ей вскарабкаться на узкий уступ. Сразу за ней показался Чир.

Чив чирик, - присвистнул он, увидев озеро, - и, правда, сияющее. Следом в пещере появились Шур, старейшина с жезлом алого камня на поясе и стражник гшур.

Некоторое время все любовались озером. Голубой свет шел из глубины. Там, под каменной стеной, виднелась сияющая дыра в которую убегал водяной поток.

Там выход в наш мир, - показал Тим. –

Да, - согласился с ним старейшина, - в наших пещерах такого света нет. Он посмотрел на поблекший и мокрый комок радужного мха. Здесь его мерцание было почти не заметно.

А как мы наружу попадем? - спросила Аня. –

Смотрите! Тим кинул кусочек мха в озеро. Пушистую прядь отнесло к дальней стене, затянуло в воду и унесло под скалу, навстречу солнечному сиянию.

Вот она, легенда, - проскрипел жук. - Когда сток сияющего озера переполняется, темные воды заливают основания мостов. –

Нам нужно только нырнуть, и поток вынесет нас наружу! - объяснил Тим. –

Ты забыл, вам еще нужно вырасти, - напомнил Чир. –

Я не подумал, - огорчился Тим. - А если мне взять камень с собой, обвязанный веревкой, а вы потом втащите его назад? –

Ты забыл, ваш яркий свет убьет его! - напомнил старейшина, - и он станет бесполезным для чикх. –

Что же тогда делать? - Аня готова была заплакать. Теперь, когда дом был так близко, он оказался недоступен. –

Можно дотронуться до камня, а потом прыгнуть в воду, - предложил Тим. –

А если вы не успеете пройти сквозь сток и застрянете в нем? - спросил старейшина. - Тогда погибнете не только вы, но и пещеры гшур, их затопит. –

Давайте пока перекусим, - предложил Шур - и подумаем. Спутники расселись на бережке, где всем шестерым едва хватило места. Гшур раздал плоды синих кустов. Тим удрученно жевал упругую, похожую вкусом на дыню, мякоть. Эх, если бы был еще третий кристалл. Но он упал в ручей. Стоп!

Старший, куда впадает ледяной ручей? –

Мы не знаем, - развел руками старейшина. –

А что под вашей пещерой? –

Пещера гшур. –

Вы видели в ней другой источник? - Тим повернулся к гшур, - есть другой источник воды в пещере? –

Нет, - покачал головой жук. –

Значит, это ледяной ручей! Он вливается в сияющее озеро, - решил Тим, - и третий кристалл упал в него. Может быть, красный камень здесь, на дне? Тогда его можно достать! –

Сейчас найдем! - встрепенулся Чир. –

Смотрите на дне, у самого водопада. Все принялись бродить по пояс в воде, вглядываясь в окатыши под ногами. Искали долго.

Нет, - вздохнул Шур, - его здесь нет. –

Может, его отнесло водой? - Чир все еще надеялся найти кристалл. –

Поищите там, - пожал плечами старейшина, - но я не думаю… –

Смотрите, вот же он! - воскликнул Чир. На освещенном дне, среди круглых окатышей, горела красная искра.

Далеко. - Шур почесал когтем клюв, - У самой горловины стока. Нам его не достать. –

А если сделать сеть, как у пурхов, только мелкую, - не унимался Чир. –

Не получится, - возразил старейшина, - близко не подойти. А если его тронуть, унесет течением. –

Тогда обвяжите меня веревкой, - предложил Чир, - и спустите в воду. Я схвачу камень, а вы меня вытащите. –

Ты что, тоже хочешь воробьем стать, - возмутился Тим. –

Значит, не выйдет, - пригорюнился Чир. - и второго посоха у нас нет. Все огорченно молчали, усевшись на берегу. Казалось, вот он, камень, только руку протяни, а не взять.

Слушайте, - закричал Тим, - не нужно его доставать! Если мы с Аней нырнем в озеро, поток понесет нас к горловине. Проплывая мимо кристалла, я его схвачу. Пока мы превращаемся, нас вынесет наружу. Думаю, времени хватит, сток не должен быть длинным. –

Лучше мы обвяжем вас веревкой и задержим около алого камня. А когда ты его возьмешь, отпустим, - предложил старейшина. –

Значит, нам это пригодится. - Шур снял с плеча моток шелкового шнура. –

Ой. А я плавать не умею, - испугалась Аня. –

Зато я умею, - успокоил Тим, - ты главное, зажми нос и рот, а потом нас вынесет наружу. Даже до пяти сосчитать не успеешь. Шур сам обвязал Тима и Аню, примотал их друг к другу.

Давайте прощаться. –

Гшур не забудут вас, - поклонился детям стражник. –

И чикх тоже, - поддакнул старейшина, - спасибо вам за жемчужину и за камень. –

Прощай, маленькая, - погладил Аню по голове Шур. –

Вот, возьми, - Тим вынул из кармана рогатку, магнит и гвоздь на веревочке, подал Чиру, - это тебе, как пользоваться, знаешь. –

А как же ты? –

У меня такого добра много, - махнул рукой Тим. Друзья обнялись.

Пора. Дети вошли в воду.

Ой, как холодно, - пискнула девочка. –

Терпи, если хочешь домой вернуться, - ободрил ее брат, - Это не долго. И нос заткни. Аня кивнула и сжала ноздри пальцами.

Вдохни и не дыши, - приказал Тим сестре, набрал воздуха в грудь и, поджав ноги, погрузился в воду с головой. Течение подхватило детей и, как щепку, поволокло к горловине. Веревка остановила их прямо над красной искрой. Поток отбрасывал Тима прочь, но он извернулся, накрыл кристалл ладонью, сгреб в кулак и прижал к груди.

То ли рябуши выпустили веревку, то ли начала действовать сила камня. Детей закружил синий вихрь, буря голубого сияния. Тим зажмурился, а когда открыл глаза, увидел прямо над собой солнце. Он уперся ногами в песок и встал.

Сестра барахталась рядом, закрыв глаза и заткнув нос. Тим поднял ее и поставил на ноги. Вода едва доходила Мальчику до пояса. Аня закашлялась, и начала жадно хватать ртом воздух.

Уже все? - спросила она, - мы уже дома? Глава последняя. Дома


Аня удивленно осматривала знакомое место, еще не веря, что приключение закончилось.

Дети вынырнули посреди реки, рядом с пляжем. Над ним возвышалась каменная громада утеса. Течение здесь было спокойное, и ровное песчаное дно. Только у самого утеса из воды торчали валуны. Вода рядом с ними была всегда холодная.

Теперь Тим знал, почему. Здесь в речку вливался ледяной поток из-под скалы, из царства рябушей.

Солнце клонилось к закату и уже коснулось макушки старой ветлы, растущей на берегу. Прозрачные облачка у горизонта начали розоветь.

Идем, - Тим поволок сестру в сторону пляжа. На песке у воды сидели мальчишки. Когда Тим и Аня вылезли из реки, они очень удивились.

Эй, а вы откуда взялись? Вас тут не было. –

Из-за скалы приплыли, - нашелся Тим. –

А почему в одежде? –

Чтобы назад не ходить. - Ответил он, выходя на пологий берег. –

Умом тронулись, - решили мальчишки, наблюдая, как брат с сестрой, скинув мокрую одежду, в одних трусах побежали вверх по склону, к зарослям ивы. Дом Рябининых был недалеко от реки. Над тем самым утесом, в котором прятался таинственный мир голубой жемчужины. Дети добежали по заросшей лопухами тропе к задней калитке, юркнули в огород и вбежали в дом.

Мама, папа…- закричала Аня. Никто не отозвался. Неужели родители еще не вернулись?

Смотри! - Тим показал на часы, - всего десять часов прошло. –

Разве так может быть? Я думала, мы там неделю прожили. –

Мы же маленькие были, вот и часы у нас были маленькие, и в день их уместилось больше. А может, там вообще время другое. –

Ладно, давай переоденемся. Натянув сухое белье, дети вернулись в огород. Тим раздвинул траву под смородиновым кустом, там, где они совсем недавно блуждали, словно в густом лесу.

Трещины в камне не было. Значит, Шарша не соврала. Отныне вход в страну рябушей закрыт.

Интересно, зачем крыс украл жемчужину? –

Может, поумнеть хотел? –

А ты камень не потерял? –

Нет. Тим раскрыл ладонь. На ней лежал красный кристалл. Под солнцем он перестал светиться и стал похож на обычный осколок красного стекла.

Куда мы его теперь денем? - спросила Аня. –

Придумаем что-нибудь. Только нам никто не поверит. –

И даже папа? –

Да… наверно, даже он. А если поверят, разломают гору, наловят рябушей и начнут изучать. –

Как изучать? –

Ну, разные эксперименты делать. Как над мышами. –

И Чира? И Шура? –

Если поймают. –

Мне их жалко. Не надо, чтобы изучали. –

Тогда уговор - молчать. И никому, даже папе! –

Даже папе. - Повторила эхом Аня. –

А кто проговорится, пусть тот… Во дворе загудела машина.

Ой, мама с папой вернулись, - вскочила Аня, - идем встречать. Взявшись за руки, брат с сестрой побежали по дорожке к дому.

Дети, вы здесь? - послышался мамин голос. –

Ну, чего натворили? - это папа.

Вечером, когда солнце уже село и семья собралась пить чай, Тим положил на стол красный кристаллик.

Папа, посмотри, что это за камень? –

О, да это же настоящий рубин, и большой. - Удивился Рябинин старший. - Где вы его взяли? –

В речке нашли. У скалы. А он дорогой? –

Очень. –

Папа, возьми, - Тим пододвинул камень отцу, - я знаю, вам деньги нужны. - И подмигнул Ане. Перед сном брат с сестрой снова вышли в огород, к камню.

Интересно, Тут уже стал королевой? –

Наверное, еще нет. –

Мы их теперь никогда не увидим? - вздохнула Аня. Тим покачал головой.

Жалко. –

Только помни, никому! –

Да, да, никому, - кивнула девочка. В небе зажглись первые, по-летнему крупные звезды. Дети отправились в дом.

Трава у забора зашевелилась. На валун вскарабкался мокрый и грязный крыс. Он недовольно пискнул и долго, совсем по человечески, глядел вслед детям.




Конец.








Пещеры голубой жемчужины. - 1 -

Page of
  • Свиньин Игорь
    0.0

    Повесть получила приз в номинации “будущий бестселлер” на конкурсе “Новая детская книга - III” от “Росмэн”а

Please Login (or Sign Up) to leave a comment