Джинсовая помойка

Матом по уму

 

Джинсовая помойка

Все в нашей Зеленовке, ежкорень, мечтали о ванной. Все пятьдесят дворов. И вот, по просьбе трудящихся, Нинка-Открывалка привезла в свой коммерческий магазинчик «Супер-бутик» белое блестящее чудо. «Открывалкой» ее прозвали за зубы. Любая пробка для нее – не проблема. Лошади завидовали, да. Магазинчик Нинка соорудила из прежнего угольного сарая. Стены оклеила обоями, да потолок фанерой забила.

Все лето ходили мы, знычт, на то чудо любоваться. Как в церковь. В лучших одеждах, надушенные и напомаженные. Покупать, правда, так никто и не решился. Это ж в таку лохань воды сколько надо натаскать, да нагреть. Нет, в баньке с чашкой воды - оно привычней.

Мечтал и я, идрит ангидрит, в ванной той поплавать, вытянувшись на всю ивановскую. В горячей вольной водичке попреть. Представлял себе не раз, знычт, это чудное действо. И таки судьба мне улыбнулась.

К зиме Нинка надумала в сараюшке-магазине поставить печь. А печник-то я один на четыре деревни. Вот она ко мне с поклоном и заявилась. Договорились по-честному. Кило конфет и четыре пузыря. Конфеты до, остальное после.

С утра, помолясь, знычт, приступил. К обеду уже вывел под крышу. Хорошая печурка получилась. С широкой плитой, со столитровым вмазанном котлом для воды. Навернув Нинкину петушиную лапшу, после обеда полез трубу выводить. К вечеру все сладил, как положено. Решил тягу проверить.

Настругал палочек, дровишек заложил, ведерко уголька принес. Тяга отличная и дух хорош.

Прям рай у меня на душе. И тут, еж твою вошь, как на грех, попалась мне на глаза ванна.

Стоп, себе думаю. А не согреть ли мне водички? У Нинки-то вода вольная, таскать не надо. Мотор в колодце. Приделал я шланг к ее мойке и накачал в котел воды.

Сижу, знычт, сигареты дармовые покуриваю. Стопарик из зарплаты налил. Огурчиком болгарским закусил. Мелкие, я вам скажу, у них за границей огурцы, мелкие. На один стопарь пять штук идет.

Залил, ежкорень, я в ванну горячей воды. Разделся и стал залазить. А она, кипит твое молоко на моей керосинке, качается!

Кое-как, с помощью тудыт твою в духовку, придвинул энту лохань к стене. Спереди кирпичики подоткнул. Вроде стоит. Залез. Стоит. Сел. Хорошо!

Вытянулся, как мечтал. Аж пупырышками пошел от счастья. Как в океане лежу, ладошками волну пускаю. Страсть, как мне понравилось!

Сел и стал голову мыть. А мыть-то, моб твою ять, нечем. Мыло надо. А темно уже. Только отсветы от печки красные. Эх, надо было свет зажечь. А вылезать не хочется, к двери босяка шлепать. Встал, читаю на полке надо мной – «Канцелярские товары». Не то. Шагнул к другой полке. Есть – шампунь в пакетиках. Я горсть – хвать. А ванна – как качнет! Чуть не опрокинулся. Раскачались кирпичики. Я за полку схватился, а с нее товар в ванну сыпется.

Сел осторожно и стал те пакетики на голову выдавливать. Один выдавил, а остальные уплыли.

Пару нащупал. Вроде первый на ощупь другой был. Склизкий. А эти мягкие и рвутся легко. Решил, что сорт другой. Жалко мочалки не нашел. Еще немного поплескался и стал собираться. Темно уже, только от печки красные отблески на стенах.

Пошел Нинке доложиться. Иду, бутылечки так весело в авоське позванивают.

Постучал в окно и пошел к двери. Она открыла и как заорет. Дверь захлопнула, а орать не прекратила. Еперный теянтер! Может, не вовремя, думаю? Ладно, знычт, пойду домой, порадую свою Дуняшу заработком.

Захожу, а они с племянницей телевизор смотрят. Какую-то тысячную серию.

Я шапку снял, свет включил и сетку им протягиваю.

Обернулись они, и не хуже Нинки, завопили:

— Черт, черт, изыди проклятый!

Чебуракнулись, что ли? Племяшка под кровать шурхнула, а старая, ешкин хвост, одним прыжком на печь взлетела и орет из-за занавески нехорошие слова.

Зашло тогда сумление мне в голову насчет моей личности. Подошел к зеркалу, а оттуда, пасть твою в масть, на меня рожа синяя глядит, чисто черт, как его на картинках пишут. На руки глянул – господи, да я весь как водяной из болота.

Растудыт меня в качель! Бегом кинулся в баньку свою. Затопил и два дня из нее не вылезал, пока синева с меня не сошла.

Нинка мне потом рассказала, что в тех пакетиках краска была джинсовая. Видно – хорошего качества.

А ванну ту так, опосля этого случая, никто и не купил.

Нинка в ней огурцы теперь солит. Зеленые и крупные. С хрустом.



Page of

Please Login (or Sign Up) to leave a comment