Фея из курсятника

Трудно учить на бандита

 

Пьяный хахаль феи Мимозы

Жаль, что нельзя выбирать родителей. Я бы выбрал папу-олигарха. И у меня, как у Женьки Болтикова, был бы свой автомобиль с шофером. У всех папы и мамы разные. И их надо любить.

Разных. И я люблю. Мой папа служит шестеркой у Витьки Болта, Женькиного папки. А вот погоняло у моего отца лучше – Флинтус. Мне нравится. Вырасту и себе классную кличку придумаю, типа Мародер или еще круче – Гвоздяра.

А больше всего я люблю, когда папка приходит домой пьяный. Он вообще домой редко приходит, а пьяный – по большим праздникам. Мамка так и говорит:

— Ну, вот и праздник к нам пришел! - и начинает у него из карманов деньги вытаскивать.


В эти радостные дни после помойки, или помывки? – папка всегда поднимается ко мне в банном халате – пожелать спокойной ночи. Это – мои самые счастливые минуты в жизни.

Вот и сегодня он сел на мой, скрипнувший от радости, табуретик у стены и оперся об нее рукой.

— Флинтус, - говорю, - сбацай, в натуре, сказку!

— Сейчас, сынок, вот все брошу и буду тебе сказку… Филя, когда ты курсать научишься?

— Па, не мети туфту, трави давай, - я освободил кресло от шмотья и помог бате переселиться в более устойчивое положение.

— Ну, ладно. Слушай:

— Одна шмакодявка, по-вашему – зажигалка будет, по имени Промокашка пошла в лес.

— Пап, а когда - утром?

— Пофигу ей, пусть – утром.

— А зачем пошла?

— Мать послала за ягодами – брагу заварить не на чем, а отец – наркогрибочков собрать, кончились у него. Еще раз перебьешь – усну!

— Ладно, трави дальше.

— Набрала она, знычт, полное лукошко и решила поторчать на зелени. Разлеглась на пальтишке на полянке и балдеет, кайф, знычт, ловит. Осень золотая, птички сверху гадят, муравьишки в штанах шалят, красота несусветная.

— Кайф от грибочков?

— Рано ей. Так ловит. Гольмя. И тут к ней подваливает шкет, Спирькой звать. Он давно за ней подсматривал, когда она грибочки срезала.

— А шкет – это типа вашего Чмыха?

— Не, Чмых – мясник, крутой мокрушник, а этот так – баклан-беспредельщик.

— Па, а почему у него погоняло – Чмых?

— Гирей, сынок, бьет. Чмых – и нету. Не трынди. Знычт, Спирька ей и говорит: «Давай жениться! Ты – классная чувиха, я – вообще… принц неписаный. Промокашка его спрашивает:

– А как? Прямо здесь? Я согласная.

— Нет,- говорит Спирька, - К Мимозе идти надо, она здесь спец по этим делам. И хаза у нее сейчас свободная.

— А Мимоза – кто?

— Да фея местная, картишки разбрасывает, ворожит иногда, берет недорого.

Мимоза, знычт, в это время в домике на опушке леса ставила пироги в печь.

— Сынок, ты, что ль, вернулся? Дверь закрывай, комарье замучило, - базарит.

— Нет, фея Мимоза. Это опять я, Спирька, жениться зажигалку привел.

— А! Тогда другое дело, - фея вытерла руки об фартук и скрылась за занавеской.

Промокашка, знычт, уселась на табуретку и смотрит, как Спирька ногами заталкивает подальше под кровать храпящего мужика.

— Кто это, Спирь?- спрашивает Промокашка.

— Да феин хахаль. Каждый день – и ходит, и ходит. У феи уже вторую бочку огурцов доедает.

— Вот подлец!- невеста пнула мужика в бок.

— И я то ж говорю, - жених тоже поддал ногой.

Сильно, сынок, били, у меня до сих пор бок свербит. А тут, знычт, Мимоза и говорит:

— Заводи, Спирька, невесту ненаглядную, - фея в блестящей короне сидела за столом. Перед ней горели четыре свечи и светились три радужных шара. Хыр, хыр, хыр…

— Па, не спи. Чо дальше-то было?

— А? Что? Не брал я у бабки пенсию, и икону не брал, гражданин следователь!

— Па, ты чо? Это же я, Филя – сын твой!

— Фу ты! Приснится ж такое! Чуть в признанку не сыграл. Свят, свят, свят. Господи, помоги рабу твому безгрешному…

— Па, дальше то - что было?

— Да ничего. Выпустили меня. На подписку о невыезде.

— Да я о сказке!

— О какой?

— Про фею Мимозу.

— Мимоза? Погоди, это я тебе не про бановую биксу базарил? Нет? А, вспомнил, это ж мамка нешухерной малины, вспомнил.

— Ты еще про Спирьку рассказывал.

— Да, сынок ейный, помню. Все меня щикотить любит, да.

— Пап, а Промокашка тогда – кто?

— Мусорная подстава. Хотела малину зашухарить.

— А вы?

— А чо мы? На лопату – и в печь.

— А ты говорил – жениться они со Спирькой хотели…

— Легенда у нее такая была. Но Мимоза ее на картах расколола. Фея, она в картах, сынок, - волшебница. И не только в картах. Не то, что твоя мамка. Ну, спи давай. И учись курсать. А то скоро на дело тебя брать буду – как бы не опозорил меня перед братвой. Ты до какой буквы уже курсятник выучил?

— До «ж» дошел, па.

— Молодец, сынок, потом доскажу про фею. Узнаю у нее, чем там кончилось.

Спи, Филя, спи.

Page of

Please Login (or Sign Up) to leave a comment