Космос нараспашку. Глава 2. Кролик отбегался

Тренироваться в магии сложно посреди огромной столицы, да и лишнее внимание можно привлечь. Влад решает покинуть людской муравейник от греха подальше. Парень даже не подозревает, что машина спецслужб уже запущена. След странного юноши взял лучший офицер, гончий пёс Конторы.

 

Пискнул планшет, сообщая о входящем письме.

Кир, грузный большой мужчина пятидесяти лет, отложил в сторону читалку и лениво стукнул себя по виску, открывая текст на линзах.

«Пора в путь-дорогу. Дорогу дальнюю, дальнюю, дальнюю пора! :)» — повисли буквы в воздухе.

— Твою ма-ать, — ругнулся Кирилл сквозь зубы, смаргивая строчку в корзину. Мечта о паре часов на диване разбита вдребезги. Он кряхтя сел, потёр уставшие глаза. Только что вернулся из командировки и снова «здрасте». Ладно, подъём, старина!

Последние два месяца Кирилл скакал по стране раненным кроликом — этим летом пошла какая-то нездоровая волна активации псиоников. Что радовало Контору, но несколько вымотало «гончего пса» Департамента. Пора уже искать молодого помощника, что ли? А лучше двух.

Мужик, что-то невразумительно бормоча под нос, встал, подтянул штаны и потопал на кухню. Спокойно заварил себе чайку, а потом уже с дымящейся чашкой в руках устроился в кресле и вызвал начальника. Больше оттягивать разговор совесть не позволяла — Петрович сожрёт с потрохами.

На шифрованном канале бился в истерике начальник. Как всегда, без видео. Дежурные вопли пропустил мимо ушей. Наконец, бурно поорав, полковник перешёл к делу.

Что ж, ситуация стандартная — созрел новый Объект. По информации, собранной операми Конторы, ничем не примечательный юнец девятнадцати лет — Владислав Стечко. Приехал в Москву из города Орска пару лет назад, где тихо и мирно рос в неполной семье с мамой и бабушкой.

Школа, аттестат, подработка в офисе мобильного оператора. Как и миллионы ровесников, пацан в итоге объявился в столице, провалился на поступлении в институт и остался. Покоритель, блин. Устроился пилотом в онлайн-магазин дронов, где аккуратно работал, без шума и скандалов до сего дня.

Всю эту инфу Петрович кинул одним пакетом. В файлах ещё предстояло внимательно покопаться. Но это позже…

— Ага, Кирюш, сам видишь, да? Надзор засёк несколько сильных всплесков Поля пару месяцев назад. Пока мы строили триангуляционную сетку и вычисляли баламута, тот носился по Подмосковью, скорее всего тренируясь.

— Чем только облегчил нам задачу, да? — усмехнулся Кирилл, отхлёбывая сладкого чая.

— Хороший мальчик, — согласился Петрович. — Не знаю, сколько бы мы за ним гонялись в этом столичном бедламе. А если ещё Москва вмешается и прикроет…

Кирилл поморщился. Из-за этого вредного эгрегора Москвы он в свое время покинул Златоглавую и теперь жил в Подольске. Ладно, не о том речь…

— Возможности парня? — спросил Кирилл.

Петрович помолчал и неуверенно ответил:

— Минимум телепортер… Засняли лишь небольшой прыжок

— А максимум? — хмуро спросил Кир.

— Уник. Астралка к парню благодушно настроена — иногда бродит и там. Ну и немного владеет воздушными ударами. Читай инфопакет — всё там.

— Вот же пакость! — выругался Кирилл. — Можем умыться — такого нам не поймать. В итоге, достанется пасхальное яичко Конклаву… Рано или поздно…

— Кирюш, ты чо сегодня съел? Что ноешь? Будто нам позволят отойти в сторону и сложить ручки, да? — тускло отозвался начальник. — Все всё понимают, но… Вперёд и с песней!

— Да-да, принято… Слушаюсь, типа ага.

— Кирилл Иваныч Край, восьмидесятого года рождения, — начал заводиться Петрович, — мне не нравится твоё настроение! Что-то ты много стал ворчать. Стареешь? Было б кем тебя заменить, давно уже выкинул бы к чертям! Да, непростое дело! Но кто тут у нас «гончий пёс», майор?

— Шавка на побегушках…

— Кирюх, задолбал! Короче, последние всплески Поля, похожие на активность пацана, засекли из Самарского отделения. Домой поперся, однако. Сам перепроверишь… — продолжил начальник. — Кстати, его последние поисковые запросы в интернете связаны с Чукоткой и заброшенными посёлками, учти. Боюсь, этой зимой ты увидишь настоящий снег! Ну и морозец понюхаешь…

— Я уже люблю этого парня, — с горькой усмешкой отозвался Кирилл. — Там же в январе минус сорок! Ну-ну… Надеюсь, он быстро поймет свою ошибку, городской мальчик.

— А вот это ты нам и расскажешь — быстро или не быстро! — отрезал Петрович. — Задание стандартное: поймать и не пущать, потом в Центр забросишь. Инфа у тебя, контакты те же.

— Да-да, — вздохнул Кир и продолжил со всей возможной искренностью: — пир духа, а не задание! Спасибо!

Начальник фыркнул и отключился, не прощаясь.

— И тебя туда же, — бормотнул Кирилл и протяжно вздохнул.

Снова чирикнул планшет. Уведомление от банка — на счет капнули командировочные. Ой, какие мы щедрые сегодня! Торопятся, собаки страшные…

Ну да, если малец и правда обладает такими способностями, то перехватить его первыми — главная задача. А там разберемся.

Итак, сейчас нужно действовать быстро, потому как парень ещё не успел полностью осознать доступные возможности, научиться ими управлять — он пока кутёнок. А такие тоннами творят глупости и оставляют следы. Но торопиться надо ещё и по другой причине — конкуренты.

В Московском Управлении Департамента по исследованию псионических явлений, проще говоря «Контора», Кирилл работал уже более тридцати лет. Сколько просеяно людей через мелкое сито, сколько выматывающих тестов и допросов проведено самим Кириллом — не вышептать. Но достойные внимания уники редки. До обидного редки — по статистике выходит, что только один человек на миллион обладает хоть каким-то зачатком уникальных способностей. Чаще встречаются поисковики и эмпаты, чувствующие эмоции окружающих. Много энерговампиров. Чуть реже попадаются врождённые менталы-гипнотизёры, лекари и «айболиты-ветеринары».

Мало того, эти хилые псионики ещё должны себя как-то проявить, чтобы их заметили. Но изучать собственные «странности» кидаются далеко не все — задавленные бытовухой, работой, семьей и прочая, номинальные экстрасенсы чаще просто отмахиваются от мистической бредятины.

Уникумы с редким талантом попадаются нечасто. Из-за них моментально начинается закулисная драка между спецслужбами нескольких стран. Особо сильная структура — Конклав. По слухам, кормится с руки Ватикана.

Но эти борзые ребятки обращают внимание лишь на самые яркие Объекты. Стандарты уровней второго-третьего, типа самого Кирилла, их не интересуют. Его «особый талант» самый массовый и довольно неустойчивый. Кир — поисковик.

При должном настрое и терпении, он может отыскать любую вещь или человека в радиусе десяти тысяч километров. Только не всегда это получается — слишком много мешающих факторов. Например, эгрегоры больших городов.

В результате разборок уникальный Объект часто погибает. Это из серии: «так не доставайся ж никому!».

— Чёрт, отвлекаемся что-то, — одёрнул себя Кирилл.

Итак. Московские контакты Объекта выявлены — друзья, приятели, коллеги. Вскрыты все эккаунты юноши в сети — почта, социалки, порнушка, игрушки и прочие интернет-магазины. Рабочий комп распотрошён, вся медийка с парнем уже у Края. В Орске, родном городе Объекта, работа только начата и данные собираются.

Жаль, что личный планшет парень уволок с собой. Ну, это был бы слишком хороший подарок. Сейчас все более-менее знакомые пацану места под круглосуточным наблюдением — ждём.

Пришло время работать и Кириллу. Документ с психологическим портретом Объекта изучен вдоль и поперёк. Поехали… Первый этап поиска — слияние и метка.

— Ну, расскажи мне парень, где ты? Что делаешь? Что уже натворил? Будь хорошим мальчиком, — тихо шептал Кирилл, раскладывая веером на столе у клавиатуры распечатанные фотографии худощавого юноши с усталыми глазами и русой короткой чёлкой. Подтянул поближе к себе карту России. — Ты же не маньяк-убийца, правда, Влад? Ты сейчас напуган. Чувствуешь, что тебя ищут. Навыков у тебя с гулькин нос. Где ты?

«Гончий пёс» хрустнул пальцами, разминая кисти. Прикрыл глаза и замер в кресле, успокаивая дыхание, ловя ритм, вгоняя себя в транс.


* * *


Первый день пути Владик выскакивал на всех полустанках, аккуратно запоминая местность. Подстраховывался съёмками видео и сферических фоток на камеру и линзы. В итоге устало отрубился на своей полке.

Мерный посвист ветра за не сильно герметичными окнами, тишина и полупустое купе убаюкивали почище колыбельной. Дрых парень часов десять дороги, не замечая тихой трепотни попутчиков и недолгих остановок.

На душе легко и сонно — Владик ехал домой. Только в Самаре выполз на улицу — размять суставы. Послонялся недалеко от вагона, поглазел на огромные мягкие игрушки, горами наваленные на прилавках перрона. С трудом отпинался от навязчивого продавца шоколадных конфет.

В купе вернулся, подвывая под нос: «Ах, Самара-городок! Беспокойная я…». Эта мелодия звучала на вокзале перед каждым объявлением. Вот же, привязалась.

Парень уселся на свое место — поезду стоять ещё минут сорок. Подключился к сети. Посыпались сообщения из социалки, спам и личные письма.

Линка пишет: «Баламош, к нам наведывался чувак в военной форме. Долго торчал у начальства. Комп твой старый забрали. Выкинь свой смарт и обнови все носимые гаджеты».

— Гадство! — в голос выругался Влад. Всё-таки его ищут. Паранойя, да? Что делать?!

Пожилая соседка напротив приподняла на лоб очки виртуального шлема и укоризненно покачала головой.

«Так, дома появляться нельзя. Ну, мы и не планировали! Скорее всего там уже ждут. Ни с кем из друзей связываться тоже не стоит… Связь, блин!»

Стечко пулей выскочил из вагона, ещё торчавшего в Самаре, разбирая на ходу смартфон. На перроне, нервно оглянувшись, запулил под колеса состава пластиковые детали аппарата. Вот теперь пусть поищут…

Копии контактов и всякой мелочи всегда в онлайн-облаке, потому пофик. Так, теперь остальные приблуды.

Владик сосредоточенно отцеплял от тела всякую электронную мелочь. С пальцев стянул колечко с чипом-авторизации. Браслетики с флэшками и библиотекой тоже сдёрнул, снял медиа-линзы и отколупал с виска чешуйку управления. Отключил антенну сети, что тянулась вдоль позвоночника. Саму нить не убрать — она под кожей.

Если его заметила ФСБ, то это всё глупости — у них уже есть вся инфа: куда он едет, в каком аэропоезде — покупал же билет совершенно официально. Орск скорее всего перекрыт.

Привлечь внимание «органов» Владька мог только своими странными поездками в Подмосковье. Или засекли его магические опыты? Значит, у них есть колдуны?! Мамочка…

Странно, что до сих пор никто не побеспокоил Влада. «А если они уже в вагоне? Сидят в соседних купе и ждут отмашки начальства?» Представил себе вагон омоновцев в полной экипировке, замерших в ожидании приказа захватить колдуна. Сцена почему-то совсем не смешила.

Сердце застучало в панике.

Поезд легонько дернулся, отправляясь дальше, а Владька чуть не взвизгнул от ужаса. Соседка снова внимательно глянула на закашлявшегося парня, поморщилась и вернулась к своему сериалу.

Несколько следующих часов дороги Владислав сидел как на иголках. Он изо всех сил сдерживал себя от необдуманного поступка.

Прыгнуть из купе в любую точку Земли мог хоть сейчас, но оставалась надежда, что вниманием властей привлёк не магией. Кто ж знает? А тут такая наглая демонстрация возможностей. Если же вести себя аккуратно, то, может, и получится отбрехаться?

Он нахохленным воробьём сидел у окна, бездумно жуя шоколадный батончик, и мучительно размышлял.

Спина разболелась от неудобной позы, из окна ощутимо дуло…

Сработает ли план, задуманный ещё в Москве? Ведь как всё расписали с Алинкой, изучили кучу ресурсов о выживании. Пришло время действовать. Оттягивать больше нельзя.

Влад выдернул из рюкзака планшетку.

— Эк… Экво… Эквыва… тапский хребет… твою мать! — раздраженно забормотал себе под нос. — Лан, тупо Чукотка, мыс Шмидта. Поселок городского типа Иультин. Оставлен людьми в двухтысячном. Тридцать лет пустой…

Владик в сотый раз пересматривал панорамные фотографии с развалюхами старого советского поселка, основанного ещё гулаговскими заключёнными. Двухэтажные коробочки ровными рядами в пяток улиц стояли на грязном плато, окружённом несколькими горами — Эква… Эк… в общем, хребет которые.

Ни деревьев, ни кустов — только небольшая промышленная зона, обрамлённая россыпью мрачных многоквартирных домиков. Вот сюда можно «прыгнуть», не боясь вписаться в новостройки. Именно к этому прыжку он и готовился последнее время.

«Там наверно сейчас холодина жуткая! Хотя сентябрь же, может, не очень? Ничего, законопачусь в каком-нибудь доме, притащу дизель-генератор, теплопушки… Мне там по тундре не бегать… Часто».

Прыгнуть решил с Оренбургского вокзала, благо, что уже подъезжали.

Если вокзал оцеплен, то свалит прямо из вагона. Но и ехать до самого дома уже сил нет — и так весь на нервах сидел, обнимая рюкзак. А выскакивать на каком-то полустанке страшно. Оренбург, по крайней мере, знал хорошо.

Если всё тихо, то поторчит пару часов в зале ожидания. После полуночи надо будет спуститься в вечно тёмный подземный переход на второй и третий пути. Оттуда можно и прыгнуть. Раньше там не было ни камер, ни ночных блуждающих пассажиров. Да и не будет ещё пару столетий, думается. Никто его исчезновение не заметит.

Подъезжая к вокзалу Оренбурга вновь ощутил пристальный взгляд в затылок. Ах ты, скотина! Знакомое и теперь довольно четкое ощущение. Перед глазами даже мелькнуло смутное крупное лицо мужика с закрытыми глазами. Что? Кто это?! Он тоже из «гэбни» или сам по себе?

Так, исчез…

Владика ощутимо потряхивало.


* * *


— Какие мы чувствительные, — хмыкнул Кир, разрывая слияние. Ну, по крайней мере, сейчас пацан тихо едет в сторону дома. Нафига, кстати, если и правда телепортер? Наши ожидания завышены? Пока непонятно…

Тэк-с, метка встала?

— Чо-о-орная ме-е-етка! — замогильным голосом протянул мужчина и тихо рассмеялся.

Всё получилось идеально — ментальный маячок на парне. Теперь не нужны горы бумаги, чтобы получить разрешение на мониторинг носимых гаджетов пацана.

Кирилл рывком встал. Потянулся, хрустя косточками, и побежал в ванную, собирая попутно мелочёвку в дорогу. Упаковал вещи в небольшую спортивную сумку.

Отписал Петровичу: «Объект локализован. Метка привязана. Нужен самолётик до Оренбурга и контакты местного отделения».

В Оренбуржье отделение Конторы есть только в областном центре. А оттуда уже «будем поплясать».

Ответ пришел моментально: «Инфа на почте, машина через час. Удачи!».

Ого! Оперативно. Они на стрёме торчали?


Через три часа Кирилл устало плюхнулся в кресло частного бизнес-джета.

Сонно проводил взглядом исчезающий в темноте аэропорт Домодедово и прикрыл глаза. На месте будет за полночь. Малец, конечно, сможет ускакать за это время черт знает куда, но сейчас других вариантов нет.

Кир на всякий случай проверил метку и сдавленно чертыхнулся — маяк отчётливо пульсировал на крайнем Севере, недалеко от Берингова пролива. «Ты посмотри куда свалил, поганец. А уровень-то у парня серьёзный. Ну окей».

Майор Край грустно вздохнул, понимая, что сейчас бессилен что-то изменить. Остаётся только торчать в Оренбурге и ловить момент, когда парня занесёт домой. А это обязательно будет — не тот типаж, чтобы разом оборвать все связи.


* * *


Холодный ветер стеганул по лицу, обжигая морозом. Владик сдавленно закашлялся, резко отвернувшись от снежного потока, согнулся.

— Чёрт! — выкрикнул он через минуту, успокоив дыхание. — Здесь же не должно быть так холодно!

Влад оказался в полной темноте и испуганно заозирался, силясь что-то разглядеть вокруг. Будем надеяться, что тут ещё не полярная ночь и скоро рассветёт.

Зашипела «аляска», разогревая подкладку и поддувая теплым воздухом по бокам. В опушке капюшона заморгал индикатор низкой температуры. Куртка нежным женским голосом порекомендовала вернуться в помещение. Владька окоченевшими пальцами отключил оповещалку одежды.

Наконец, вдалеке проступили тёмные горные силуэты на фоне чёрно-зелёного неба.

С каждой секундой глаза привыкали, и уже можно было заметить в густой темноте силуэт ближайшей пятиэтажки. Ни огонька вокруг — только звёзды над головой.

«Что же так темно и холодно, блин! Не ожидал!.. А волки тут водятся?»

Ему здесь не нравилось. Захотелось вернуться в переход Оренбурга.

Владька сжал зубы, отгоняя минутную слабость.

Взмахом «копирнул» в руку хваленый дальнобойный фонарь «Сивуч» и осветил стену соседнего дома. Мракота какая! Но надо топать вперёд — торчать тут на ветру глупо.

Стечко глубоко вдохнул морозного воздуха и снова закашлялся. Поправил на плече рюкзак и, подсвечивая себе дрожащим пятном фонаря, двинулся к ближайшему дому.

Первый этаж оказался окрашен в весёлый кремовый цвет. Все этажи выше — в серый. Или голубой — сейчас не рассмотреть.

Нашёл подъезд, подёргал абмарный замок и прибитые крест на крест поверх двери доски. Это счастье не открыть без ломика. «Попробуем окна?»

Выбрал более-менее доступное — под ним какие-то коробки до самых рам. Кулаком в перчатке выбил остатки торчавших осколков. Пару минут смотрел в провал окошка, ожидая каждую секунду какой-нибудь подляны — собака выпрыгнет, бомж какой вылезет или зэк. «Дурило, блин! Какие тут бомжи? Трус ты, Владя! Соберись давай, ты же мужик!.. Ага, легко сказать».

Владик шмыгнул носом и тихонько забрался в промороженное помещение, спрыгнул на скрипнувшие доски пола. Потянул за собой рюкзак.

Стены небольшой комнаты — лысый бетон с обрывками грязных обоев и невнятными пятнами. В центре потолка огрызок провода. Рядом с дверью в соседнее помещение валяется сломанная табуретка. Сама дверь плотно закрыта.

Влад замер, прислушиваясь к тишине, и неожиданно различил далекий лай собаки.

То, что на окраине посёлка есть небольшая автобаза, Владик знал. Линка решила, что с ними можно договориться — всем нужны патроны, продукты или водка.

Парень сел на пол в углу и замер продрогшей кучкой. Потом сдёрнул перчатки и вжикнул молнией рюкзака, царапаясь о ледяную ткань. Долго ковырялся в вещах, пока не выдернул наружу планшетник. Подышал на пальцы, согревая, и включил аппарат.

Полистал знакомые фотографии посёлка, прочитал ещё раз текст.

— Мне здесь не нравится, — прошептал горько Владик и вырубил планшет. — Совершенно не нравится! Провалитесь!


* * *


Через десять минут в здание вокзала Оренбурга вошёл мрачный юноша, укутанный в теплую одежду. Проходя внутрь, откинул капюшон с рыжей опушкой, сдернул вязаную шапку.

Едва не задохнулся от облака вокзальных запахов. Дикий контраст с чистым воздухом Чукотки.

У входа на стуле — усталый полицейский. На посетителя лишь покосился, цыкнув зубом.

Владик свернул направо — в зал ожидания. Рекламные щиты, мимо которых шёл, тут же ожили — кукольные красавицы запели негромко ангельскими голосами, задвигали бедрами. Стая голограммных дельфинов прыгнула в лицо. Влад только досадливо отмахнулся от нечисти.

Нашел свободный спальный бокс, оплатил ночёвку и зашёл внутрь. Микроскопический мобил оказался пыльным и грязненьким изнутри. Но чего ждать от провинциального города? В Орске так вообще ещё спальных боксов не ставили.

Бросил вещи на табурет у маленького столика. Над ними, вторым ярусом — спальная полка.

Влад заблокировал дверь, затуманил окно. Быстро перекусил «призванной» едой и забрался на узенькую кровать. Надо просто отдохнуть, согреться. Сейчас ничего нового не придумаешь. Стоит подремать… Закрыл глаза, пытаясь уснуть, но мешал шум извне.

Справа слышались молодые голоса, тихо бормотавшие с акцентом. Слева вдалеке звонко процокали каблуки по мраморным плитам.

«Блин, забыл звукопоглощение включить… Да и фиг с ним…»


* * *


— Ай, молодца, — улыбнулся Кирилл, открывая глаза. — Не долго ты бегал, Владик!

В аэропорту Кира встретил мамлей — младший лейтенант Птицын из местного отделения Конторы. Совсем молодой парнишка с казахскими чертами лица и добродушной широкой улыбкой. Предложил отвезти в гостиницу, но Край отмахнулся.

Пока Объект в городе, надо попробовать установить контакт. Это просто невероятное везение, что Влад тут. Как бы не спугнуть.

Загрузились в обшарпанную «Тойоту» начала века и двинули в сторону вокзала. Кир не смотрел по сторонам, не разглядывал ночной полутёмный город. Он удобно устроился на заднем сиденье и постоянно отслеживал метку Объекта. Пока на месте…

— Серёга, побудь здесь, — попросил Кирилл Иванович и тяжело выбрался из автомобиля. Да уж, маловата машина для него — чуть в дверях не застрял. Майор усмехнулся сам себе и неторопливо побрёл к тяжёлым старинным дверям главного входа.

За дорогу они с мамлеем перешли на «ты», что не сложно с этим весёлым и общительным парнем. Да и сам Кирилл редко заморачивался субординацией.

Раньше сердце в сложных ситуациях колошматилось о грудную клетку. Кирилл серьёзно нервничал перед контактом с Объектами, взмокал просто. Но всё волнение осталось в прошлом, стерлось временем.

Зашёл внутрь, окинул зал скучающим взглядом. Где-то вдалеке моргнула метка, но пока Стечко не видно. Оперативник не спеша пошёл в зал ожидания. Мельком осмотрел огромное помещение. «Пацан, ты где?» Метка блеснула из угла со спальными боксами. Чёрт…

Мужчина дошел до мобила. Так и есть — пацан тут и просто нагло дрыхнет. Ну, подождём.

Кирилл Иванович тоскливо оглянулся, нашёл свободное место в ряду кресел недалеко от мобила, с кряхтением сел. Посопел и выудил планшет — всяко развлечение.


* * *


— Орский ждешь? — спросили над ухом сипло. — В Орск едешь?

Не до конца проснувшийся Влад раздраженно дёрнул плечом. Что за проклятье — в туалет спокойно сходить нельзя. Он тихо брёл обратно к боксу, а тут мужик какой-то здоровый прилип.

За рукав потянули:

— Эй, друг, куревом не богат?

«Да блин, вот же!»

Парень, косо глянув на приставшего мужика, выдавил:

— Не курю, сорри!

И пошёл дальше к своему мобилу.

— Вот и правильно, — вздохнул дядька, тяжело топая рядом. — А я вот всю жисть дымлю, как проклятый. Лёгкие уже в хлам…

«О, нет!» — мысленно завопил Владик и покосился на прилипчивого чувака. Не — на алкаша не похож. Огромный такой, как медведь. Сибиряк, наверно. Поглядывает на Влада с грустной улыбкой, участливо. Прилично одет, вроде. На крепкой фигуре качественное пальто, цивильный шарфик на толстой шее. Поболтать больше не с кем, да?

«Морда такая знакомая…»

И тут вспомнил! Именно это лицо! Видел! В аэропоезде! Когда почувствовал внимание через астрал.

Стараясь не выдать испуга, юноша остановился и медленно повернулся к мужику. Тот глазел по сторонам и негромко рассказывал какую-то хрень. Точно он! Значит, нашёл! Значит…

Владик уставился на него, как кролик на удава. Тот словно почувствовал и оборвал фразу на середине. Как-то весь подобрался. Оба замерли, глядя друг другу в глаза.

— Не делай глупостей, — прошептал здоровяк еле слышно. — Вокруг люди…

Влад моргнул и резко прыгнул в сторону, рывком телепортируясь на Чукотку. Уже всей душой улетая, парнишка почувствовал, как его крепко схватили за локоть… «А-а, тварюга!»


* * *


Опер Оренбургского отделения Департамента тихо дремал в машине, пока московский коллега стерёг Объект в здании вокзала. У всех своя работа.

Неожиданно там что-то хлопнуло, за стеклянными дверьми началась нездоровая суета. Вскочил полицейский со своего места у двери. Замелькали в широких окнах люди.

— Так, что-то мне это не нравится, — пробормотал младший лейтенант Птицын. Проверил подмышечную кобуру, документы и рысцой побежал ко входу.


* * *


Посреди посёлка Иультин в полной темноте из воздуха вывалились два тела и с матом грохнулись на промороженную землю. Раскатились в разные стороны.

Владик снова закашлялся, получив уже знакомый удар холодного ветра. Недалеко отчаянно матерился мужик, грузно ворочаясь в темноте.

Парнишка попытался рывком вскочить и свалить отсюда, но сил почему-то не было. Словно выжали всё. Тупо болели мышцы.

«Протащил не только себя, но и этого бегемота!»

Владька со всхлипом откатился в сторону, стараясь уползти подальше от неожиданного пассажира.

— Влад, не смей! — вдруг раздалось резкое.

Парень замер, стараясь не дышать.

— Не смей меня бросать здесь, Владислав! — сипло потребовала морозная темнота. — Я тут околею через пару часов. Ни людей, ни зверей вокруг. И одет не по погоде… Не бери грех на душу…

— Я вас сюда не тащил, — вдруг жалобно отозвался Владик, неожиданно для себя.

— Ну, если чисто технически, — натужно рассмеялся невидимый мужик, — то очень даже.

Оба замолчали. Повисла пауза с тихим свистом ветра и волнами снежной крупы.

Владик ме-е-едленно попытался отползти подальше. Но даже сквозь завывание ветра лед под локтем хрупнул оглушительно.

— Влад, ты же нормальный парень, — устало проговорил невидимый дядька. — Не убегай, пожалуйста. Обещаю, тебе ничего не угрожает… Чёрт, как же холодно! Где хоть мы?

— Чук… Чукотка, поселок Иультин.

— Хренасе, — донеслось из темноты.

— А люди тут есть, — зачем-то добавил Влад. — Тут автобаза какая-то… Дежурят на зимнике…

— Это, конечно, радует, — с сарказмом ответил собеседник.

Помолчали.

— Вы кто? — спросил Владик тихо.

Темнота явственно вздохнула:

— Старший оперуполномоченный Департамента по изучению псионических явлений, майор Край Кирилл Иванович. Корочку показать?

— Майор? — переспросил Владик и нервно скомандовал. — Ор… Оружие на землю! И ко мне ногой!

— Не смешно, парень, — вздохнул Край. — Табельник, понятно, могу кинуть, но тебе он не поможет, честно. А я и без оружия не самый приятный тип, как понимаешь.

— У меня свое… Типа, оружие…

— Догадываюсь, — донеслось уже явственно ближе.

— Не двигайтесь! — взвизгнул Владька и дёрнулся в сторону, попутно швырнув в опера волну воздуха. Темнота сдавленно охнула.

— Да не двигаюсь, чёрт! — раздражённо донеслось до Влада. — Только же отряхнулся… И не кричи, плиз! Заикой останусь… Спокойно, Стечко, спокойно!

Оба вновь замолчали, настороженно дыша в нескольких метрах друг от друга.

— Я могу включить телефон? — спросил мужик. — Блин, хоть глаз выколи… Подсвечу экраном.

— Х-хорошо, —затравленно отозвался парень.

— А может, у тебя фонарик есть? — снова вопрос.

— Рюкзак там… на вокзале… — отозвался Владик. — И шапку забыл.

— И мозги, — пробормотал военный. — Ты представляешь, что там сейчас творится, парень?

Владислав промолчал, поджав губы. Потом сотворил знакомый фонарик «Сивуч» и врубил его, направив в сторону Края.

— Пацан! — рявкнул военный, закрывая рукой глаза и отворачиваясь от слепящего луча. — Убери к чертям, млять!

— Нет!!

— Ну хотя бы не в глаза, зараза! Под ноги, что ли, свети… Нет у него фонарика, чёрт!

Дрожащий луч света дёрнулся к земле, но мужик был виден полностью. Он правой ладонью тер лицо, чертыхаясь сквозь зубы. Потом хрипло рассмеялся:

— Хороший приём. Я теперь прям обезоружен. У тебя не фонарик, а световая граната, какая-то.

А Влад смотрел на веселящегося огромного мужика и отчётливо понимал, что на этом всё. Отбегался кролик. Если даже тут его выловили, то никуда ему не убежать. Разве что на Луну? К горлу подкатил горький комок и хотелось сесть на снег и разреветься.

Ноги у парня подкосились, он и правда сел на ледяной наст, выронив фонарик. Тот откатился в сторону, хрустя льдинками, и выписал лучом неведомую загогулину.

Ничего Владька не сделает против Системы. Не его уровень, если уже столько про него вызнали. Ни-че-го! Сам-то, может, и вырвется, но мама? Даже если спрячет мамку, отчима с брательником и бабушку, то на Урале ещё много родных, которых так просто не скроешь от глаз подлого государства…

Он сидел, уставившись в снежный полумрак, не замечая ничего вокруг. Ему стало плевать на всё. Возможно, тут ещё и откат сыграл свою роль — вон какого кабана в телепорт протащил. Паренёк впадал в тошнотворное оцепенение.

Опер из Москвы с трудом подошёл ближе, подобрал фонарик, и сел рядом.

— Ну, чего завис? Слушай, давай уж отсюда убираться, нафик. Как-то всё коряво вышло. Влад? Владисла-а-в! Вот же ж…

Но парню стало совершенно безразлично, что происходит.

Вокруг него поднялся ветер. Сначала легкий, не соперничавший с местным, но с каждой секундой поток становился сильнее, закручиваясь вокруг Влада. Упругие струи набирали мощь, выдавливая Кирилла Края в сторону, выдувая мусор из-под ног. Ветер креп, набирая силу смерча…

Очнулся Влад от резкого удара по замёрзшей щеке.

— Вы чо? — отшатнулся парень.

Ветер тут же рухнул вниз, словно и не было его.

Оказывается, Владислав уже стоял на ногах. Огромный опер навис над ним и готовился хлестнуть ещё раз.

— Фух, чёрт! — выругался красный от злости военный. — Пришел в себя? Напугал, дурень!

Мужика трясло то ли от нервов, то ли и правда начинает замерзать. Прямо зуб на зуб не попадает.

— А зачем сразу по лицу? — возмутился Стечко.

— За надом, — огрызнулся офицер. — Я тебя уже минут десять пытаюсь привести в чувства. Грешным делом подумал, что писец котёнку. Так, прекратить разговоры. Всё потом обсудим. Прыгай уже! А то околеем к чертям!

— Руку давайте, не то тут останетесь, — хмуро сказал Владик.

— Не боись, уцеплюсь как-нибудь. Ладно, готов?


Кирилл Иванович крепко ухватился за ледяную ладонь парня. Удар воздуха разметал снежное крошево, и только эхо грубого матерка осталось вместо двух людей.

Ветер привычно задул по сугробам, зализывая оставшиеся следы на земле и покачивая забытый фонарь «Сивуч».

Page of

Please Login (or Sign Up) to leave a comment