Экзистенция: Г, 2. Рельсоукладчик в фарообвеске.

 




Фрики бывают разные, один из них, например, мне помогал устраиваться на работу. В обмен я помогала ему переделать старый ламповый телевизор на новомодный головной убор. Мы его выпотрошили и оббили изнутри поролоном, этот телик, на самом деле это было классно!

— Я по ту сторону экрана! - Кричал он, идя по городу в сторону пляжей. - Всегда по ту, и никогда по эту! Мир разделился!!!

Его мордашка смешно смотрелась “по ту сторону экрана”. Этот астральный бред не мешал ему относительно вменяемо отвечать на земные вопросы. Он отвечал, отвечал, так я узнала много нового, об этом мире и его наполнении, о мире “по ту сторону” и его наполнении, о разном короче. По пути нам встретился его брат, у того на голове был аквариум, в нем плавали золотые и серебряные рыбки, среди них была одна красная. Оказалось, что её зовут Лоно, и она приехала к нам из Гонконга.

— На пляже быстро схлопочешь солнечный удар, но не с такой штукой, могу тебе подогнать аквариум-шляпу, если хочешь. - Сказал он мне.

— Нет спасибо. - Ответила я. Он продолжал спорить с телевизором о пользе аквариумных рыбок на голове.

— Они поглощают шумы астрала, выделяют полезные вибрации на природных частотах, стимулируют мозговую деятельность, наконец, просто клево выглядят, попробуй!

— Зато я по ту сторону, а ты по эту! - Упрямо улыбался как Бред Питт с дисплея его брат, точнее из-за пучеглазого экрана ТВ.

— Я даже шефу предложил, он сначала отнекивался, а как я все по полочкам разложил, так сразу сознался, что сам об этом думал. Экология брат, это тебе не шутки!

— Как ты сумел заставить надеть на голову аквариум своего шефа?

— Да очень просто. “Аквариум в заставках”, говорю я, шеф смотрит на меня, как на идиота, но я-то знаю, о чем он сам мечтает, и говорю: “Покой!” Он мне: “Причем тут эта гадость у тебя на голове и покой?!”.

— А вы не знали? - Продолжаю я. - Аквариум, это и есть покой! Прозрачность! Это хорошо, прозрачность счетов, и дел прозрачность, нас видно насквозь, мы красивы, надежны и успокаиваем наших клиентов.

— Я буду выглядеть идиотом! - Кричит шеф, выходя из себя. - И это твои предложения по смену имиджа моей компании?! Надеть нам всем на голову по аквариуму с рыбками?!

— Конечно! Они нас знают как успешных предпринимателей, подобный шаг не сделает из нас идиотов, а лишь укрепит наши позиции! Это уникальный случай абсолютного спокойствия, надежности и природной прозрачности!

— Аквариум - это искусственность!

— Нет! Это кусочек океана, кусочек природной гармонии, который искусственно перенесен к нам в дом. Рыбки защищают нас от стресса, вы знаете, что человек, наблюдающий аквариумных рыбок по десять минут в день доживает до пенсии с вероятностью на двадцать процентов выше, чем не наблюдающий их вообще? Мы можем сделать это лозунгом нашей компании!

— Ты рехнулся! Меня окружают одни идиоты! Я никогда такого не позволю, это фирменный дурдом! И мне плевать, доживут ли мои клиенты до пенсии!!!

— Напротив, это модно! Это станет нашей корпоративной этикой! И, к тому же, чаще наблюдать аквариумных рыбок будут не клиенты, а вы сами.

— Да, еще бы не модно, у нас в институт все так ходили, я не вру! - Говорю я. Шеф аквариума поворачивает ко мне свою рыбью голову и смотрит, моргая, своими пучеглазыми рыбьими глазами - это чудо-юдо смотрит на меня! Затем кричит:

— Кто она?!

— Она? Я - это я, а кто ты? - Говорю ему я. Телевизор смеется, аквариум машет руками на меня. Я прыгаю за перегородку.

Пляж…

Жара…

Придурок с аквариумом на голове читает книгу, он не боится схлопотать солнечный удар, а рыбки - плавают, разглядывая море сквозь стекло, второй, с телевизором пошел поплавать. Идя по берегу, мы добрались до таких мест, где почти нет народу, зато есть местные аборигены. У одного на голове морская звезда, второй раскрашен как папуас, болеющий тайком за сборную России по футболу. Еще есть голая и очень загорелая девушка с эмо челкой, она зачем-то притащила сюда доску для серфинга и теперь не знает, что с ней делать - море гладкое, как пирог со сливками. Мне страшно хочется есть. Мне страшно хотелось в тот момент есть…

— Ма-ма, пожалуйста, отпусти меня, я отдам тебе доску, она мне больше не нужна, только отпусти, мамочки, нет, не надо! - Визжала эмочка, которой я впилась зубами в икру. Я отпустила икру и впилась в бедро. - Не-ет!!! - Закричала она, пытаясь отодрать мою голову и не дать мне сделать того, что я, в конечном счете, сделала…

Эмочки вкусные. Птаха меня тоже кое-чему научила. Пробудись я не в белой комнате, а на необитаемом острове и окажись так, что еды нема, зато народу много и есть выбор - я бы выбрала эмо гёрлу, ну или, хотя бы боя, если бы разобрала кто это, ну, в общем - по любому бы выбрала их, так как они на вид заметно аппетитнее остальных, и ничего с собой поделать не могу.

— Уа-а. А-аа! Оха-а… - Стонала серфенгистка. Я её ела.

Когда я пришла на работу в первый раз, меня пригласили в обитую деревом комнату по имени “кабинет”, там я увидела лысого старика, который нахмурившись, пытался разобрать какие-то бумаги. Его гладкую, полированную возрастом и гормонами голову венчал небольшой круглый аквариум. В нем плавали розовые петуньи. Я вздохнула.

Старик заметил меня и резким движением - наверное, рефлексивно - попытался прикрыть свою голову, но тут же понял, что это безнадежно.

— Садитесь. - Сказал он мне лежащей на полу. - Да сядьте уже, это модно теперь, знаете ли! Я сам пока не привык еще…

Я била кулаками паркет, как поверженный борец на ринге бьет татами.

— Вас зовут Сайори? - Спросил он через пять мину, когда я кое-как, но уже сидела на деревянном стуле (Не сразу, но до меня дошло, что вся обстановка в комнате была из дерева, даже ручка, которой писал этот старик была деревянной, даже ноутбук, покоившийся на столе с виду напоминал мольберт художника…)

— А в паспорте как написано, я забыла. - Стук кулачком по головке и зырк вперед к нему в бумаги.

— Сайори… Нэ.

— А что тогда спрашивать. Только не Сайори Нэ, а Сайори-нэ тогда уж.

— Вы иностранка?

— Нет, я где-то тут поблизости родилась, просто имя японское и фамилия.

— Никогда не слышал подобных фамилий.

— Это междометие такое, просто так получилось. Переводится в вашем случае приблизительно как “че?!”

Он оглядел с подозрением паспорт.

— Сахалин. Это не очень поблизости.

— Зато объясняет “Сайори”, “Нэ” я вам уже объяснила. К слову у меня вообще-то амнезия, я такой персонаж, ну как вам романтикам с аквариумами на голове нужна девочка-амнезия на короткую работу?

Он разглядывал паспорт.

— Да забейте вы уже на него! Он самый взаправдашний, хотите, Сайори Нани буду, завтра вам другой занесу!

Когда я от него уходила, то шепнула на ухо:

— Хотите смешной настоящий паспорт, только скажите!

Он схватился за голову, но вместо лысины нащупал там аквариум. И это его успокоило. Так я нашла новое место работы.

На следующий день я была на том же пляже с Астрой. На этот раз аквариум плавал в море, а телевизор читал с планшета, но не с книги. Я думаю, рыбки сходили с ума от зависти, разглядывая подводную жизнь.

Хотя в этих местах под водой мало жизни: Черное море - недомертвое море. А знаете почему? Потому что оно недосдохло еще, вот!

— Кстати про общение, - начал Джа-нэ, пересчитывая что-то подозрительно похожее на евро купюры.

Я никогда и никому не говорила раньше в жизни “привет”, как и “прощай”, “как дела” и прочую псевдо вежливую лесную муть, но сейчас-тогда сделала исключение.

— Привет. - Сказала я ему, улыбнувшись как можно милее, но он меня тупо проигнорировал, как и мой “привет”, на чем с вашими людскими “приветами” я распрощалась до конца жизни.

— Люди… - с запредельным презрением и холодной яростью прилетевшего из другой галактики терминатора сказала я. Я сказала, а он продолжил.

— Люди живут, как поезда носятся по рельсам: кто-то и вправду носится, кто-то стоит на месте, кто-то иногда сходи с них; есть еще люди-рельсоукладчики, они сами не могут выбирать, куда прокладывать рельсы. Был один чел гениальный наркет и писатель фантастики он где надыбил рельсоукладчик и начал вести свой путь, куда ему надо (может статься это и было необычное по форме болото, ему оно было надо - другим нет, хотя кому-то тоже приглянулось бы, но скорее всего это было его болото, где он хотел пронестись на сверхзвуке и, загнав его утопить в нем…

— Ага, его ага в нем - понятно же кого в чем информация дошла, пакеты не потерялись, но грамма назер негодует! Так в чем же?

— Так вот хуярит он туда рельсы, и тащится от того что хоть он делает то за что его в психушку положить могут, но ему это доставляет… и тут мимо него проносится чел на хантере весь в фарообвеске забрызгав грязью родных болот уносится в даль… люди (те что наблюдали нашего героя) стоят откинувшись назад как пред Христом Апостолы и вопрошают гиперкосмос: “Что это было? НЛО?”

— НГО!

— А наш герой тупо смотрит на эту жижу на его пальцах, к которой он так стремился всю жизнь и которая вот он ее видит ну не успеет он проложить туда дельны пофиг уже, но вот она, тока нафиг ненужная…

А чел на хантере уже угнал куда и не вернется больше, ему плевать на рельсы поезда и людей он побывал там и теперь едет, куда хочет дальше…

— Что это было? - Говорю я. А он смеется так, и смотрит то на меня, то на руки.

— Вот и они хотели бы знать. - И с этими словами братик закончил считать деньги в двух аккуратных пачках.

Знаете, я ненавижу эти ваши законы, особенно из семейного права, да и весь гражданский кодекс засуньте куда поглубже!

Птаха просто сломала ногу, когда прыгала с моста на резиновом канате (я забыла, как он называется!), а потом чуть не захлебнулась соленой водой, пока эти идиоты (всем до тринадцати, иначе бы они сами после такого у меня в инвалидных креслах катались до конца дней!) лениво к ней бегом спускались под откос. Там мост между двумя горами каменный, внизу ручей, так вот - она попала “в мелко!” Оказывается она еще и сознание потеряла, и чуть было ей память не отшибло. В результате в больнице ребром встал вопрос, почему она, в то время как все добропорядочные двенадцатилетние девочки сидят на уроках, бегает, не пойми где и занимается экстримом без страховки.

Ну, я показала им страховку на Птаху, но это привело их совсем не в восторг, а ярость. Эти идиоты даже подумали, что я собиралась сестренку инвалидом сделать, не дееспособным, или убить ваще!

Потом появились женщина в тупом костюме с цветочками и мужчина с проплешиной на голове, они долго разговаривали с Птахой в её палате-камере, в то время как я подслушивала у двери, пытаясь разобрать, о чем там они толкуют. Астра все это время сидела у меня за спиной, уткнувшись в свой проклятый ноутбук! Спокойная такая кулдере!

Почему я не кулдере по жизни?!

В результате они составили какой-то там документ о лишении меня попечительских прав, и сообщили вежливо, что направят его в любом случае в суд в ближайшие дни, а мне следует помириться с сестренкой. Они спрашивали, нет ли у нас еще каких-то хотя бы дальних родственников (как будто я не родственник уже!), и сокрушались, что в детских домах за детьми в наши времена тоже плохо смотрят.

Я наклонила голову в бок, казалось, могу прожечь деревяшку взглядом. Я специально для них сжала левую руку в кулак и подняла указательный палец. Я героически промолчала!!!

Вдвоем они смотрели мне на живот, у которого я держала свою левую руку.

Видимо мой поднятый средний палец подтвердил их самые страшные опасения.

Впоследствии я узнала - они еще и информации обо мне собирали!

— Хы-хы, классно я тебя подставила! - Сказала мне Птаха, когда мы остались наедине. Я даже не стала спрашивать после такого, что там она наговорила этой парочке, просто махнула рукой.

— Ты моя, ясно!

— Ня! - Скала она и села на кровати.

— Ты моя сестра!

— Да я не спорю…

— Тебе не обойтись без меня! - Сказала белка, вынырнув из норки. Норка была всегда, в каждой комнате, не обязательно закатанной в белые обои, любые могут быть обои комнаты рабочей иль жилой, везде, повсюду есть она!

— Белок вернулся! - Вскрикнула тут я. Готова я расплакаться была от злости.

— Тебе не прожить без белка! - Сказала белка. - Белок бегает быстро, понимаю, вам травоядным не понять, насколько нужна быстрота и стать!

Я даже растерялась от такого напора корма в рот. Я просто сказала белку, чтобы он не лез в мои мысли. Но белок в форме маленького пушистого милого существа грызущего орехи острыми зубами и смотрящего на мир бездонным черными глазами не отступал.

В конце я не выдержала и, схватившись за голову, открыла горькую истину криком:

— Я вегетарианка блять!

Белка быстро наклонила головку в сторону и хихикнула, потом в другую и хихикну"ла снова.

— Ты все забыла? - Спросила меня она. - Помнишь, когда мама тебя в детстве кормила только салатами, тогда и появилась я!

— Сайори, очнись! - Сказала Астра. Я лежала головой у неё на коленях (так мило!), а сбоку виднелась похожая на белку Птаха и она хихикала.

— Маленькая мразь… - Из последних сил сказала я и снова потеряла сознание.

— Белок - причина, по которой сходят с ума вегетарианцы. - Сказал откуда-то издалека Джа-нэ.

— Я не вегетарианка! - Встрепенулась я. - Меня достали эти глупые людские законы, ублюдки, они хотят забрать мою Птаху!

— Так вот, к слову, Про Законы. - Начал старую песню о Главном братик Джа. - Математика абстракция 2-го порядка физика - это уже абстрагирование реального мира; мы люди примериваем свою Че-логику к среде, в которой существуем, мы пытаемся выявить в ней закономерности и подогнать, подогнать. Главное - опыт - и дальше практическое применение, если пашет, значит все ОК! Но человеческая логика несовершенна, она порождение этого мира. Обезьяны жрали галгрибы и играли со своим сознанием. Человек это обезьяна с сильно раздроченным мозгом, который ей нафиг собственно не нужен, все равно она его не использует. Вдобавок она: не знает, как он работает; насилует его перезаточкой на то, подо что он не заточен; тупо не понимает, что понимание и все остальное - аксиомы тупо ее сознания и не пытается их погрызть, а грызет ими мир…

— Идея книги! - Внезапно сказала Астра и поняла кверху палец.

— Иди в жопу! - Сказала я и попыталась, не поднимаясь с её коленок дотянуться до маячившего в вышине пальца зубами. Не получилось.

— Мир, где люди отбросили свое прежнее отношение к жизни, и всему остальному, где изменились они сами, играющие в одну игру под названием жизнь…

— Гуро! - Подсказала недостающий элемент блюда Птаха. - Мясо!

— Грызет, грибы, бе“лки, белки”… - повторяла как в бреду я. - Эти две обезьяны с раздроченным наркотой морали мозгами из какого-то там комитета, где они? Дайте их мне, я их зарежу!

Что-то такое знакомое, но давно забытое ностальгия щемящее чувство; когда просыпаешься и еще помнишь свой сон, знаешь, что вот-вот все это забудешь. Пытаешься вспомнить и свое прошлое … а свое тогдашнее отношение к настоящему… себя тогда… свои мысли чувства настроение того дня…

— Коллективное бессознательное людей этой планеты следит за тобой! - Сказал мне по секрету пингвин. - Скользи! Делай как я, делай как я, маши крылышками, которых нету и скользи-и!

— Всегда и везде! - Добавил пробегавший мимо кролик. Я развернулась удивленно и не заметила норы, куда упала так бездумно, что не заметила беды.

— Твой мир это часть оного мира! - Шептали корни.

— Идите нахуй! - кричала им я. - Мне скоро на работу, я вас всех убью ублюдки!

— Твое сознание миро-и-себя-восприятие твоей личности это дверь в бездну, где обитает Оно!.. - Гремели голоса, я падала, временами поглядывая на часики, вцепившиеся до боли в мое запястье. Часики скрипели, тикали как ненормальные и бежали в обратном направлении.

— Бездна рекуррентна. - Добавил сук, ударивший меня по лицу, которое сразу все онемело, больше слева. - Как и твое сознание, она определяется через саму себя! - Добавил корень, давший в живот так, что я прямо в воздухе сложились пополам от боли.

— Это как художник рисующий свое отражение в зеркале, где он рисует свое отражение в зеркале и т.д.

— Вы… мне что-то повредили… - Выдохнула я.

— Ты часть этого мира, но если ты не можешь найти себя и понять, что ты сам есть, как ты не поняв этого, можешь изучать этот мир, ведь ты, по сути, будешь изучать самого себя при этом, а сам ты не понят… это как мастурбация!

Я лежала на мокрой и сырой, пахнувшей свежей кровью и затхлой паутиной земле, а вокруг плясали зверушки. Худые - ужас! Как скелеты! Тут были и крысы и филин с совой и мышата разных калибров и раскрасок, были тут и кролик с Мудрым Мыша, что курил трубку мира, все они были тут, но руководила этим угаром моя Белочка!

Я попыталась прикинуться, что её не узнаю.

— Кто все эти зверушки? - Удивилась устало я. - Я вас не знаю, идите нахуй, мне надо на работу, чтобы не отняли Птаху. Или вы пойдете за меня воевать со всей страной или миром?!! Идиотские правила, топила бы ад теми людьми, которые их выдумали, чтобы только легче прожить свои никчемные жизни!

— И так про Адъ, все, что вы хотели услышать, но боялись спросить… - Начал до боли и маточных судорог знакомый голос.

— Не надо-о! - Кричала я. - Я убью тебя, Карнеги!!! Ты сделал армию зомби, они теперь повсюду!

— Пытались ли вы когда-нибудь понять другого человека?.. - Прошептал вкрадчиво и бархатно-шершаво, как туалетная бумага с текстурой наждачной шкурки номер ноль, голос мистера Фримена. - Руссо сказал, есть Три Меня: я тот, кем я сам себя считаю; я тот, кем меня считают другие; и третий я тот который настоящий. Так вот тот 3-й я вполне может оказаться такой же иллюзией человека и человечества, как и все остальное!

— Убью… - просто сказала я.

— Ведь о нем никому ничего неизвестно ни тебе, ни человечеству! - просто возразил он.

— Ну, если Руссо так сказал, то конечно… - Сказала в пустоту я.

— В ваших словах сквозит скепсис мадемуазель, я рекомендую расслабляющую ванную и двух негров-массажеров вот с такими . - Ответил совсем уж человеческий голос, настолько противен он был, что я согнулась пополам в конвульсии и не расслышала последние слова.

Я очнулась в белой комнате снова. И лишь присмотревшись, поняла, что она вовсе не белая, а лишь серая, местами даже очень. И норка в угла замазана свежей краской. На голове - ледяная повязка. Рядом, справа, на тумбочке - горка апельсинов, нож и мой нетбук.

Мне сказали, что у меня был инсульт. Какой-то микро, совсем маленький - так сказали, и добавили, что я должна беречь свои нервы.

— Хи-хи, хи-хи, хи-хи-хи-хи… - рассмеялась тихо и нервно я. И подумала: “А чужие?”

Еще я заметила в зеркале седую прядь, она очень загадочно смотрелась на фоне молодого лица и остальных черных волос.

— Я теперь голубоглазая брюнетка с проседью. Сайори, приятно познакомиться. - Сказала я зеркалу. - Мне не надо волноваться, иначе все может повториться снова. Кто же знал, что я такая впечатлительная. Переволновалась просто вся.

Я шептала одними губами. Когда дотрагивалась правой рукой до левой щеки - ничего не чувствовала, правая рука и нога еле двигались, но стоять прямо я могла, да и врачи сказали - это временно… наверное…

Зато я в той же больнице, что и Птаха лежит. Могу её навещать. Она, напротив, в детском корпусе “остановилась”.

Плакать не хотелось. Ну не умею я плакать! Всего пару раз в жизни ревела, да и то из-за героев произведения, из-за их счастья. Неправильная я, когда мне больно, то хочется смеяться всем назло и чем больнее - тем громче, громче, громче, пока не сдохну!

— Надо было мне согласиться… - со слезами в голосе сказала себе я, - на аквариум-то, и пусть глупо выглядела бы… как отмотать время назад, где тут кнопка, подскажите!

— Мы прорвемся! - Сказала моя внутренняя Астра. Почему-то она была внутри меня совсем не кулдере, а такая же как я. Она закрыла глаза и подняла вверх кулачок. - Ня!? - Сказала она.

— Ня. - Грустно ответила ей я.

Страница из

Пожалуйста Войдите (или Зарегистрируйтесь), чтобы оставить свой комментарий