Еле дыша...

 


Еле дыша…

***

Руки дрожат. Я ничего не могу с ними поделать…

Душно.

Пот ручьями течет по спине. Нервы на пределе. Скоро я не выдержу, не выдержу черт подери!

Хочется курить - пачка сигарет в правом кармане кителя. Нельзя. Воздуха осталось всего на пару часов. Да и вообще я курю только самокрутки! Тогда что делает пачка в кармане? Что делает чертова пачка в моем проклятом кармане?

Тусклый, холодный фонарь над головой начал мерцать. Генератор скоро сдохнет…

Нет, невыносимо. Не могу я больше!

Впрочем, в чем проблема? Все равно осталось недолго. Может решить вопрос? Всего одна пуля. Одна пуля в мой бритый висок. И все! Конец мучениям, баста предположениям и страху! Шаг в Бездну…

Я посмотрел в черный провал дула карабина - даже не заметил, как бледные, дрожащие руки сами направили ствол в мое лицо, приблизили его к разбитым губам.

Всего лишь нажать курок. Чего я жду? Страшно? Страшно, забери тебя небесные демоны? Да, черт подери!

Не могу!

— Дядя Алексей, кто-то стучит в дверь, - возвестил тонкий детский голосок.

Я опустил карабин и перевел тяжелый взгляд на маленькую девочку в грязном, замызганном платье. Она стояла рядом со мной, скрестив пухлые ручки на груди. В кулачке ее был зажат плюшевый мишка. Господи! Сколько ей лет?

— Может, там кто-то есть? Может, они пришли спасти нас? - предположил ребенок. Ее наивные глаза наполнились слезами.

Отщелкнув магазин от своего карабина, я зачем-то посмотрел на желтые капсюли разрывных пуль. Индикатор боезаряда, светившийся двумя красными цифрами на стволе, и так прекрасно показывал расклад сил.

Вернув рожок на свое место, я медленно осмотрел наше тесное убежище. Комната для хозинвентаря: швабры, лопаты, пылесосы, какие-то тряпки. Ими не пользовались десятки лет… Здесь еще воздух хранил в себе память старины.

— Нет… девочка, - ответил я или не я? Глухой, надрывный голос точно был не мой. - Там никого нет. Мы здесь одни.

***

Когда— то люди с обоих берегов сумели скрепить свои нации тесной дружбой: долгие годы мира и взаимовыгодной торговли сплотили их. У многих жили родственники на той или другой стороне, грели сердце возлюбленные, звонили и навещали друзья… Счастливые планы общего государства тешили мечты романтиков. К одному из таких даже преступили: по дну океана, разделявшего берега, проложили сеть туннелей, по которым тысячи машин понеслись навстречу друг другу Далекие берега оказались почти рядом…

Но жизни и чаяния обычных граждан имели мало значения для тех, кто называл себя элитой. Политической элитой.

В миг разразившаяся ядерная война превратила в сущий кошмар историю народов двух материков. Секунда ярости уничтожила века дружбы. Погибли миллионы в утеху амбиций единиц.

Небесные демоны - межконтинентальные ракеты - не пощадили никого. Один берег был уничтожен полностью и превратился в пустыню. Другой еще некоторое время существовал, но постепенно радиация и всевозможные инфекции добили и его. Выжившие ушли под землю. Те, кому посчастливилось не сгореть в пламени на первом берегу, по туннелям перебрались к тем, кто нашел убежище в толще земной коры. Большую часть подземных проходов под океаном затопили, а оставшиеся замуровали. Далекие берега стали недоступными друг для друга.

Но от смерти убежать не получалось, как бы мы не старались. Десятилетия подземного заточения не спасли выживших от радиации. Выстроенные бункеры постепенно теряли запасы, система жизнеобеспечения не справлялась…

И тут ученые предположили, что на другом берегу могли улучшиться условия жизни. Заваренные двери раскрыли, разведка прошла от начала до конца и доложила невероятное: на том берегу почти не осталось радиации.

Счастливые колонисты отправились целыми толпами. Далекий берег снова казался близким!

Счастливое будущее снова замаячило на другом конце… туннеля.

***

Командир внимательно посмотрел на часы. Он носил старинные кварцевые часы из металла и даже с кожаным ремешком. Таких уже не выпускали… под землей. У меня, например, они были пластиковыми.

— Почему так долго? - негодовал усатый низкорослый капрал. За привычку покручивать усы подобно художнику древности, его прозвали Дали.

— Технике почти век, а тебе еще что-то не нравится. Слава богу, если вообще работает, - возразила Вика - инженер-механик нашего отряда. Она с интересом смотрела, как по овальному потолку туннеля движутся, подергиваясь, металлические канаты. Скорее всего именно они тянули вагонетку в нашу сторону. А может и по-другому: мое образование весьма скудно касалось технических вопросов.

Я в который раз посветил фонариком во тьму прохода: туннель, шириной в двадцать метров, круглой трубой уходил далеко в глубь, унося с собой длинную ленту металлических рельс. Когда-то по этой части межконтинентальной транспортной сети перемещался огромный штат сотрудников, обслуживавших туннели. Теперь это было единственным местом, с помощью которого можно было достичь… далеких берегов. Пару лет назад именно через этот мрачный коридор прошли три тысячи колонистов, несших надежду всех жителей Мегаполиса на скорый рай и спасение.

— Вика, что со светом? - едва слышно спросил командир. Он всегда говорил чуть ли не шепотом и страшно злился, если его переспрашивали. Должны прислушиваться, утверждал он.

— С трансформатором на этой стороне все в порядке. Скорее всего поломка где-то на путях, - пожала плечами девушка и перевела взгляд на меня, улыбнувшись. Я смутился. Девушка была гораздо старше меня и любила частенько делать странные намеки в мой адрес. В мои семнадцать я почти десять лет провел в составе национальной гвардии охраны и мало что знал об отношениях… с противоположным полом.

Вскоре вагонетка или даже подвижная платформа, со скрежетом и гулом вынырнула из темноты на свет наших фонарей.

— Кровь! - первое, что вырвалось у Вики, когда механизм остановился и транспорт застыл перед нами.

— Леха, Дали, проверить, - быстро приказал командир.

Скинув карабины с плечей, мы вместе с капралом спрыгнули на платформу. Быстро изучив ее поверхность, мы сошли на рельсы, осмотрели основные механизмы, колеса. Чисто.

— Все на вагонетку. Быстро. И ты, девочка. В первый раз что ли видишь красное? - командир не собирался считаться с женской впечатлительностью.

— А я и не отказываюсь, - пожала плечами Вика, перепрыгнув на платформу, да так, что я был вынужден придержать ее. - Спасибо, милый.

— Отчаливаем. С грузом поосторожнее, Рома! Да и нечего смотреть на пятна. Может, нос кровью пошел у кого-нибудь из колонистов, а вы глазенки пучите.

Никто спорить не стал, но судя по объемным красным лужам, почти закрасившим вагонетку, предположение командира вряд ли было верным. Да и каждый прекрасно понимал, на что шел…

Связь с колонистами пропала несколько недель назад. Две группы разведчиков также исчезли бесследно. Командование на этот раз решило отправить усиленный отряд национальной охраны, которым было не в первой встречаться с сопротивлением: мы уже не раз проводили боевые операции против фанатиков Последнего дня. Эти сумасшедшие утверждали, что Господь давно решил нас уничтожить, а попытки выжить - это противная заповедям Единого борьба. Поэтому проклятые психи устраивали взрывы и захватывали заложников. Надо сказать по кровожадности их акции порой поражали воображение - размазанная кровь по платформе совсем детская забава для этих ненормальных. Не удивлюсь, что через пару километров мы встретим недобрых ребят с автоматами в руках…

Нас было семеро: командир, Дали, Вика, рыжебородый молчун Рома и три брата Джейсона. Они были близнецами и их отличить могла только собственная мать. Поэтому среди своих мы обращались к ним одним словом - Джейсон. Кто уж из них Гарри, кто Дэвид, а кто Рон они разбирались сами.

— Джейсон, - обратился я ближайшему брату.

Тот повернул ко мне голову. На его лице застыла привычная нам маска отстранения. Все три брата были жуткими флегматиками и предпочитали встречать внешний мир холодным спокойствием, граничащим с безразличием.

— Что?

— Дай самокрутку, я помню ты делал.

— Остались только сигареты. Дедовские.

Я поморщился. Дедовскими называли дрянь, которую лепили на военной фабрике из непонятных компонентов и называли старинным словом сигареты. Того, древнего табака, в богом проклятых подземельях естественно не было. Мы курили самокрутки из высушенных грибов, которые были гораздо лучше… синтетической дряни.

— Давай! - махнул я рукой.

— Бери всю пачку, мне не жалко.

— Мы так и будем тащиться на этой колымаге через весь океан? - спросил я у Вики. Платформа разогналась и теперь двигалась сквозь темные коридоры с приличной скоростью, невыносимо скрипя.

— Нет, это технический туннель, он выведет нас к скоростным поездам, - снисходительно ответила девушка. Ну куда там! Она ведь с образованием, а я тупой солдат с общими для всех тремя классами школы.

— Они еще работают? - удивился я.

— Как ни странно… Раньше умели делать на века. Пара дополнений из современных технологий и всего за шесть часов мы доберемся… до далеких берегов.

***

Замирая от страха, я подошел к двери. Стуки прекратились пару часов назад. С ним кончился воздух - в душном помещении подсобки отсутствовала вентиляция.

Надавив на рычаг, я активировал электронику и дверь со скрежетом откатилась в сторону.

Свобода дыхнула на меня кислородом: я судорожно глотал воздух, продолжая стоять на пороге.

Боже, как же мне было страшно двигаться вперед!

— Дядя, нам точно надо туда? - спросила девочка, стоявшая у меня за спиной.

— Не знаю, не знаю,- прошептали мои губы. Рана в правом боку тут же напомнила о себе: заныла и запульсировала. Нога вдруг стала неметь. Я со злостью несколько раз дернул ей, стараясь разогнать кровь.

Осталось немного. Только бы добраться до чертовых поездов!

— Держись за мной детка. Если что, беги как в прошлый раз. Не останавливайся, - я говорил это, хотя понимал - ей все равно не уйти. От них.

Мы вышли в освещенной техническими огнями коридор. В нем было чуть менее жарко, чем в той душегубке, некоторое время служившей нашим прибежищем.

Фонари основного освещения в этой части туннелей не работали. Вика так и не смогла разобраться с причиной поломки. Хотя какие тут причины? Их не нужно было знать…

Пройдя несколько проходов, мы снова вышли к рельсам. Где-то невдалеке должна была быть вагонетка. Она то и довезет нас.

Я неожиданно остановился. Что-то заставило замереть меня.

Может, что-то увидел?

Нет, не в этот раз…

Мысль! Она пронзила мой разум совершенно неожиданно. Пришла из вне.

“Необходимо прикончить девчонку!”

Сознание вернулось ко мне только в тот момент, когда я положил палец на спусковой крючок и направил карабин на девочку. Перед моими глазами застыло искаженное ужасом лицо ребенка. Она вжалась в угол и выставила перед собой руку, будто надеясь спастись от уничтожающей пули…

Мое тело отпрянуло в сторону. Я споткнулся обо что-то упал. Автомат выпал из рук. Я затрясся, чувствуя, как слезы потекли из глаз… На губах застыло что-то соленое.

Кровь…

Осталось недолго. Совсем недолго.

За спиной кто-то шаркнул ногами. Там был проход, выводивший на рельсы.

Отчетливо слышалось тяжелое, надрывное дыхание.

Медленно повернувшись, я увидел его.

***

Как же мы все ошибались… Если бы только знали, что нас ждет! Если бы только знали…

Путешествие на скоростном поезде действительно прошло быстро и без всяких помех. Мешала только темнота, иногда полумрак - основной свет никак не удавалось исправить - только технический. Вика изучила несколько трансформаторов на путях, но неполадки устранить не удалось…

Все интересно началось на выходе из туннелей.

Когда тяжелая бронированная дверь лифта открылась, и мы короткими перебежками прошли в массивный ангар, накрывавший вход в туннели, уже через огромные дырки в крыше мы могли различить… ясное голубое небо!

Ситуационные замеры и пробы воздуха показали: состояние атмосферы почти не содержало радиации и вредных примесей. Далекий берег оказался чистым и пригодным для существования. Взятые с собой костюмы химической и радиационной защиты не понадобились.

Но… были совсем другие проблемы.

— Где колония? - недоумевал Дали. - Почему здесь все… так заброшено?

— Согласно планам колония должна была расположиться на выходе из туннелей. Однако тут… тихо, - согласилась Вика. Девушка начала немного нервничать - я заметил, как часто она вытирает потеющие ладони об штаны.

Поверхность нас встретила легким, прохладным ветром… Признаться, я даже несколько растерялся, когда оказался вне узких проходов и стен подземелий: над моей головой светило яркое солнце, вокруг росли, пускай и редкие, но самые настоящие кусты! Я даже видел несколько деревьев!

Проклятье! Я дышал настоящим воздухом!

Но моя и, в принципе, общая радость и веселье быстро сошли на нет, когда нахлынувшая эйфория немного отступила, и мы увидели впереди… руины!

Городок колонистов, составленный согласно проекту из временных сооружений, действительно расположился близ выхода из туннелей. Вот только его уже не существовало: он был уничтожен. Все признаки свидетельствовали о скоротечном бое, после которого все поселенцы исчезли. За исключением одной девочки, которую Вика обнаружила в завалах фуража. Несчастная жила там и питалась, прячась от…

Мы никак не могли установить кто погубил колонию. Тел погибших и их врагов мы не обнаружили: только кровь и золу. Рассказы девочки показались нам последствиями шока…

Однако те, кто лихо разобрался с колонией, обнаружили нас сами.

Первая встреча с врагом вселила в меня и остальных… благоговейных страх перед неизвестным. Солнце, ясное небо и чистый воздух совсем не совпадали в наших умах с… взявшимися из ниоткуда людьми в перепачканных кровью одеждах. Казавшаяся покинутой колония в какой-то момент ожила: со всех концов разрушенного городка к нам брели, медленно переставляя ноги и что-то бурча себе под нос, люди в перепачканных кровью одеждах. Я видел их закрытые глаза, текущую изо рта пену. Мужчины, женщины, дети… Мы заметили на их одеждах опознавательные знаки экспедиции. Номера. Это были колонисты.

А затем мы увидели раны на их телах. Многие из них были смертельными.

Один из таких ходоков, доселе медленно переставлявших ноги, неожиданно открыл глаз, зашипел и бросился на меня. Я в последний миг сумел справиться с накатившим остолбенением и открыл огонь.

Поначалу нам казалось, что сами колонисты сошли с ума и зачем-то атаковали нас, набрасываясь, подобно зверям. Но когда укусили Вику…

Девушка обратилась за несколько часов, которые мы провели в одном из более-менее уцелевших зданий, отстреливаясь от нападавших. Вика просто с того ни с сего голым руками разорвала горло дежурившему рядом с ней Дали. Мне ничего не оставалось, как разрядить карабин ей в голову. Так мы делали со всеми сумасшедшими, которые во множестве появлялись из… пустоты. С виду они были похожи на людей, если только не считать наполненных кровью белков глаз и звериных рыков, несущихся из их глоток.

Впрочем, психи были всего лишь одной из бед, обрушившихся на нас. На смену им, пришли… они.

Несколько стальных конструкций, которые я по памяти сказок древности назвал звездолетами, опустились чуть ли не нам на головы и, открыв люки, выпустили на землю неизвестных, походивших на разросшихся тараканов, тварей. Быстрых и стремительных.

В быстром и лишенном всяких шансов бое выжить повезло только мне, командиру и девочке-колонистке. Но вот незадача, меня и командира укусили вылезшие из ниоткуда психи…

Трудно передать первые мои впечатления. Рана как рана. Я получал и похуже в стычках с фанатиками Последнего дня. Но вот осознание ситуации…

Командир понял все первым. Он приказал нам схорониться в куче набросанного колонистами мусора, а сам… принялся за активацию груза. Ей оказалась ядерная бомба. По замыслу мы должны были погибнуть при взрыве, унеся с собой и лагерь, и тараканов, и дрянь, что рано или поздно должна была пожрать наш разум и превратить в кровожадных зомби.

Признаться, полностью отдаться судьбе я был не готов. Только что явившийся мне рай под голубым небосводом обращался в кошмар. Я не был готов к тому, чтобы сдаться. Я хотел выжить и вернуться сюда. Хотя… в тот момент я убеждал себя, что должен спасти девочку…

***

— Ты ослушался приказа, сынок, - сказал стоявший в дверях человек. Он зачем-то поднял руку и посмотрел на свои замечательные металлические кварцевые часы с кожаным ремешком. - И убежал.

— Я… я не был готов… - прозвучал ответ. Это я сказал? Но я не чувствовал… не понимал этого!

— Времени больше не осталось. Я заложил последние заряды. Они обрушат туннель.

— Они не забудут нам ядерного взрыва, - кровь потекла из моего носа. Проклятье, как же я хочу жить!

— Возможно, пускай доберутся теперь до нас… чертовы пришельцы, - на последних словах ноги командира подкосились и он свалился на колени. Карабин, направленный на нас, он не выпустил… Мой же лежал далеко. Чертовски далеко! Не дотянусь. Больше не осталось сил…

— Почему ты не хочешь, чтобы мы вернулись… Здесь же ребенок… Нам могут помочь!

— Будь… мужчиной, Леха, хотя бы в последние минуты. Не надо прикрываться девочкой. Ты хочешь спасти свою шкуру, а не ее. Но… помощи не будет. В нас вирус. И в ней тоже… Мы обратимся прежде, чем что-то поймут врачи, и заразим еще кучу других.

Из туннеля донеслись неразборчивые крики и скрежет. Через пару секунду снова. Уже ближе.

— Тараканы идут… - пробормотал командир. Он тоже держался на последнем издыхании. - Но мы ведь не отдадимся им так просто? - он покопался в кармане и достал детонатор с большой красной кнопкой.

— Не надо, не далей этого… - закричал я из последних сил, чувствуя, как во мне закипает ярость. Я терял контроль над собой! Девочка закричала и заплакала. - Ты закроешь далекие берега навсегда!

— Может и так… Но раз уж мы когда-то… лишили себя поверхности, зачем теперь… мешать другим? - сказал он, и я бросился вперед. Три пули прошили мое тело насквозь. Еще одна досталась девочке. И мой тухнущий взор увидел, как командир, заваливаясь на бок, все же нажал на красную кнопку.

Далекие берега отныне не для нас навсегда…

Макс Каменски

13.10.11

Страница из

Пожалуйста Войдите (или Зарегистрируйтесь), чтобы оставить свой комментарий