Как Тимофей из Нерезиновска ушел

 

Однажды Кузьмич и Тимофей устроили пикник. Они расстелили клетчатое покрывало прямо поверх пестрого ковра из опавших листьев, и разложив на нем нехитрую снедь из жаренных грибов в топленом масле, отварной, еще горячей картошечки с укропом, ну, и как водится, пузатого бутыля с мутной жидкостью, приняли полулежачее положение друг на против друга. Легкий сентябрьский морозец приятно бодрил. Где-то совсем рядом куковала кукушка.

— Скажи, Тимофей, - возле рыжой густой бороды егеря показались полупрозрачные клубочки пара, - ты же долго жил в Нерезиновске… Почему ты решил перебраться ко мне на кордон?

Кот задумчиво посмотрел на косяк птиц летящих из замерзающего мира, туда, где тепло и сыто.

— Видишь ли, Кузьмич, я прожил в городе тридцать лет… Я так же как и все ходил на работу, платил ипотеку за однушку на окраине города, встречался с женщинами. Но все было как-то не по мне, все было пустым и не настоящим. Я знал что подобное ощущение испытывает каждый второй горожанин, но мне казалось будто у меня это ощущение чем-то обосновано.

И вот, однажды, во время очередной попойки проходившей на хате у моих друзей, какой-то парень в потрепанном костюме белого кролика (на самом деле костюм был грязно-серого цвета, в его широко распахнутом рту располагался ряд треугольных поролоновых зубов, и возможно это был костюм какой-нибудь собаки или кенгуру с длинными ушами, но я почему-то решил тогда что это кролик), так вот, этот парень предложил мне закинуться кислотой. Он достал что-то из огромного кармана на животе, и протянув вперед сжатые в кулаки руки, раскрыл их ладонями вверх.“Выбирай: красная или синяя?” - сказал он пьяным голосом.

Вопрос поставил меня в тупик, так как на обеих пушистых ладонях лежали капсулы желтого цвета. Но какая к черту разница? И я закинулся тем, что было.

В тот вечер я понял кто я есть на самом деле. На теле выросла шерсть, над губами, разрывая кожу вылезли длинные, жесткие усы, руки превратились лапы. Оказывается всю жизнь я был котом, а пытался жить как человек… Я пытался объяснить это собравшимся, но ни кто меня не понимал… Я показывал им когти на мягких лапах, но они говорили “прикольно” и ржали. Я показывал им хвост, но девушки смущенно отворачивались, а парни зло и завистливо смотрели на меня. Даже когда я нассал в хозяйские тапки они просто выгнали меня из квартиры.

“Проспись, - сказал кто то, - пройдет!”

Но не прошло. Я уже знал что я кот. Жаль что этого не знал ни кто из окружающих и мне по прежнему приходилось ходить на работу, ездить в метро, платить за квартиру… Ты видел когда-нибудь кота платящего за коммунальные? Люди не понимали почему я мочусь по углам, почему когда пью, то лакаю воду из блюдечка… но самым страшным испытанием для окружающих стал март… Я, конечно, не выставлял на показ свои любовные дела, но как-то был замечен на помойке в окружении бездомных кошек. Не смотри на меня так… Я знаю, это были совершенно не те отношения какие на самом были нужны мне, но их доступность играла здесь решающую роль…

В общем, меня выгнали с работы за то что я съел рыбу из аквариума стоявшего в кабинете директора (видел бы ты его глаза когда во время очередного выговора я вдруг прыгнул к его драгоценным рыбкам и вытащив одну из них, оторвал зубами ей голову). Потом приставы забрали мою квартиру. И когда у меня не осталось ни чего от человека, но при этом все вокруг по прежнему считали что я им являюсь, мне стало ясно что делать…

— Ты решил отправиться сюда? - спросил Кузьмич.

— Нет, я решил покончить с этой жизнью. Хотел повеситься, но кошачьими лапами очень трудно завязать нормальную петлю. Хотел отравиться, но в магазине мне не продали крысыный яд, так как у меня не было денег. И вот, ночуя на теплотрассе, я думал о своей жизни. “Проклятый псих!” - ругал я сам себя - “Зачем ты сожрал тогда эту таблетку? Сколько раз говорили что от них мозги гниют! Но ты не верил, думал что с тобой-то этого не случится… А теперь тебе самое место в дурке. Кот… Ну с чего я взял, что я кот? Ну все же кругом видят что не кот я! Кот-наркот, блин… Не могут же все быть пидорасами, а я один Д'артаньяном”! И в этот самый момент из темноты раздалось: “Кис, кис, кис” - грязный лохматый бомж протягивал мне рыбью голову.

Его звали Серый. Удивительный человек, не буду пока про него рассказывать, но именно он рассказал мне про твой кордон… Он сказал, что если я хочу обрести силу, то должен прийти сюда и общаться с Великим Учителем (то бишь с тобой), ведь только умы имеющие одну цель могут помочь друг другу… А когда все вокруг сами не знают чего хотят, то очень сложно не увязнуть в этом болоте.

— То есть у нас с тобой одна цель? - Кузьмич разливал по граненым стаканам мутную жидкость.

— Да.

— И какая же?

— Да такая же как и у всех - жить собой. Просто об этом не все помнят.

— Это верно… это верно, - произнес егерь, чокнулся с котом и шумно выдохнув, выпил.

Сторінка з

Будь ласка, увійдіть (або зареєстуйтесь) щоб залишити коментар